Зачарованный терем (СИ) - Осинина Нюра - Страница 29

— И не только. Мы ещё гараж построили, и пруд выкопали, — сказала Сима, рассмеявшись.

Ольгер открыл ящики. В двух были машинки, а в третьем — станина для машинки с ножным приводом. Он взял станину и направился к лестнице. Мы с Симой ухватились за машинки.

— Не трогайте, — шумнул на нас Ольгер. — Они тяжёлые. Я сам подниму всё в мастерскую. Как я понял, она в башне? Ведите.

Мы с Симой переглянулись — «Вот бы мужья на Земле так же о нас заботились».

Вошли в мастерскую. Весёлая колготня, смех.

— Как тут здорово! Просторно! Светло! — восторгалась Лена.

— Определяйся, какие тебе нужны столы и другая мебель. Посоветуйся с Полевой. Завтра закажем мастерам. Сейчас в душ и на ужин. Таня, возьми с собой Полеву. Пусть помоется в моей ванной, — распорядилась я. — Все рассказы и расспросы в столовой.

Девчата с сожалением посмотрели на мешки с вещами и, повздыхав, вышли из башни.

За ужином Лена делилась впечатлениями об Ильмери.

— Девочки, это не город, не городок — это музейный экспонат. Всё так чисто, красиво! Улицы широкие. Две тройки разминутся не теснясь. Все дома деревянные, в два-три этажа.

Этакие терема и теремочки с садами и палисадниками. Храм тоже деревянный. Только наверху не маковки, как у нас, а пирамидки высокие, шести-восьмисторонние, на шпилях солнышки в двенадцать лучей. Крыши крыты золотистым деревом. Очень красиво.

Продуктовые лавки специализированные. В одних овощи, яблочки, сохранённые магией. В других крупы, мука. В третьих мясо свежее, а копчёности отдельно продают.

Одежды и обуви готовой почти нет, только образцы. Тебя обмеряют, ткань подберут, фасон в журнальчике выберешь и … трах-тибидох-тох или ахалай-махалай — платье готово.

Мы засмеялись.

— Что, прямо вот так и говорят? — спросила Майя.

— Не-ет. Это я перевела, — засмеялась Лена.

Ольгер слушал нас, улыбаясь, поглядывая на всех.

А мы слушали Лену и представляли древнерусскую деревянную старину.

Отобедали. Посуду и скатерть передали в кухню. Поспешили разбирать тряпочки.

Мастерскую я не оборудовала без Лены, но несколько диванчиков поставила.

Сначала готовые платья разобрали, примерили, определились какое чьё. Нам понравилось качество ткани. Лён с каким-то волокном. Почти не мнётся.

Ольгер объяснил, что это сикузия. Высокое травянистое растение, внутри ствола, которого, волокно. Когда растение вызревает, убирают, очищают ствол от коры и получают готовое волокно, которое прядут вместе с льняным. Нитки очень прочные. Для тканей прядут тончайшую нить.

Расцветки, как я и заказывала, скромные, неяркие. Покрой одинаковый, но отделки разные. Длина юбок до щиколоток.

— Девочки, мы ещё вам ботиночки и туфли привезли, — сообщила Лена. — Лодочки. У них таких не шьют. Ботиночки разного фасона, сапожки. А туфли только атласные. Я мастерам туфли на наших ногах рисовала. И на листочке объёмный рисунок сделала, и каблучок отдельно. Каблучок сделала «венский», не высокий. Мы к обувщикам вчера, как приехали, сходили. Они при нас колодку сделали. Волшебники. А утром на примерку сходили. Несколько пар сделали. Самую удобную выбрали. С неё и по вашим меркам сделали туфли.

Девчата уже вытряхнули обувь из мешка. Каждая пара в отдельном мешочке. Чёрные лодочки на «венском» каблучке. Померили. Очень удобные.

— Да, ещё. Ол оформил патент на модель этих туфель на Танино имя. Заключил договор, на новые модели обуви. Деньги сюда будут поступать. Правда, слова патент у них нет, но понятие права собственности на это изделие есть и закрепляется особой Грамотой.

— Мы в гомозульем банке заключали договор, — добавила Таня. — Ой, они такие славные! Аня, извини, но я проявила инициативу без твоего ведома.

— Ну, не всякая инициатива наказуема, — засмеялась я. — Говори, уж.

— Я договорилась об описи казны. Надо же там ревизию провести.

— Молодец! Я уже об этом думала. А когда приедут?

— Через три дня. Семья. Они у кого-то наследство передают. Закончат и к нам приедут.

Куртки со штанами понравились. Лёгкие, прочные, типа ветровок, с капюшоном. Ткань тонкая, плотная. Серо-зелёного цвета.

— Девочки, чтобы мы без Полевы делали? Аня, ты молодец, что её с нами пригласила. — Таня посмотрела на Полеву. — Поля, рассказывай, что для чего.

Лена уже открывала большую дорожную сумку. В ней было много коробочек, баночек, бутылочек.

— Вот в этих бутылочках душистые масла, — стала объяснять Полева. — Мы взяли каждой по две бутылочки разного. Смотрите, кому, какие нравятся. Здесь шесть запахов. Вот на них наклейки с названием. Вот в этих баночках, тоже каждой взяли, мазь для рук. Чтобы руки не грубели. А в этих — для лица. А вот эти баночки мы без Ольгера брали у знахарки. Это для удаления ненужных волос. А в коробочках мыло. Двадцать четыре коробочки, шесть запахов.

Теперь у нас есть косметические и гигиенические средства. Мы разбирали баночки, скляночки, бутылочки, определялись с запахами. Самое любимое женское занятие.

Занятные…. Ольгер с любопытством наблюдал за Девами. Интересно, они заметили изменения в строении своих тел? Если бы они просто помолодели и сбросили лишний вес, то не стали бы именно такими. Их фигуры становятся идеальными, словно точёные, с плавными линиями. Они все такие разные. И в то же время одинаково любознательны. Им всё интересно.

Особенно выделяется Анна. Такое впечатление, словно она знает что-то такое, что не ведомо другим. Изменения в её ауре происходят значительно быстрее, чем у остальных. Аура становится похожей по расцветке на радугу. А ещё в ней мелькают золотые искры. Что бы это значило?

У дриады Лины появилась в ауре зелень. У остальных Дев тоже начала проявляться в ауре «радуга», но не так быстро, как у Анны. Может на скорость развития повлияла его находка на Земле? Анна, по его просьбе, держала Грааль у себя и выносила его ежедневно для зарядки на солнце. Его нужно было разбудить. Слишком долго он пролежал в недрах Земли.

А ещё он стал робеть перед Анной. С чего бы это? Нет, она не его Истинная. У него к ней такое чувство, будто она его старшая сестра. Но почему робость?

Ольгер лежал в своей спальне и ни как не мог уснуть. Мысли кружили неугомонным роем.

Надо же, как жизнь его круто начала меняться. Спасибо Триединому за то, что свёл его с этими удивительными Девами. С Анной.

15. Странности начинаются

«Каменистая равнина. Обточенные ветром и водой, словно оплавленные, чёрные валуны, камни поменьше. Редкая жёсткая трава. Колючие, с огромными иглами, широкими кожистыми листьями кустарники. Над головой чистое небо, но солнце тусклое. Я вижу всё словно через тёмные солнцезащитные очки. Где-то невдалеке шумит море. Ко мне бежит смуглая девочка лет пяти. Она обращается ко мне, но я — это не я.

— Нюра, ты спасёшь мою маму? Спаси её! Она ещё не ушла за Грань. Она только спит. Нюра! … Нюра…».

— Ань, проснись. Ты что мечешься? Просыпайся. Кошмар, что ли приснился?

Сестра будит меня. Я никак не соображу.

— Кошмар, да? — Таня заботливо вглядывается в моё лицо. — Ты толи похудела за ночь? Лицо вроде обострилось. Да нет, нормальное. Показалось. Вставай.

— Не кошмар. Что-то странное…. Вроде, как я, но в тоже время не я. Девочка маленькая лет пяти. Смуглая, как шоколадка. Просит меня маму спасти. Называет меня Нюрой. Вокруг валуны, камни. Почти голая земля.

— Что-то вещее, — предположила Таня. — Магия же кругом. А ты оказалась к ней очень чувствительной. Вот снится всякое. Время покажет. Поднимайся.

Таня уже разворачивалась выходить, а я пыталась выпутаться из постели, но вдруг внимательно посмотрела на меня.

— О, сестричка, да тебя что-то трясёт, лихорадит. Слабость, да? Ложись. Пойду, Ольха позову.

— Может не стоит, — попыталась я слабо возразить.

Но Таня уже вышла. А я ещё раз сделала попытку выпутаться из покрывала и простыни. Бросив это бесполезное занятие, упала на подушку.