Избранное. Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Пулман Филип - Страница 255

– Я… устыдился. Подумал, вы станете избегать меня. Птицы способны почувствовать… они знают, что я несу в себе болезнь. Вот почему они на меня нападают. На протяжении всего пути мне пришлось избегать птичьих стай, облетая их за многие лиги стороной…

Бедняга выглядел таким несчастным, съёжившимся в глубине холода густой тени. Его переполняли мысли о ведьме, ждущей на севере в робкой надежде, что он принесёт ей исцеление. От этого зрелища у Лиры на глаза навернулись слёзы. Пан сказал ей, что она слишком добросердечно и мягко относится к этому деймону, но лучше бы он этого не говорил. С тех пор как они с Уиллом расстались два года назад, малейшая вещь могла заставить её впасть в уныние и расстроить. Она чувствовала, что её сердце смертельно ранено. И эта рана будет с ней навсегда.

– Тогда поспешим, – прошептала девочка, – Доберёмся до Джаксон стрит. Мы почти на месте.

Она двигалась быстро, Пан скакал чуть впереди. Словно тени облаков над полем в ветреный день, в её голове проносились мрачные мысли, одна за одной. Но у Лиры не было времени сосредотачиваться на этих мыслях.

Джаксон стрит была одной из тех маленьких улочек, вдоль которой выстроились кирпичные строения, рядами спускаясь к каналу. Дома рабочих и служащих металлургического комбината Игл остались позади, а впереди жили лодочники со своими семьями. На другой стороне канала Портовый луг простирался до самых холмов и лесных массивов Уайт Хэма. Отсюда до Лиры доносились голоса каких-то ночных птиц над далёкой речной гладью.

На углу улицы Панталеймон дождался Лиру и снова вспрыгнул к ней на плечо.

– Где он? – прошептала девочка.

– Вон на том вязе сзади. Наблюдает. Долго ещё спускаться к его дому?

Лира изучила номера на дверях ближайших домов.

– Должно быть, с другого конца улицы, – ответила Лира, – Рядом с каналом…

Другой конец улицы, на тот момент, когда они приблизились, был почти полностью погружён во тьму. Ближайший уличный фонарь остался немного позади, лишь слабые отблески света падали на улицу из-за укрытых занавесками окон. Да полумесяц бросал достаточно света, чтобы по мостовой гуляли тени.

Деревьев тут не было, Лира лишь надеялась, что деймону-птице удастся найти укромную темноту возле крыш. Раздался шёпот Пана:

– Он двигается по кромке крыши, вдоль водосточного желоба.

– Гляди, – указала Лира, – Вон и дом алхимика.

Они были уже почти возле самой двери. Обычная входная дверь, как и все остальные, она открывалась на небольшой участок пыльной травки за невысоким забором. В доме было всего одно окно, прикрытое тёмными шторами, на крыльце было только две ступеньки, но у этого дома был ещё и подвал. Тусклый свет падал на расстояние фута от окошка, освещая маленький участок заброшенного, заросшего сада. И хотя в зарослях неухоженной травы было трудно разобрать хоть что-то, сквозь них Лира и Пан разглядели красный отблеск пламени.

Пан спустился на землю и пригляделся внимательнее. Он двигался очень аккуратно, по самому краю освещённого участка, боясь быть замеченным. В это самое время деймон-птица уже оказалась прямо над ними, перемещаясь по черепице, подвал ему не был виден. Она не заметила и того, как Пан вернулся и снова забрался на плечо девочки. Раздался его настойчивый шёпот:

– Там ведьма! Я видел очаг и кучу инструментов… И ещё там лежит человек. Уж не знаю, может даже мёртвый… Но рядом с ним ведьма…

Что-то было не так. Все опасения Лиры вспыхнули ярким светом, будто в пламя спиртовки попали брызги вина.

Как им поступить?

Неспешным, уверенным шагом Лира отошла от подвального окошка и пересекла улицу. А затем направилась к последнему дому на другой стороне, будто тот и был целью её путешествия всё это время.

Деймон-птица на крыше позади них снова издал свой низкий, трескучий крик, но теперь гораздо более громкий, а вслед за этим сорвался с крыши и устремился вперёд, целясь в голову Лиры.

Услышав это, Лира быстро обернулась, а деймон принялся кружить над ней, взволнованно выкрикивая:

– Куда? Ты куда собралась? Зачем тебе на эту сторону улицы?

Лира присела, это заставило деймона спуститься чуть ниже. И в то же время дало возможность Панатлеймону совершить молниеносный рывок в тот момент, когда Лира снова выпрямилась во весь рост. Движение Лиры придало ему ускорение, в момент прыжка он глубоко процарапал плечо девочки когтями, но расчёт был верен. Пан схватил деймона-птицу прямо в воздухе и сбил его на землю. Тела деймонов сплелись в комок из пронзительного клёкота, крика и яростных ударов когтями. Из дома позади них раздался пронзительный возглас, полный дикой боли и ярости. Это был голос ведьмы.

Лира обернулась, готовая встретиться с ведьмой лицом к лицу.

У Пана было преимущество в весе и силе по сравнению с деймоном ведьмы, но с самой ведьмой всё обстояло иначе. Взрослая женщина против юной Лиры, к тому же, готовая сражаться и убивать без оглядки. Что же это такое? Мысли Лиры понеслись с бешеной скоростью. Они едва не попали прямо в западню, и теперь Лира, безоружная, должна была сражаться с одной целью – выжить. Её сознание наполнила мысль.

«Уилл… Будь как Уилл»… Всё происходило слишком быстро.

Ведьма рванулась прочь из распахнутой двери. Едва ли не падая, спотыкаясь, с зажатым в руке ножом. Выпученные глаза на искажённом яростью лице впились в Лиру. Оба деймона всё ещё продолжали бой, яростно рыча, огрызаясь, осыпая ударами и раздирая когтями тела. Люди чувствовали каждый удар, боль каждой раны, всё, что ощущали их деймоны, передавалось им самим.

Лира бросилась на середину маленькой улочки, после чего повернулась спиной к набережной канала, ожидая, что же произойдёт, если ведьма набросится на неё.

Лицо ведьмы уже утратило всякое подобие человеческих черт – это была маска безумия, ненависти, от таких сильных эмоций Лиру буквально бросило в дрожь. Но в своём сознании она крепко держала образ Уилла… Как бы поступил на её месте он? Он бы был непреклонен, стоял на ногах до последнего, сохранял бы равновесие… И она также была готова встретить силу устремившейся к ней ведьмы, противопоставив ей всю отвагу, которую только способна вместить её душа.

Но в следующую секунду, а может спустя пару секунд, произошло нечто невероятное. Прямо над Лирой пронёсся головокружительный порыв ветра. Лира пошатнулась, когда мимо неё пронеслось могучее белое тело, вырвавшись из-за спины девочки и набросившись на ведьму. Воздух наполнил ужасающий яростный свист рассекающих воздух ударов белых крыльев. И прежде чем Лире удалось снова твёрдо встать на ноги, лебедь со всей силой обрушился на ведьму, опрокидывая её спиной на мостовую. Пан издал крик ликования, чувствуя, как деймон ведьмы ослабел и задрожал в его цепких лапах. Ведьма, всё ещё живая, продолжала ползти к Лире, словно ящерица со сломанным хребтом. Вся в окружении искр. Искры высекал нож, когда ведьма исступлённо ударяла им по камням брусчатки, пытаясь подтянуться ближе. Позади ведьмы остался лебедь. Словно парализованный, он лежал, бессильно раскинув в стороны белые крылья. Лира до сих пор была в шоке от молниеносного нападения белой птицы. Её мутило, голова кружилась. Сил едва хватало на то, чтобы не потерять равновесие снова и привести свои мысли в какой-то порядок… И тут раздался прерывистый голос Пана:

– Он мёртв. Лира, они оба мертвы.

Глаза ведьмы до сих пор ещё были на выкате, со свирепым блеском они смотрели в сторону Лиры, а мышцы рук ещё держали тело немного приподнятым над мостовой, но у неё был сломан позвоночник, и в этом застывшем яростном порыве больше не было жизни. Наконец мышцы сдались, и тело ведьмы рухнуло на камни безвольным мешком.

Лебедь пытался подняться, но это ему не удавалось, он только полз, подтягиваясь. Снова над головой Лиры раздался оглушительный шум шелестящих крыльев, вызывавших новый порыв ветра. Пролетев над каналом, приблизились ещё три лебедя, промчались, почти касаясь брусчатки, и снизились над своим пострадавшим собратом. Люди в близлежащих домах уже должны были слышать весь этот шум-гам, в окна, должно быть, выглядывают лица, уже открываются двери, но это Лиру уже не могло испугать. Она собрала все свои силы и устремилась бегом к упавшему лебедю, который неуклюже бил крыльями, царапая их о мостовую в попытки найти точку опоры и приподняться. Позабыв об опасности пострадать от удара лебединого клюва, Лира упала на колени. Просунув руки под мощное тело птицы, она приложила все силы, чтобы приподнять её. Он был такой беспомощный, в то же время напуганный недавним сражением… Но наконец Лире удалось найти, куда приложить силу и лебедь оказался у неё на руках.