Сталь и камень - Санчес Сильвана Дж. - Страница 21

– Этот пир удовлетворит аппетит многих, – произнес незнакомец глубоким и темным, как безлунная ночь, голосом.

Я вздрогнула, почти испугавшись его в этой гнетущей атмосфере.

– Этот дворец принадлежит темному принцу Аиду, – выдавила я. – Если он найдет тебя…

Его губы скривились в презрительной улыбке.

– Я слышал, он весьма снисходителен, когда того хочет, – протянул мужчина, уверенно развалившись в кресле. Каждое слово напоминало заостренное лезвие, холодное и смертоносное. Его жестокость не могла не напомнить мне о диком олене, и я почувствовала первобытную энергию зверя – дикую бурю, одновременно жуткую и прекрасную. От силы, которая текла по его венам, у меня побежали мурашки.

– Ты так уверен в себе, – гневно прошипела я.

Мужчина хмыкнул, и на его губах появилась самодовольная улыбка.

– Он выбрал тебя, не так ли? – Слова были пропитаны насмешкой. Незнакомец выгнул свои темные брови.

Щеки вспыхнули, я отчаянно пыталась подобрать слова. Меня охватила паника. Я не знала, кто я. Жалкий человек в крепости грозного принца царства мертвых – что я могла предложить ему? Ничего, и все же я была здесь: в безопасности его королевства.

– У тебя есть выбор, – нараспев произнес мужчина. Его глаза вспыхнули, словно он оценивал мою реакцию. – Можешь присоединиться ко мне или уйти… Хотя… – Он замолчал. – Хотя я уверен, путь из Вуалевого леса стал тяжелым испытанием для пустого желудка.

У меня заурчало в животе, и я поняла, что проиграла эту схватку еще до ее начала. Я выпрямилась, борясь с желанием закричать и ударить кулаками по столу. Конечно, незнакомец был прав: гордость была моей броней, но она не могла утолить мучительный голод.

Незнакомец увидел, что я сдалась под его натиском, и его губы растянулись в довольной улыбке. Он показал на свежеприготовленные блюда: запеченная птица блестела медовой корочкой, сочные фрукты обещали подарить вкус сладчайшего нектара.

Я отодвинула стул и села, вдохнув аромат еды, которая так отличалась от того, к чему я привыкла. У меня потекли слюнки.

Тишина растянулась между нами, словно бесконечная одинокая пустыня. Все это время мужчина перебирал гранаты, умело снимая кожуру пальцами и ссыпая зернышки в золотую миску. Наконец он посмотрел на меня, и его глаза блеснули тайным знанием.

– Гранаты, – тоскливо произнес он. Провел пальцем по гладкой кожуре фрукта и грустно улыбнулся. – Моя любимая еда… Их можно найти лишь в королевском дворе Аида.

Я кивнула, наконец поняв, почему он решил прийти сюда этим вечером вопреки всем трудностям: не только ради сладости гранатов, но в поисках напоминания о доме, как делала я, думая о море. В конце концов, мы не так уж и отличались. Две души, застрявшие в Преисподней и пытающиеся найти клочки своей прежней жизни.

Мучительная тоска во взгляде незнакомца пронзила мое сердце, словно стрела. Должно быть, он скучал по дому больше, чем я могла себе представить, раз рискнул пробраться в мир Темного принца.

Он протянул мне золотую чашу, наполненную рубиновыми зернами. Я склонила голову в знак согласия, и мужчина поднялся со стула, принес блюдо и поставил его передо мной. Я взяла его, и он молча попросил присоединиться ко мне в этой короткой передышке после нашей бурной встречи. Я согласилась, и он сел на стул рядом со мной, не сводя с меня блестящих темных глаз, пока мои пальцы перебирали гранатовые зернышки. Спустя целую вечность он наконец взял одно зернышко – его пальцы сжали его, словно ценный подарок.

Чем больше времени мы проводили вместе, тем меньше я понимала его прежний поступок. Наконец мое терпение кончилось, и я сжала бокал с вином в руках.

– Зачем ты это делаешь? – выпалила я.

– Делаю… что? – мрачно ответил незнакомец, нахмурившись.

Я проглотила свой страх и смело продолжила:

– Зачем ты охотишься на них? На оленей. – Я замолчала. – Так делают все тени?

Секунду он смотрел на меня с нечитаемым выражением.

Я отхлебнула вино, не сводя с него глаз.

– Это развлечение? – продолжила я, не в силах спрятать осуждение в голосе. – Тебе нравится отнимать жизни?

Он покраснел. Его грудь всколыхнулась от резкого вдоха, точеный подбородок дрогнул.

– В царстве мертвых много развлечений, – процедил он.

Мои губы приоткрылись, я готовилась нанести ответный удар, как вдруг незнакомец резко швырнул салфетку на стол и встал.

– Приятного аппетита, – злобно бросил он, отвернувшись.

А потом ушел.

19. Филлип

Сначала была тишина. Ничто не шевелилось во тьме, кроме далекой мелодии, доносимой печальным ветром. Словно невидимая цепь, она притягивала меня, и я плыл к звуку, пока не замер между сном и явью.

Чарующая песня заставила меня распахнуть глаза. Я поднялся с палубы, влекомый ее очарованием, и подошел к борту. Пальцы сжали поручни, и я увидел миллион звезд, покрывавших чернильное море передо мной, они мерцали и скользили по набегающим волнам.

У меня перехватило дыхание. Я думал, что видел сон, но источник голоса был прямо передо мной. В изумлении я наблюдал, как обсидиановое полотно ночи разорвалось, открыв мне захватывающее зрелище. Потерпевший крушение корабль лежал на скалистом острове, невозможно было сказать, когда с ним случилось это несчастье. Потертые доски на его палубе напоминали о мужестве и потерях, которые он пережил в долгих путешествиях.

По венам искрами пронеслась смесь волнения и ужаса. Какая тьма поглотила команду, когда-то бороздившую эти капризные воды? Моряков постигла та же судьба, что «Дыхание дракона»?

Я поспешил к штурвалу и с непоколебимой решимостью направил судно к острову. Сокровища не имели значения для моей миссии, но я чувствовал, что ответы на мои вопросы таились в глубинах этого призрачного корабля.

Мы подплывали все ближе, и скалы этого странного острова возвышались над морем, словно острые клыки. По спине побежал холодок: казалось, все мои темные страхи собрались на острове и ждали меня. Сердце тяжело забилось в странном предвкушении. Я знал, что отступать нельзя.

Собравшись с духом, я направил корабль к скрытой бухте с темными и спокойными водами.

Я спустил шлюпку, чтобы пересечь опасные воды. Я греб к бригу, не отрывая взгляда от его заостренного носа. Судно нависло надо мной, таких огромных кораблей я никогда не видел. Древесина поблекла от времени и морской соли, рваными лентами снасти свисали с мачт. И все же, несмотря на потрепанный вид, корабль сохранил определенное величие, которое пробудило во мне незнакомое чувство, обещание невообразимой опасности и приключений.

Я приближался к обломкам, и мучительно прекрасная мелодия звучала все громче. Казалось, она текла отовсюду и из ниоткуда одновременно, мистический звук, который пленял своей странной красотой.

– Кто-то выжил в кораблекрушении, – выдохнул я, насторожившись. – На корабле человек! – Где-то в бурном море была женщина.

Мое сердце ускорило свой бег, я подплыл ближе, прорывая каждым взмахом весла темное полотно ночи. Снова и снова женский голос разбивал тишину, песня была болезненным плачем, который цеплялся за мою душу. Я знал эту боль, утрату несбывшихся юношеских мечтаний. Много лет назад, когда Аврора выбрала темного бога вместо меня, это сломило мой дух, и я поклялся, что больше никогда не полюблю другую.