"Зарубежная фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Блэйлок Джеймс - Страница 986

Улыбнувшись, когда Филип сказал что-то забавное, она подняла глаза над его плечом и увидела Деймона. Ее глаза в тот же миг наполнились холодом. Отойдя от Филипа, она приблизилась к столу и начала наполнять едой тарелку.

В глазах ее ухажера появилось жесткое выражение, когда он заметил Деймона, однако Филип сумел вымученно улыбнуться и вежливо поздороваться с ним.

Ну и ну, подумал непрошеный гость, приступая к завтраку. В воздухе веет чем-то новым. Сегодня Деймон должен был составить Леланд компанию во время верховой прогулки, но Филип тоже был готов к отъезду.

После завтрака Леланд отправилась на конюшню, а затем Филип обратился к Деймону. Он говорил как вежливый хозяин, на шею которому свалился непрошеный гость.

— Нет никаких причин, чтобы ты сегодня отправлялся на прогулку — разумеется, если сам того не хочешь. Поскольку я планировал покататься верхом утром, леди Бенедикт не потребуется другой сопровождающий.

«Ага, и дуэнья тоже», — подумал Деймон, прихлебывая кофе. Сегодня Филип предпочел резкости и ревности вымученную вежливость. Почему? Впрочем, не так уж это важно. Деймон прекрасно знал, как распорядиться неожиданно появившимся свободным временем — особенно если учесть, что Леланд и Филипа дома не будет. Александра уехала в гости к подруге и до обеда не вернется, а Роберт, столь занятый своими «важными делами», старался как можно меньше времени проводить в поместье.

На самом деле теперь, когда этот восхитительный темный аромат снова пропитал стены особняка Анжеллин, Роберт, казалось, чувствовал себя все более и более неуверенно. Дошло до того, что Деймон всегда точно знал, когда Роберт возвращается, даже если не видел его, потому что в приемной тут же разливалась вонь страха.

Деймон налил себе еще одну чашку кофе и пожал плечами в ответ на заявление Филипа.

— Я могу обойтись и без верховой прогулки сегодня, — произнес он скучающим тоном. — По всей видимости, вы — более опытный наездник, а значит, составите лучшую компанию леди.

Глаза Филипа сузились, однако в бархатистом, вежливом тоне Деймона, припорошенном скукой, не было ни намека на намеренную двусмысленность замечания.

Деймон улыбнулся и потянулся за вторым тостом.

— Не стоит заставлять даму ждать, Князь Александр.

Филип задержался в дверях и обернулся. Деймон намазывал масло на тост медленными, чувственными движениями, прекрасно зная, что Князь наблюдает за ним и не может не представить что-то другое под его пальцами. Что ж, если Филип и в самом деле поверил, будто дамочка вроде Леланд может заставить Верховного Князя, носящего Черный Камень, потерять голову, то этот дурак вполне заслужил небольшого урока. Пусть попотеет.

Как только Филип ушел, Деймон вернулся в свою комнату и быстро переоделся. Вильгельмина уже начала свое утреннее занятие с Графф, повариха не покидала кухню и сейчас наверняка попивала чай и планировала меню обеда, а у слуг хватало и своих забот. Остался только один человек.

Деймон насвистывал веселый мотивчик, направляясь к уединенной беседке, чтобы провести приятное утро в обществе своей Леди.

Он обшарил сад, осмотрел весь дом, зашел на конюшню, заглянул в библиотеку с книгами по Ремеслу и наконец оказался в детском крыле, чувствуя разочарование и растущее беспокойство. Он попросту не смог отыскать Джанелль. Деймон даже рискнул зайти в ее комнату — разумеется, тихо постучав в дверь в надежде, что она отдыхает или хочет побыть одна. Не дождавшись ответа, он быстро заглянул внутрь.

Деймон прикусил нижнюю губу и стал слушать, как Графф ругает Вильгельмину. На протяжении всего времени, проведенного здесь, он не переставал удивляться тому, что такая резкая и не слишком образованная женщина обучает Ремеслу юную ведьму из такой сильной, властной семьи, пока не узнал, что эту неприятную особу нанял Роберт Бенедикт. Поскольку Вильгельмина не была прямой родственницей Леланд и Александры, желания Роберта взяли верх над их возражениями. Деймон считал, что Графф могла быть идеальным вариантом только в одном случае: если мужчина хотел заставить девочку усомниться в своих силах и способностях настолько, что она никогда не сможет использовать Ремесло без отвращения, не находя в нем никакой радости. Да, пожалуй, Графф — то, что нужно, чтобы разбить вдребезги самолюбие юной девушки и сделать ее уязвимой к более интимным вариантам жестокости, когда она немного подрастет.

Деймон направился к классной комнате, чтобы посмотреть, не может ли Джанелль быть где-нибудь поблизости, и в тот же миг Графф заорала:

— Ты сегодня вообще ни на что не способна! Никуда не годная девчонка! Ты называешь вот это Ремеслом? Что ж, ты сама напросилась. Урок окончен! Иди и займись чем-нибудь бесполезным! По крайней мере, с этим ты точно справишься!

Вильгельмина пулей вылетела из класса и врезалась в Деймона. Он поймал девочку за плечи и помог удержаться на ногах. Вильгельмина робко, но благодарно улыбнулась.

— Значит, ты уже освободилась? — спросил Деймон, улыбнувшись в ответ. — А где…

— О, хорошо, ты уже здесь, — громко заявила девочка приказным тоном. — Помоги мне выучить дуэт на пианино. — С этими словами она повернулась к музыкальной комнате.

— Сначала скажи мне, где…

Вильгельмина сделала шаг назад и наступила каблучком прямо на ногу Деймону. Изо всех сил. Он крякнул от боли, но ничего не сказал, потому что Графф теперь стояла в дверях, пристально наблюдая за ними.

Вильгельмина шагнула в сторону.

— О, мне так жаль. Тебе больно? — Не дожидаясь ответа, она потащила Деймона к музыкальному салону. — Идем, я хочу попрактиковаться.

Как только они оказались в комнате, она сразу подошла к роялю и принялась рыться в нотах, ища дуэт, который сейчас разучивала.

— Можешь играть басовый ключ, — надменно сообщила девочка и положила руки на клавиши.

Деймон, хромая, подошел к скамейке и опустился на нее.

— Мисс Виль…

Но она тут же ударила пальцами по клавишам, заглушив звук его голоса. Девочка сыграла несколько пассажей, а затем повернулась к своему вынужденному партнеру и обвиняющим тоном сказала:

— Ты не играешь.

Это была такая дивная имитация интонаций Графф, что Деймон невольно нахмурился и обернулся к девочке, однако на ее личике застыла безмолвная мольба о понимании. В глазах Вильгельмины он прочел ледяной страх. Стиснув зубы, Деймон покорно опустил пальцы на клавиши.

— Раз, два, три, четыре.

И они начали играть.

Вильгельмина была ужасно напугана, и каким-то образом это было связано с ним. Кое-как пробираясь через пассажи дуэта, Деймон заметил, что в дверях музыкальной комнаты притаилась Графф, слушая, наблюдая — словом, шпионя за ними. Они закончили играть и начали заново. Чем дольше они играли под бдительным надзором Графф, тем больше Вильгельмина путалась в клавишах, и в конце концов Деймон начал сомневаться, что они действительно играли одно и то же. Ноты, которые он читал, не имели абсолютно ничего общего с какофонией, выходящей из-под их пальцев. Деймон не раз и не два невольно вздрагивал, услышав далекие от гармонии звуки.

Когда Вильгельмина с завидным упорством начала играть дуэт в третий раз, Графф отвернулась с презрительной гримасой, и Деймон невольно позавидовал мерзкой особе — по крайней мере, она была вольна уйти отсюда. Однако, освободившись от навязчивого присмотра наставницы, Вильгельмина начала играть ровнее и спокойнее.

— Никогда не спрашивай о Джанелль, — произнесла девочка так тихо, что Деймону пришлось наклониться к ней. — Если не можешь найти ее, никого не спрашивай, где она.

— Почему?

Вильгельмина смотрела прямо перед собой. Ее горло конвульсивно сжималось, словно выталкивая слова.

— Потому что, если они узнают, Джанелль может попасть в беду, а я этого не хочу. Я не хочу, чтобы ей пришлось возвращаться в Брайарвуд. — Она наконец перестала играть и посмотрела на Деймона полными слез глазами. — А ты?

Он мягко отбросил волосы с ее лица и легонько погладил девушку по щеке.