Туманный страж (СИ) - Анса Мари - Страница 46

Айна пришла в сознание через полчаса. Все это время Мира колдовала над ней, нажимая на какие-то точки и пытаясь влить в рот остатки заваренного еще вчера отвара.

Яков мешал, лез под руку, и Колючке пришлось даже прикрикнуть на него. После этого мальчишка, наконец, успокоился и сел рядом со мной, терпеливо ожидая, когда Айна придет в себя.

- Во…ды… - прохрипела девочка, не открывая глаз, и Яков тут же снова сорвался с места, заметался, пытаясь найти фляжку. Когда он пробегал мимо меня в третий раз, я успел сунуть ему в руку свою флягу – в ней оставалось совсем немного воды, но Айне этого должно хватить.

Мира помогла девочке сесть. Румянец медленно возвращался на щеки юной наги, и я почувствовал несказанное облегчение.

- Как ты? – Яков заглядывал в глаза подруги с таким волнением и искренней заботой, что та даже сумела слабо улыбнуться ему в ответ.

- Хорошо. Намного лучше, чем раньше. Не чувствую жара и… распирания изнутри. Мне казалось, еще немного – и я просто лопну! – пожаловалась девочка, ежась от неприятных воспоминаний.

- Ты что-нибудь помнишь? – мы с Мирой переглянулись.

Айна на секунду задумалась.

- Помню что-то странное. Будто я была в кромешной темноте и очень хотела найти выход… и вас. Плакала, потому что боялась: вдруг вы ушли, бросив меня одну.

Колючка выглядела удивленной. Собственно, было чему удивляться – Айна, судя по всему, помнила себя в змеиной ипостаси! И не просто помнила, а мыслила вполне здраво.

Это давало надежду. Призрачную, зыбкую, но хоть какую-то.

Олаф с Ратом решили отправиться на охоту: перед уходом нам всем надо было хотя бы немного поесть. Животы уже сводило от голода.

- Сходи за водой, - попросила Мира. Я успел сделать всего лишь один шаг по направлению к выходу, когда пол в буквальном смысле начал уходить у меня из-под ног. Снаружи послышался оглушительный грохот. Было такое ощущение, что вся Антаре разрушается, рассыпается на тысячи камней и осколков.

- Камнепад! – закричала Мира. – Назад!

Вход в пещеру засыпало, и мы оказались в кромешной тьме. Айна тихо заплакала.

Я нащупал на полу какую-то толстую палку и тут же зажег ее, чтобы хоть немного рассеять темноту и оглядеться.

Яков обернулся волком, и Айна судорожно цеплялась за его шерсть тонкими пальцами.

Мира не отводила взгляда от того места, где минуту назад был выход из пещеры. Выход, сквозь который только что прошли полутролль и ее брат.

- Мира, - позвал, понимая, что она сейчас чувствует. Девушка никак не отреагировала – так и сидела, уставившись в одну точку.

Кажется, сам я в этот момент просто перестал ощущать душевную боль. Будто анестезия подействовала, заморозив все внутри. Слишком много потерь, слишком много смертей. Сейчас для меня были важны только две вещи: уберечь остальных и уничтожить чертов туман. Все остальное – потом. Постараюсь найти тела, похороню, оплачу. А пока…

- Нам надо идти, - встал, кивнул Якову. Тот присел, позволяя Айне вскарабкаться себе на спину. Девочка все еще была слишком слаба, чтобы идти самостоятельно.

Мира догнала нас у входа в тоннель. Меня поразил ее мертвый, застывший взгляд. Точно такой же, какой я видел у Рата всего сутки назад.

Кольнула мысль: а по мне кто-то стал бы так же убиваться? Вернее, не кто-то, а Мира, именно Мира – стала бы?

Мои способности к управлению огнем снова сыграли нам добрую службу: без постоянного контроля импровизированные факелы сгорели бы слишком быстро, и тьма поглотила бы нас окончательно и бесповоротно. Конечно, огонь давал мало света, но все же можно было идти, не боясь споткнуться или врезаться лбом в выступ стены.

Мы быстро дошли до того места, на котором Колючка тогда догнала нас с Ратом. Прошли еще метров триста или пятьсот вглубь горы, и вот здесь нас ждала неприятная неожиданность: туннель раздваивался.

- Привал, - скомандовал, чувствуя, как сгущается воздух вокруг меня. Дышать становилось тяжело, на лбу выступила испарина. У нас не было ни еды, ни воды – ничего.

Мысли метались в моей голове, словно стая вспугнутых птиц, но я отбрасывал одну глупую идею за другой. Очевидно, выход у нас только один – выбрать один путь и надеяться, что он верный. Правда…

- Яков, ты можешь сбегать на разведку в левый тоннель?

Конечно, я не забыл, что обещал себе больше не отпускать мальчишку одного, но разве у меня есть выбор? В животной ипостаси он может передвигаться намного быстрее и прекрасно видит в темноте.

Когда серебристый волк скрылся из виду, я попытался достучаться до Миры.

- Не списывай Рата со счетов раньше времени. За несколько минут они могли уйти достаточно далеко, чтобы не попасть под камнепад.

Пожалуй, это был первый раз, когда я сознательно покривил душой.

- Мне нужно выйти в управляемый астрал, - голос девушки звучал серо и безжизненно. В танцующем свете факелов лицо Колючки выглядело чужим.

- Не здесь и не сейчас, - с сожалением покачал головой, - ты прекрасно понимаешь, как мало у нас шансов благополучно выбраться отсюда. Если еще и ты выйдешь из строя…

Заканчивать фразу не было смысла. Все и так понятно.

- Но ты ведь делаешь все, что хочешь, ни у кого не спрашивая разрешения! Разве нет? – Мира вскочила. – Или ты у нас особенный?!

Последние слова она буквально выплюнула, тяжело дыша. Гнев исказил лицо девушки, и шрам на нежной коже стал выделяться еще сильнее.

- Мира, - поднялся следом, пытаясь поймать Колючку, успокоить, но в ней будто проснулось что-то… злое. Девушка оттолкнула меня, выхватила у Айны факел и рванула во второй туннель.

Все остальное время до возвращения Якова я просидел молча, опустив голову на согнутые колени и закрыв глаза. Мне не хотелось ни слышать, ни видеть. Почему я думал, что перестал чувствовать боль? Как бы не так! Всегда найдется один оголенный нерв, болевая точка. Для меня это Мира.

Я так сильно устал.

Глава 35

Мокрый нос тыкался мне в лицо, заставляя открыть глаза и поднять голову.

- Яков, будь добр - обернись человеком, - устало провел по лицу ладонью. Умыться бы.

Мгновение – и передо мной стоит запыхавшийся растерянный мальчишка. Рукава снова натягивает. Осталось только заговорить по-старому.

- Ну, чаво нашел? – сил на полноценную улыбку не было, но я считал своим долгом хоть как-то поддерживать в оставшихся со мной детях боевой дух.

Яков неуверенно улыбнулся и тут же затараторил:

- Там воздух свежий! Я до конца туннеля не добежал, но уверен – выход в той стороне!

Айна, сильно расстроившаяся из-за ухода Миры, немного оживилась.

Только вот интересно, куда мы выйдем? На ту сторону Антаре, к землям кочевников? Это было бы логично.

Но что делать с Колючкой? Идти сначала за ней? Но выдержат ли дети? У нас ведь совсем нет воды и еды. Да и безопасно ли им идти за Мирой? Девушка просила присматривать за собой, а та злость, которая внезапно в ней проснулась, не сулила ничего хорошего.

Но бросить Колючку второй раз я просто не мог. Тогда у меня не было другого выбора, но сейчас… сейчас это стало бы настоящим предательством.

Скрепя сердце, окликнул волчонка:

- Яков, бери Айну и уходите вдвоем. Ты ведь сможешь добыть ей воды и еды? Ждите меня, - запнулся, - нас недалеко от выхода. В случае любой опасности громко зовите Атропос. На что-то же должна быть годна эта богиня? - прошептал себе под нос. Не хотелось раздражать мойру.

Решение отпустить детей одних далось мне тяжело, как и десятки решений до того. Я буквально ощущал, как груз ответственности давит на мои плечи, заставляя держать спину неестественно прямо.

Проводив взглядом серебристого волка, уносящего на своей спине юную нагу, я обреченно вздохнул и шагнул во второй туннель.

Идти пришлось долго. Во всяком случае, мне показалось именно так, а как оно было на самом деле... Объяснение странным ощущениям было только одно: мое ухудшающееся самочувствие. Ужасно мучила жажда и добивала усиливающаяся духота. Голова кружилась, во рту пересохло, язык стал шершавым. Казалось, еще чуть-чуть – и он уже не поместится во рту. Потерялось ощущение времени и пространства. Факел выгорел почти до середины, несмотря на все мои усилия. Надеюсь, тот, что у Якова с Айной, дотянет хотя бы до выхода, иначе… Иначе останется полагаться только на волчье зрение. Но если Айна, снова оказавшись в кромешной темноте, запаникует... Об этом думать не хотелось.