"Зарубежная фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Блэйлок Джеймс - Страница 803

— Думаю, освобожусь около десяти.

Ну вот, снова работать в вечернюю смену…

— Приходите.

Меня начала мучить совесть, обычно он закрывал магазин около пяти.

— Нет-нет, это слишком поздно. Может быть, попробуем завтра…

— Мисс Кинкейд, — мягко возразил Эрик, — вас я всегда рад видеть. Меня это ничуть не затруднит.

Тем не менее, когда я повесила трубку, чувство вины никуда не исчезло. Эрик уже далеко не молод, во сколько он обычно ложится спать? В десять? Или в девять? Хотя что уж теперь говорить. Он пообещ ал встретиться со мной, а если Эрик что-то решил, отговаривать бесполезно. Мне оставалось только ждать и надеяться, вдруг Роман объявится до того, как я уйду на работу.

Так и не дождавшись, я оставила записку, что мне надо срочно поговорить с ним. А что еще оставалось делать?

На работе все было в порядке: все пришли, и самое главное — ни у кого не было похмелья. Я занялась бумагами, свободного времени оказалось предостаточно — не знаю, порадовало ли меня это. С одной стороны, появился шанс привести в порядок дела, а с другой, я все время думала о произошедшем, совершенно не в состоянии выкинуть это из головы.

Мы уже собирались закрываться, и тут я заметила, что Сет до сих пор сидит в кафе на обычном месте. Мэдди работала в дневную смену, поэтому сегодня мне не пришлось страдать, наблюдая за этой сладкой парочкой. Он поймал мой взгляд, когда я проходила мимо, и я остановилась и присела напротив.

— Продвигается? — спросила я.

Он выглядел очень обеспокоенным, и я поставила свои романтические бредни на паузу.

Он раздраженно постучал по экрану ноутбука.

— Нет. Я смотрю в этот чертов экран уже два часа, и все без толку… Хотя нет, почему же без толку: заказал вот футболку с чудо-близнецами[268] и посмотрел несколько роликов на YouTube.

Я улыбнулась и оперлась подбородком на руки:

— Неплохо, всего-то за один день работы.

— Так в том-то и дело! И так уже неделю! Моя муза — неблагодарная, продажная женщина, ушла от меня, наверное, собирается написать книжку без моей помощи.

— Неделя без музы? Личный рекорд, — заметила я.

Помню, когда мы встречались, приступы творческого паралича у него обычно проходили за пару-тройку дней.

— Когда срок сдачи?

— Еще не скоро, но не в этом дело, — вздохнул он. — Не люблю, когда меня загоняют в угол. Когда я не пишу, то просто не знаю, чем занять время.

Я открыла рот, чтобы сказать, что вообще-то он скоро женится и мог бы заняться приготовлениями к свадьбе, но вовремя спохватилась, сменив тему на более невинную.

— Может, тебе пора найти какое-нибудь хобби? Фехтование? Оригами?

Он улыбнулся так хорошо знакомой мечтательной улыбкой.

— Я когда-то пытался научиться вязать крючком.

— Неправда!

— Правда. Знаешь, как сложно!

— А вот и не сложно, — выдавила я, с трудом удерживаясь, чтобы не рассмеяться. — Да это даже дети умеют. Вот твои племяшки, например, наверняка умеют.

— Умеют. Погоди, ты пытаешься поднять мне настроение или как?

В его прекрасных карих глазах таилась улыбка. Как же я люблю, когда они меняют цвет и становятся почти янтарными. Усилием воли я сбросила нахлынувшее романтическое настроение.

— Всегда можно пойти потанцевать, — хитро сказала я.

Сет рассмеялся.

— По-моему, мы уже несколько раз вполне убедительно доказали, что я абсолютно безнадежен.

В свое время я дважды пыталась научить его танцевать свинг и сальсу, но мои попытки ни к чему не привели. Все таланты Сета — в душе, но не в теле. Хотя если подумать… все-таки это не совсем правда.

— Просто ты пока еще не нашел то, что тебе нужно, — пошутила я, даже не пытаясь сдержать улыбку.

— А что там осталось? Риверданс? Кадриль? И даже не пытайся предложить джаз. Я сходил как-то на мюзикл «Продавцы новостей» — психологическая травма лет на пять.

— Жестко, — отозвалась я. — Но футболки с джазовыми танцами ты все равно можешь носить. У тебя же наверняка есть майка «Dancing Queen»[269].

Сегодня с его футболки на меня смотрел Чак Норрис.

— Хотя для разнообразия… Кадриль, кстати, танцуют в очень симпатичных костюмах.

Сет раздраженно покачал головой:

— Танцевальные костюмы — по твоей части. И футболки «Dancing Queen» у меня нет, хотя какая-то с «ABBA» наверняка завалялась. «Dancing Queen» — это про тебя.

Он оглядел меня с головы до ног:

— В таком наряде хоть сейчас на танцы.

Я почувствовала, как щеки зарделись под его взглядом, и сразу же сменила обличье, чтобы спасти ситуацию. В последние дни на улице неожиданно потеплело, как тут не надеть платье. Сегодня я выбрала кремовое А-силуэта, без рукавов, с довольно смелым для менеджера книжного магазина вырезом. Сет не пытался заигрывать со мной, но я слишком хорошо знаю, как он умеет скрывать чувства. Интересно, о чем он думает? Просто восхищается красотой? Хочет меня? Не одобряет слишком глубокий вырез?

— В этом старье? — спросила я, почувствовав себя на удивление неловко.

— Когда мы с тобой познакомились, на тебе было платье такого же цвета.

Внезапно я поняла, что Сет смущен.

— Не знаю, почему я вдруг вспомнил, — добавил он.

— Ничего ты не вспомнил, — возразила я. — Я была в фиолетовом.

Ну вот, теперь я разволновалась при одном воспоминании о первой встрече. Он улыбнулся той самой трогательной улыбкой и продолжил:

— Разве? Ах да, точно. Ты права. Фиолетовый топ и юбка в цветочек.

Даже так? Если он сейчас умудрится вспомнить, что на мне был еще пиджак из змеиной кожи, я в обморок упаду. Не сомневаюсь, он помнит все, даже туфли и прическу. Мы напряженно молчали. Я умею менять обличье, поэтому покраснеть мне не грозило, но во всем теле разлилось приятное тепло, лишь наполовину состоявшее из желания. Я чувствовала что-то еще… Более нежное и глубокое.

Я откашлялась и спросила:

— А о чем новая книга? Кейди и О’Нейл, да?

Сет кивнул, обрадовавшись смене темы.

— Все как всегда: мистика, интрига, сексуальное влечение и смертельно опасные ситуации… Это последняя книга о них, — немного помолчав, добавил он.

— Как??? — ошарашенно спросила я.

От сентиментальности не осталось и следа. Я переспросила:

— То есть это последняя книга из этой серии? Но почему?

Сет написал множество мистических романов, но именно книги о Кейди и О’Нейле — бесстрашных искусствоведе и археологе, настоящих искателях приключений — принесли ему известность.

Он пожал плечами, уставившись в экран ноутбука:

— Потому что все когда-нибудь заканчивается.

— А как ты собираешься зарабатывать на жизнь?

— Вообще-то, Джорджина, я пишу и другие книги. Думаешь, мои поклонники не настолько мне доверяют, чтобы покупать книги из новой серии?

— Конечно доверяют, — согласилась я. — Мы готовы идти за тобой, куда скажешь.

Хотела сказать «они», а получилось «мы»…

— Надеюсь…

Сет снова взглянул меня, в его глазах плясали азартные искорки.

— Но вообще-то у меня есть совершенно новая идея, просто прекрасная. Я хочу уйти в нее с головой, понимаешь?

Прекрасно понимаю. Я отлично знаю, для Сета реальный мир перестает существовать, когда он погружен в очередную книгу. Он с таким энтузиазмом говорит о новом проекте, неужели он станет еще более рьяным фанатом своего дела?

— Так ты уже знаешь, чем все закончится у Кейди с О’Нейлом? — спросила я.

— Нет, — вздохнул он, и от его радости не осталось и следа. — В этом-то и проблема. Я понятия не имею, чем завершится их история.

Мне вдруг показалось, что эти слова относятся не только и не столько к книге. Наши взгляды встретились, и бог его знает, чем бы это закончилось, если бы ко мне не подошла Бет:

— Джорджина, тебя какой-то друг спрашивает.

У меня чуть сердце из груди не выскочило: Роман! Он прочитал записку! Только надежда на то, что он может дать дельный совет насчет моих зловещих приключений под пение сирен, могла заставить меня оторваться от Сета. Я вскочила с места, виновато посмотрев на Сета: