Зачарованный терем 2 (СИ) - Осинина Нюра - Страница 2

- Было так здорово! Очень красиво! – взахлёб рассказывал Ярунок. – Сурийный шар лопнул и на Анну полился свет. Она стояла в световом коконе, а от неё по руке на Елисея тоже потёк свет и взял его в кокон. А от них свет стал растекаться во все стороны по кругу и накрыл всех волной. Только до нас не дошло. У самой скалы свет погас.

- А Нюра была вся такая…, такая…, – пыталась объяснить Таина, но не смогла подобрать слов.

Он и Таина, чтобы лучше видеть, отошли в сторонку и взобрались на самый высокий обломок скалы.

- Вот это мы влипли! – воскликнула Сима. – Надо было оставаться в Тереме. С башни бы посмотрели. А Анну с Елисеем сюда отправить.

- Хитрая ты Симочка! Аня, что? одна должна за всех отдуваться? – заступилась за меня сестра.

- Ладно, переживём, – успокоил всех Елисей. – Назад хода нет. Как Анна говорит, ткнули в нас пальцем.

- А на меня-то вы что так смотрели, словно чудо увидели? – спросила я.

- Так чудо и увидели, – ответила Таня. – Ты же вся сияла неземной красотой. Вроде как бы ты и не ты. Вся такая величественная. Так и хотелось тебе поклониться.

- Скажешь тоже – поклониться. Уж падала бы сразу ниц, что мелочиться-то, – подколола я сестру.

- Ага, ниц. Об камни чтоб убиться? – съехидничала та.

Своим диалогом мы с сестрой сняли возникшее напряжение.

Домой мы вернулись при звёздах. Расходиться не хотелось. Все произнесли клятву.

- Я, …, свидетель Поцелуя Сурия, клянусь своими оборотами, как настоящими, так и будущими, и моей жизнью, держать в тайне совершившееся чудо, даже не обсуждая между собой.

Ночью мне снился Сурий. Кружась надо мной, озорно подмигивая, пытался меня поцеловать. Я же руками и крыльями отмахивалась от него, словно от надоедливой мухи. Проснулась я от собственного громкого возгласа: «Отстань! Не хочу!».

***

Сегодня перед ужином мы провожаем на Озеро большую группу – двадцать пять человек: четырнадцать парней и одиннадцать девушек. О вчерашнем событии не поминаем, словно ничего не было.

Мы вместе сходили на медитацию к Граалю. Устроили очень сытный обед. Сварили борщ с подкопченными свиными рёбрышками – подросла свекла, начали зреть помидоры. Нажарили котлет, да ещё по шампуру шашлыков.

Ребятам сегодня быть без ужина. Приготовили с собой специальное питьё во фляжках, которые по нашей подсказке, начал изготовлять из серебра Вакула.

Ольгер пошёл с ними. Повёл сестру. У кромки леса уже ждал Филимон.

Елисей остался караулить меня.

А мне становилось всё хуже. Металась по Терему, не находя места. На уговоры Елисея, подняться на башню, не поддавалась. Мне казалось, что меня там ждёт что-то ужасное. На закате Елисей, сломив моё сопротивление, подхватил меня на руки и поднялся на башню.

Все лежаки убраны и сложены в одном месте. Остался один, на который, постелив мой халат, Елисей уложил меня на живот и накрыл покрывалом. Сам устроился, в одном халате, на одном из лежаков в стороне от меня.

Сияла полная Селена.

Впереди была целая ночь мучительных приступов. Меня лихорадило, выворачивало суставы, ломило кости, тянуло мышцы. Муки мои мученические! И страх. Я боялась, что при обороте раскроются лебединые крылья. Представила ладона с лебедиными крыльями. Елисей, наблюдавший за мной, хохотнул.

Ага, смешно ему! А мне-то каково? Мне больно и страшно.

На восходе солнца всё закончилось. Я не сразу поняла, что случилось. Меня отпустило. Подо мной жалобно скрипнул, сминаясь, лежак, и я оказалась на четырёх лапах. И у меня огромные, нет не лебединые, а настоящие ладоньи крылья. Золотые?!

Воздух наполнился какими-то особыми запахами. Появились ранее не слышимые звуки. Даль стала проглядываться чётче.

Рядом обернулся Елисей.

- «Ну, что стоишь? Лети», – услышала я голос Елисея в голове.

- «Боюсь».

- «Чего боишься? Ты же умеешь летать».

- «С башни прыгнуть боюсь». – Я подошла к самому краю, заглянула вниз через парапет и попятилась. – «Высоко. Я боюсь».

- «Не бойся. Ты же Лебедью прыгала».

Елисей попытался меня столкнуть. Я заорала. Мой рык разнёсся по округе.

В это время из леса выходили ребята. Услыхав рык, посмотрели на башню, где я, упираясь всеми конечностями и крыльями, ревела во всю мощь своих лёгких, а Елисей пытался меня столкнуть.

Парни захохотали, засвистели. Ладоны, пропустив вперёд девчат, на ходу скидывая одежды, оборачивались и взлетали. Они стали кружить над Теремом. На башню опустились Ольгер с Радимом. Общими усилиями трое Ладонов совершили своё чёрное дело, спихнув меня с башни.

Со страху я замахала крыльями.

Дура! Ну, чего боялась? Ты же умеешь работать крыльями, умеешь летать. Лети!

Я полетела. Набрала высоту и развернулась, планируя над Теремом. Внизу стояли все наши домочадцы и наблюдали за нами. Ладоны кружили вокруг меня, увлекая ввысь.

- «Елисей, какая я?».

- «Красивая. Очень красивая!», – с восхищением сказал Елисей.

- «Елисей, я же себя не вижу! Какая я?».

- «Словно Сурий!! Я установлю зеркало в ангаре, и ты будешь в него смотреться».

- «Хорошо. Ловлю на слове!».

- «На каком слове ты его ловишь?», – услышала я голос Радима.

Опля! Я сбилась с крыла и чуть не кувырнулась.

- «Это что? Я могу мысленно общаться со всеми?».

- «А как бы мы могли сообщить что-то друг другу?», – объяснил Ольгер. – «Только мысленно».

Та-ак. Держу мысли при себе. Думаю только о главном.

Небо, здравствуй! Ты такое огромное! У Лебедей меньше. А внизу всё такое крохотное. Открываются красоты и дали, квадраты ухоженных полей, лесные кущи, синие ленты рек и, сурийно бликующие небольшие фигурные зеркала озёр. Словно вид из кабины самолёта, только ярче, чётче.

Облако. В него можно нырнуть. Подняться повыше и нырнуть сквозь него. Здорово! Ну-ка, ещё разок. Прохладно. Хорошо!

- «Анна, хватит купаться! – окликнул меня Елисей. – Возвращаемся!».

Мы спланировали над лесом. На поляне стоял Филимон и смотрел из-под ладони в небо.

- «Филимончик, это я», – сообщила Лешему, сделав над поляной разворот.

Я опустилась на башню и обернулась. Быстро схватив халат, заскочила в башенку. Следом опустился Елисей, обернулся.

- Что прячешься? Я же тебя уже видел, ночью, – надевая халат, проговорил он и вошёл в башенку.

- Так, то было ночью. Я, можно сказать, без сознания была.

- Поздравляю! – сказал Елисей, обнимая меня и целуя.

Ой, только, Анна, крепись, не выпускай пламя. До греха недалеко.

- Елисей, отпусти. Не надо. Пошли вниз.

Елисей с трудом сдерживаясь, отступил от меня.

- Прости, – проговорил севшим голосом, – пошли, нас ждут.

У нас был праздник! Грандиозный!

У всех ребят будет, кроме человеческого, ещё по три обличия. Я напомнила будущим Ладонам, что их оборот произойдёт только в день ладонского совершеннолетия, то есть в двадцать пять лет, как и Единорогов. Кроме Дев. Они составляют большое исключение из Уклада.

У эльфов появится юный Единорог. Но это пока большой секрет.

У девочек, кроме дриады Лины, тоже по три оборотных ипостаси, но не все будут Лебедями. Попереживали и успокоились. Зато появятся Лебеди из местных.

Глава 2. Ещё одна задача Триединого

Мне опять приснился Триединый.

Я сидела на большом плоском камне на вершине горы.

Ладоньи горы. Как тут оказалась, не помню. На мне брюки, куртка и лёгкие сапожки. Сижу, любуюсь далями.

ОН подошёл и сел рядом.

«Почему ОН ходит босой? Надеть, что ли нечего?».

ОН усмехнулся, прочитав мои мысли.

- Чтобы лучше чувствовать свой мир.

- А в чёрном-то почему?

- Так белое пачкается сильно.

- Пачкается? – удивилась я. – Обо что?

- О грехи людские. Грешить стали много. Одёжу свою отчищать не успеваю. Вот и приходится в чёрном ходить. Ты что здесь сидишь?

- Да, вот, смотрю на свой мир. Красиво. Почему Ладоны ушли отсюда?