"Зарубежная фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Блэйлок Джеймс - Страница 906

— Вот и хорошо, — сказал Картер. — С этого и начни. Сконцентрируйся на том, что можешь контролировать.

— Кроме того, хотелось бы помочь семье Сета, — добавила я, слегка разгорячившись. — Я уже пытаюсь кое-что сделать для его матери, но пока я здесь, хочу сделать все, что в моих силах. Если даже Ад оставит Андреа в покое, мы не знаем, как все обернется. И даже если Сет решит, что не хочет меня больше видеть, я все равно буду заботиться о них. И моя помощь не будет лишней.

— Конечно. Коллекция пони еще не собрана, — задумчиво сказал Картер. Наконец я осмелилась поднять на него взгляд и увидела, что ангел улыбается. — Видишь? Ты не потерялась. Неважно, что с тобой приключилось, у тебя есть планы на будущее, а значит, есть надежда.

— Ты уже говорил мне… неважно, что случилось, надежда есть всегда. Ты продолжаешь верить в это? — спросила я.

Картер наполнил доверху наши бокалы.

— Я ангел, Джорджина. Я бы не говорил так, если бы не верил.

— И хотя ты даешь советы по поводу сомнительных предприятий, но все равно считаешь, что я могу добиться успеха, не так ли? — напирала я. — Тебе известно что-то, чего не знаю я?

— По этому делу? — уточнил Картер. — Ничего, чего ты не знаешь. Разница между нами лишь в том, что я верю в тебя больше, чем ты сама.

— Ты ангел, — перекинула я ему его собственные слова, — тебе положено верить во всех, разве не так?

— Ты удивишься, — усмехнулся Картер, — я имею веру в нечто большее, чем другие. А ты? Я всегда был одним из самых ярых твоих поклонников. Если ты больше ни во что не веришь, поверь хоть в это.

— Вот-вот, — сказал Роман, поднимая бокал. — За веру и Новый год.

Я чокнулась с ними и поймала взгляд Картера. Ангел подмигнул мне. Достаточно ли его веры? Я уже отмечала, что визит Картера к Мортенсенам оказал мощное воздействие на ситуацию. Но когда ангел так прямо говорит, что верит в тебя, это не менее монументально. Мне противостоял не простой соперник, я боролась с самим Адом — единственной силой, способной противиться действиям Небес.

Я всегда был одним из самых ярых твоих поклонников.

Скоро мне предстояло узнать, достаточно ли этого. А пока я допила вино и постаралась воспылать надеждами.

Глава 17

Несмотря на тоску по Сету, я была внутренне готова к битве. Хотя осознание угрозы приходило постепенно. В первый день Нового года я проснулась с головной болью от выпитого накануне вина и осознала ужасающую правду: я бросала вызов Аду.

Кто решился на такое? Никто, вот что. Мои друзья намекали на это, и мне самой было известно немало мифов и примеров из поп-культуры, которые просветили меня насчет бесплодных мечтаний людей о том, как разрушить планы Ада. У меня был и собственный опыт, чтобы развить фантазии на тему. Я отписала свою душу до скончания веков. Особо увильнуть было некуда. И все же, несмотря на то что мне было известно о поверженных Адом людях, я осмелилась заявить: у Ада нет прав ни на мою душу, ни на душу Сета.

Я ожидала, что реакция последует незамедлительно. Ожидала гневного возбуждения, которое могло выразиться, к примеру, в появлении у меня дома Джерома во всём его серном величии с угрозами покарать меня за дерзость. Я ждала по меньшей мере письма с уведомлением из Ада, что-то вроде: «Благодарим Вас за обращение. Мы ответим Вам в течение 4–6 недель».

Ничего. Первый день Нового года прошел тихо-мирно. За ним следующий. Я продолжала паковать вещи и готовиться к переезду в Лас-Вегас, а сама, затаив дыхание, ждала больших перемен.

Наверное, решительные изменения произойдут через неделю, когда настанет время турнира по боулингу, так я предполагала. Джером и Нанетт бросили монетку, и наш босс выиграл. Результат: соревнование состоится здесь, в Сиэтле. Мы избавились от поездки в Портленд, но справедливости ради надо отметить, что Нанетт получила право выбирать зал для матча. Вместо излюбленного нами притона у Берта, она выбрала более популярное место недалеко от торгового центра, где я работала.

Я не видела Джерома с тех пор, как подала иск, и была готова принять на себя его гнев. Не знаю, известно ли подчиненным Нанетт о моей петиции, но сама-то она наверняка в курсе. Какие тут могут быть сомнения. В некоторых вещах они с Джеромом являлись соперниками, но в конечном итоге у них было одно начальство — оба они подчинялись воле Ада. Я пыталась восстать против нее и не сильно удивилась бы, если бы Нанетт с пониманием отнеслась к гневу Джерома.

— Удачи, — сказал мне Роман, когда я собиралась выходить из дома. — Не забудь про обувь.

Я вздохнула.

— Я бы хотела, чтобы ты пошел со мной.

Он слегка улыбнулся.

— Я тоже. Столько труда, и я даже не увижу выпускного экзамена своих учеников.

Роман мог скрывать от старших бессмертных, что он титан. Но на таких, как он, велась постоянная охота, поэтому мы решили: пока Нанетт в городе, ему лучше не показываться ей на глаза. Согласие Джерома на то, чтобы он остался в Сиэтле, выглядело крайне необычным и таило в себе угрозу. Если бы другой архидемон узнал правду, и Роману и Джерому несдобровать.

— Ой, боюсь, как-то меня встретит Джером, — сказала я.

— Не бойся. — Роман подошел и положил руку мне на плечо. — Ты все сделала правильно. Это они не правы. Ты сильная, Джорджина. Сильнее, чем они, сильнее Ада.

Я прислонила голову к его груди.

— Почему ты так добр ко мне?

— Потому что Картер не единственный твой поклонник. — Я подняла взгляд и увидела зеленые глаза Романа; он смотрел на меня серьезно. — Ты замечательная женщина сама по себе: умная, веселая, чуткая. Но лучше всего то, что это не бросается в глаза. Я сперва недооценил тебя, ты знаешь. А сейчас тебя недооценивает Ад. Неважно, какую реакцию вызвало у них твое обращение, я гарантирую: большинство из них не дают тебе ни одного шанса. А ты им докажешь — они сильно ошибаются. Ты разрушишь неразрушимое. И я помогу тебе в этом всем, чем смогу.

— Ты уже сделал достаточно, — сказала я ему. — Больше чем достаточно. Больше, чем я осмелилась бы попросить. Теперь ты не высовывайся, действовать буду я… сделаю то, что должна.

— Джорджина, тебе нужно кое-что знать… — Лицо Романа выражало озабоченность.

— Что? — спросила я. — О боже. Джером сказал тебе что-то, чего я не знаю, так?

— Я… — Роман кусал губы и молчал, потом покачал головой, лицо его прояснилось. — Забудь. Я собрался побеспокоить тебя из-за ерунды. Думай сегодня о боулинге и больше ни о чем, ладно? Покажи этим портлендцам… черт, я не знаю. Что ты — сила, с которой надо считаться на дорожке для боулинга.

Я рассмеялась и наскоро обняла его.

— Посмотрим, что я сумею сделать. Когда вернусь, поговорим, хорошо? Мы напьемся. — Я поняла: титан чего-то недоговаривает, хотя и пытается сделать вид, что это мелочи.

— Отлично, мне это нравится. Удачи.

Когда я приехала в зал для боулинга, Питер, увидев меня, испытал заметное облегчение. Думаю, он боялся, что я забуду надеть рубашку «Нечестивых роллеров». Ад оплатил из своих средств аренду всего зала, но все старшие чины играли на одной стороне. Другая половина была пуста, за исключением двух дорожек, занятых моими коллегами. Я приехала последней и шла к ним с трепетом: как-то меня встретят.

Джером вальяжно развалился в кресле. Хотя с виду оно было получше, чем кресло у Берта, не уверена, что боссу стоило принимать столь царственную позу. Нанетт сидела напротив него с таким же величественным видом. Ее светлые линялые волосы были завиты и элегантно уложены, так что она напоминала Грейс Келли. Пушистый серый кардиган, надетый поверх светло-голубого короткого облегающего платья, придавал ей невинный облик, что резко контрастировало с вампирскими солнечными очками, в которых не было сейчас никакой нужды.

— А, Джорджина, — сказал Джером. — Как раз вовремя, и в цветах своей команды. — Он одарил Нанетт ленивой улыбкой. — Готова к повиновению?

— Тебе? — спросила она. — Всегда.