"Зарубежная фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Блэйлок Джеймс - Страница 997

— Ты действительно чувствуешь себя именно так?

— Нет, конечно, — беззаботно отозвалась та. — Но с другой стороны, я же не мужчина.

Он зарычал.

— Какой знакомый звук! — Было очень забавно поддразнивать Деймона, потому что, несмотря на всю его силу, он не пугал ее так, как Сэйтан. — У тебя гораздо больше общего со Жрецом, чем ты думаешь, — по крайней мере, если дело касается ее.

Он рассмеялся, и Кассандра знала, что насмешило его: мысль о том, что Сэйтан бывал точно так же озадачен. Это его утешило и в известной степени связало с ним.

Деймон осушил бокал и поднялся:

— Я очень… рад, что познакомился с тобой, Кассандра. Надеюсь, это не последняя наша встреча.

Женщина взяла его под руку и проводила до внешней двери Святилища.

— Возвращайтесь в любое время, Князь.

Она наблюдала за ним до тех пор, пока он не скрылся из вида, а затем вернулась на кухню и начала мыть бокалы.

Остался только один вопрос: как рассказать об этой встрече его отцу?

Есть вещи, которые тело никогда не забывает, хмуро подумал Сэйтан, когда Кассандра прижалась теснее к нему, а ее рука начала рисовать маленькие круги на его груди. Вплоть до сегодняшней ночи он вежливо отказывался остаться с ней, опасаясь, что она захочет большего, чем он хочет — или может — ей дать. Однако она тоже была Хранительницей, и любовь такого рода больше не была частью ее жизни. В конце концов, у их полужизни были свои ограничения. Несмотря на это, ему было приятно чувствовать тепло тела, ласкать женские округлости. Если бы только она побыстрее перешла к сути и перестала рисовать эти проклятые круги… Сэйтан слишком хорошо помнил, что именно они означали.

Он поймал ее руку и прижал к своей груди.

— В чем дело? — Повернув голову и целуя женщину в лоб, Сэйтан почувствовал, что она нахмурилась. Он сжал зубы, почувствовав раздражение. Неужели Кассандра уже забыла, с какой легкостью он всегда читал язык женского тела, улавливая малейшие оттенки ее настроения? Станет ли она сейчас отрицать то, что крикнула ему в лицо в тот миг, когда он вошел на кухню?

— А в чем дело? — Она покрывала его грудь легкими, дразнящими поцелуями.

Сэйтан сделал глубокий вдох. Его терпение лопнуло.

— Когда ты уже соберешься с духом и расскажешь мне, что случилось сегодня днем?

Она напряглась:

— А что случилось сегодня днем?

Сэйтан скрипнул зубами.

— Стены-то помнят, Кассандра. Не забывай, я тоже Черная Вдова. Ты хочешь, чтобы я выдавил все воспоминания из стен и проиграл всю картину, или же предпочтешь рассказать мне сама?

— Да в общем-то нечего рассказывать…

— «Нечего»! — Сэйтан выругался, откатившись от нее и прислонившись к изголовью. — Неужели прожитые века лишили тебя способности внятно думать, женщина?!

— Не надо…

Сэйтан взглянул ей в глаза.

— Я пугаю тебя, — горько произнес он. — Я никогда не причинял тебя вреда, ни разу не прикоснулся к тебе в гневе, редко даже повышал голос. Я любил тебя, служил тебе, как мог, использовал свою силу, чтобы все эти одинокие годы уважать данную тебе клятву. И все же ты боишься меня. С того самого дня, когда я вернулся с Черным Камнем, я пугаю тебя. — Он запрокинул голову, глядя в потолок. — Ты боишься меня, и, несмотря на это, у тебя хватает смелости провоцировать моего сына, доводить его до убийственного гнева, а потом заявлять мне, что тебе нечего рассказать. Я не понимаю, почему стены Святилища еще целы, а он не стоит у порога, поджидая меня. Ты рассказала ему обо мне? Стал ли я уловкой, которая помогла тебе выжить, заставив его заколебаться, чтобы ты сумела погасить ярость?

— Все было совсем не так! — Кассандра поспешно натянула простынь.

— А как? — Его голос звучал безжизненно. Сэйтан старался контролировать свою ярость.

— Он пришел сюда, потому что решил, что я… мы… хотим причинить Джанелль вред.

Сэйтан покачал головой:

— Ты — еще возможно. Обо мне он уже знал. — Повелитель отвел взгляд. Он не хотел наблюдать, как она смущается, не хотел даже думать, что произойдет, если эта натянутая связующая ниточка, протянувшаяся между ним и Деймоном, разорвется.

— Сэйтан, послушай меня. — Кассандра потянулась к нему.

Он поколебался и наконец вытянул руку, позволяя женщине пристроить голову ему на плечо. Сэйтан слушал не перебивая, пока она говорила о своей встрече с Деймоном, заподозрив, что многие острые грани были сглажены. Он словно получил кость, на которой не осталось мяса.

— Тебе очень повезло, — произнес он, когда Кассандра наконец умолкла.

— Ну, я, конечно, знала, что он носит Черный.

Сэйтан фыркнул и покачал головой.

— Есть свои ступени силы у каждого Камня. Ты знаешь это не хуже меня.

— Но его ведь мало чему учили.

— Не путай возможности с умением. Деймон, вероятно, не способен исполнить желаемое с элегантностью, но это еще не означает, что он не справится.

Она поерзала на постели, невольно ощутив раздражение оттого, что Сэйтан не смягчился, узнав о том, как прошло знакомство. Однако он получил еще не все сочные куски.

— Ты так говоришь, как будто боишься его, — сердито заявила Кассандра.

— Так и есть.

Она беззвучно ахнула.

Сэйтан неожиданно ощутил страшную усталость. Он устал от Кассандры, Гекаты, от всех других ведьм, которых знал, потому что они, что бы ни делали с ним и какие бы чувства к нему ни испытывали, всегда рассматривали его силу и Камни лишь как способ достичь своих собственных целей. Только одно юное создание видело в нем Сэйтана. Просто Сэйтана.

— Почему? — спросила Кассандра, не сводя напряженного взгляда с его лица.

Сэйтан закрыл глаза. Как же он устал… А ведь существовал еще один человек, куда более отчаявшийся, который прожил всего семнадцать веков — но уже был изнурен.

— Он сильнее меня, Кассандра. И не только потому, что по-прежнему жив. Он сильнее, чем я был во времена своего расцвета… и он еще более безжалостен.

Кассандра прикусила губу.

— Он знает о Джанелль.

Сэйтан невесело рассмеялся:

— О да, еще бы ему не знать. Скорее всего, ему нужно лишь немного прогуляться по коридорам, чтобы попасть из своей комнаты в ее.

— Что?!

— Он служит ее семье, Кассандра. И живет в том же самом доме. — Сэйтан склонился к женщине, заставив ее поднять голову. — Теперь ты начинаешь понимать? Он знает обо мне, потому что Джанелль сама рассказала ему, даже не подозревая, я уверен, о том, что, услышав эту новость, Деймон будет готов лезть на стену. А я знаю о нем, потому что он передал мне привет через Джанелль. Очень вежливо, корректно, просто давая понять, что лучше держаться подальше от его территории.

— Он не хочет быть Советником при дворе.

Сэйтан рассмеялся, искренне развеселившись при этой мысли:

— Нет, думаю, у него другие планы. В конце концов, Деймон сейчас в самом расцвете лет, он жив, здоров и получил богатый опыт в сфере соблазнения. Думаю, это юное тело неимоверно его раздражает.

Кассандра поколебалась.

— Он думал, ты хочешь стать ее консортом.

Сэйтан покосился на нее:

— И что ты ему сказала?

— Что ей нужен старший, опытный Советник.

— Очень мило с твоей стороны.

Кассандра вздохнула:

— Ты по-прежнему злишься из-за того, что я поговорила с ним.

— Нет, я не сержусь. Просто… — «Просто я мог сам увидеть его, поговорить с ним, почувствовать силу его хватки, услышать звук его голоса. Мы могли бы честно оценить и осудить друг друга. Мы вынуждены доверять, потому что об этом просит Джанелль. Потому что она верит нам обоим».

Он ласково погладил волосы Кассандры.

— Пообещай мне, что будешь осторожна. Геката ищет Джанелль. Если Доротея поддерживает ее, Деймон будет знать, с какой стороны ожидать подвоха или удара. Попросит он нашей помощи или нет, будет зависеть только от того, доверяет ли он нам. Я хочу завоевать его доверие, Кассандра, и не только ради Джанелль. Ты должна помочь мне хотя бы в этом.