"Зарубежная фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Блэйлок Джеймс - Страница 719

И вокруг нее мерцал суккубовский ореол.

— М-можно войти? — пролепетала она.

Я отступила в сторону.

— Заходи. Хочешь отпраздновать со мной свою победу?

Тут-то и началось. На вопрос она не ответила. Зарыдала, закрыв лицо руками, и рухнула в кресло. Сил разбираться с ней у меня, оглушенной собственной бедой, не было. Я не могла ни сочувствовать, ни злиться. Впала в полное безразличие.

— Тауни, я...

— Прости! — перебила она. — Пожалуйста, прости. Я не хотела... не хотела этого делать! Но он сказал, что мне это тоже будет выгодно, он похлопочет о повышении для меня, и я...

— Тихо... притормози, — сказала я. — Кто — он? Нифон?

Она кивнула, вытащила из сумки пачку платков и громко высморкалась. Ну, хоть подготовилась на этот раз...

— Он велел мне притворяться, что я совсем плоха. Ну... я и вправду не больно-то хороша... может, даже и плоха. Завлекать мужчин, как ты, не умею. И танцевать тоже. — Она умолкла на миг горестно, словно последнее ее особенно угнетало. — Но ты была права, когда говорила, что такого не бывает... хоть кого-то я должна суметь подцепить. Я и цепляла. Только врала, что ничего не получается.

Именно это я и подозревала. Однако радости сейчас, услышав подтверждение, не почувствовала. Лишнее напоминание о несчастьях, что преследовали меня в последнее время... Сердиться на нее я тоже не могла. Сил по-прежнему не было, да и не заслуживала она этого. Нифон использовал ее, чтобы играть со мной. Но он и с ней играл.

— Врать ты умеешь, — сказала я. — Верила я тебе с трудом. Тем не менее ты казалась искренней. А в людях я вообще-то разбираюсь.

Тауни слабо улыбнулась. Чуть ли не с гордостью.

— Я кучу народа обдурила, пока была смертной. Махинациями всякими занималась. — Улыбка пропала. — Пока этот гад не кинул меня ради какой-то белобрысой дешевки. Она знать не знала, во что он ее втравил. А ему было по фигу. Дрянь. Жалеет теперь. Оба они жалеют.

Я захлопала глазами. Неожиданное откровение, о котором я вовсе не просила. Желание Тауни заставить страдать всех мужчин до единого сделалось вдруг понятным. Как и причина, по которой она могла продать душу. Я понадеялась про себя, что ее теперешний внешний вид — не попытка утереть нос «белобрысой дешевке». А то как-то даже жутковато стало...

— Э-э-э... наверняка жалеют. И знаешь что... искусство соблазнять ничем по большому счету не отличается от умения дурить и мошенничать.

Возможно, от того, что я начала двигаться и говорить, голова у меня тоже заработала. Разум очнулся и приступил к анализу.

— Тауни, а зачем ты рассказала мне про Нифона? Если ты на него работаешь, по головке он тебя не погладит.

— Да. Он не знает, что я пошла к тебе. Я... я испугалась. Все выплывет, когда ты расскажешь, а я с ним под раздачу не хочу! Вот и подумала, что приду, поговорю с тобой, объясню, как это вышло, и, может быть... ты меня простишь. Мне здесь нравится, хотелось бы остаться. А если его накажут, так ведь и меня...

— Стой, стой. Помедленнее. За что его накажут? За то, что заставлял тебя врать? — Я нахмурилась. — И... что именно я расскажу?

Тауни так удивилась, что перестала шмыгать носом.

— Про нее.

— Про нее?..

— Про эту... ведьму, которая лазила в мои сны.

— Никта? Ох... теперь понятно, как ты скрывала свечение.

Хью был прав.

— Я ее терпеть не могла, — с чувством сказала Тауни. — Каждый раз он посылал меня к ней, чтобы она высосала энергию. А потом мне снились такие странные сны...

«Думай, Джорджина, думай! — велела я себе. — Похоже, все сейчас сложится, если сумеешь отодвинуть на время любовные страдания».

— Ты... ходила к Никте добровольно? Чтобы она высасывала энергию и я не могла догадаться, что ты врешь?

Тауни кивнула. У меня заломило виски от напряжения.

— Тебя посылал к ней Нифон... — Я сделала паузу. — Он знал, что Никта здесь. И как ее найти.

— Да он ее сюда и заманил, когда она сбежала. Пообещал двух суккубов.

Тауни шмыгнула носом. Посмотрела на меня озадаченно.

— Я думала, ты все это знаешь... Ее же при тебе поймали?

И слегка занервничала. Подумав, видно, что поторопилась сдать Нифона. А я вдруг очутилась снова у себя в спальне, где шло сражение, и услышала, как Никта говорит, что поможет мне кому-то отомстить... тому, кто послал ее ко мне.

Нифону?

— Это он? — воскликнула я. — Нифон натравил на меня безумное божество хаоса? Но почему? За что он меня так ненавидит?

Тауни, удивленная моей внезапной вспышкой, выпучила глаза.

— Не знаю. Он сказал только, что хочет малость подпортить тебе жизнь. Чтоб медом не казалась. Ну, может, хотел еще, чтобы тебя отослали.

И тут мне вспомнились слова Хью.

«Если появление черта на горизонте связано со столь великими хлопотами не пойми о чем, то это «не пойми что» должно быть очень серьезным».

Сердце у меня заколотилось. Я схватила Тауни за руку.

— Послушай... он упоминал когда-нибудь о моем договоре? Или о каких-то договорах вообще?

Она энергично потрясла головой, отчего кудри ее растрепались окончательно.

— Нет... при мне, во всяком случае, ни разу.

— Точно? Подумай. Вспомни все, что он говорил, когда объяснял, для чего это затевает.

— Да ничего он не объяснял! — Она вырвала руку. — Я не вру сейчас. Преподнес это так, как будто... просто тебя не любит. Хочет помучить. Нервы потрепать. Да и все.

Нифон. Что же он успел натворить?

По словам Тауни, пытался с ее помощью выставить меня никудышней наставницей — каковой я, собственно, и была — и добиться, возможно, моей высылки. Уговаривал Сета продать душу, невзирая на мои предупреждения. Расстаться со мной Сет, правда, решил сам. Но без Нифона все равно не обошлось — черт заставил его задуматься о наших отношениях. Он же натравил на меня Никту, и я тратила время, пытаясь понять, что происходит, вместо того чтобы проводить его с Сетом. Поняв, как близок он был к продаже души, Сет испугался. Представил последствия этого поступка для нас обоих и испугался так, что предпочел от меня уйти.

— Джорджина!

Я приняла решение.

Помочь мне помириться с Сетом уже ничто не могло. Но дать хоть какое-то облегчение...

— Джорджина, — повторила Тауни. — Что с тобой? Ты все-таки хочешь, чтобы меня выслали? Джорджина!

Я решительно встала. Превратила свой изысканный наряд в джинсы и длинный, до колен, свитер. Черный. Как мое настроение. Посмотрела на Тауни.

— Поедешь со мной на вечеринку?

И мы поехали — к Питеру и Коди, где праздновало приближение каникул все зло Сиэтла. По лестнице я поднималась, как человек, идущий на собственные похороны. Угрюмо и неотвратимо. С такой скоростью, что Тауни на шпильках едва поспевала. И когда я почувствовала излучения бессмертных, находившихся в квартире, меня охватило мрачное облегчение. Нифон здесь.

Питер открыл, не успела я постучать. На нем был свитер с вышитым на груди Сантой. В цветах елки, разумеется.

— Гляньте-ка, — сказал вампир ядовито. — Снизошла-таки до нас, недостойных...

Не ответив ни слова, я прошагала мимо него в комнату, отмечая на ходу знакомые лица, Джером. Коди. Хью. Не то.

Нифон, стоявший с бокалом вина в руках, увидев меня, насмешливо вскинул брови. Обычно я его избегала, поэтому он, конечно, удивился, когда я вдруг направилась к нему.

И удивился еще сильней, когда я его ударила.

Я даже не стала делать кулак больше и тяжелее. И так хватило. Бокал выпал у него из рук, вино выплеснулось на ковер кровавой лужей. Черт отлетел, с грохотом ударился спиной в китайскую горку Питера. Сполз на пол и выпучил в изумлении глаза. Я опустилась на колени, сгребла его за модельную рубашку и подтащила к себе.

— Оставь меня в покое, дрянь, иначе убью, — прошипела я.

Лицо его исказилось страхом.

— Охренела? Что ты де...

И вдруг страх исчез. Нифон расхохотался.

— Значит, он все-таки решился, да? Бросил тебя? Долго я его уговаривал... думал, никогда не поверит, что так будет лучше для вас обоих. Ну-ну. Прелестно. Никакие твои чары не помогли... ай!