Избранное. Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Пулман Филип - Страница 520

– Мистер Берри, вот так сюрприз, – сказала миссис Ход ланд гостю, предварительно вставив на место зубы. – Давненько мы не видались.

Она намекала на Дартмурскую тюрьму.

– Я был в отлучке с августа, мэм, – неопределенно отозвался мистер Берри; проявляя неожиданную учтивость, он даже снял засаленную шляпу и нервно мял ее в руках, сидя в крохотном креслице, предоставленном ему миссис Холланд. – Слыхал, вы интересуетесь, кто пришил Генри Хопкинса, – продолжал он.

– Может быть, мистер Берри.

– Ну, так я слышал, как Соломон Либер…

– Ростовщик с Вормвуд-стрит?

– Тот самый. Ну, так я слышал, как он вчера принимал в заклад бриллиантовую булавку – в точности такую, какую носил Хопкинс.

Миссис Холланд уже стояла.

– Вы не заняты сейчас, мистер Берри? Не желаете ли прогуляться?

– С превеликим удовольствием, миссис Холланд.

– Аделаида! – крикнула старуха. – Я ухожу Никого не впускать.

– Бриллиантовая булавка, леди? – переспросил старый ростовщик. – У меня есть одна, очень красивая… Подарок для вашего приятеля? – Он покосился на мистера Берри.

В ответ приятель схватил его за шелковое кашне, обмотанное вокруг морщинистой шеи, и выволок из-за прилавка, с размаху сшибив поднос с часами и кольцами.

– Мы не собираемся ничего покупать, мы хотим посмотреть ту, что вы принимали в заклад вчера, – прорычал он.

– О, конечно, сэр! Разумеется, сэр! Я и не думаю ее скрывать! – прохрипел старик, хватаясь за куртку мистера Берри; в этот момент ноги его зацепились за прилавок, и ростовщик свалился на пол. – О, прошу вас, пожалуйста, не бейте меня, пожалуйста, сэр, не надо! Моя жена…

Он весь трясся и заикался и все пытался подняться на ноги, цепляясь за штаны мистера Берри, но тот снова швырнул его на пол.

– Тащи сюда свою старуху, и я ей ноги повыдергаю! – рявкнул Берри. – Слышал, что я сказал? А ну быстро давай булавку!

Дрожащими руками ростовщик открыл шкафчик и вытащил злосчастную булавку.

– Та самая, мэм? – спросил Берри. Миссис Холланд поднесла ее к глазам.

– Та самая. Теперь, мистер Либер, говорите, кто заложил ее вам? Не вспомните сами – положитесь на мистера Берри, он вам поможет.

Мистер Берри сделал шаг в его сторону, и Либер отчаянно закивал головой.

– Конечно, я помню. Его звать Эрни Блэкет. Молодой парень. Кроукс-Корт, Севен-Даелз.

– Спасибо, мистер Либер, – медленно проговорила миссис Холланд. – Я вижу, вы разумный человек. Однако следует быть осторожней с людьми, которым вы ссужаете деньги. Вы не будете возражать, если я возьму булавку, не правда ли?

– Это не… она у меня только один день… я пока не могу ее продать… таков закон, мэм. – Голос его сорвался до шепота.

– Ну, так я и не покупаю ее, – возразила миссис Холланд. – Значит, договорились. До свиданья, мистер Либер.

Она вышла. Мистер Берри, рассеянно шагая по рассыпавшимся зонтикам и случайно свалив еще несколько ящичков на пол, последовал за ней. Напоследок он успел еще раз сбить мистера Либера на пол ловкой подножкой.

– Итак, Севен-Даелз, – сказала она. – Наймите кеб, мистер Берри. Мои ноги уже не те, что прежде.

– Да и у него тоже, – захохотал тот, в восторге от собственного остроумия.

Дом Кроукс-Корт, возле Севен-Даелз, был самым перенаселенным и злачным муравейником во всем Лондоне, но здешние бандиты отличались от коллег из Уоппинга. Близость реки придавала всем злодеяниям, процветающим в районе Гиблой Пристани, яростный и вольный морской дух, тогда как Севен-Даелз был банальной столичной клоакой. К тому же миссис Холланд была здесь на чужой территории.

Тем не менее внушительная фигура мистера Берри сделала свое дело. Благодаря его необыкновенному очарованию они довольно быстро нашли то, что искали, в одном грязном коридоре, где жил ирландец с женой и восемью детьми, слепой музыкант, две цветочницы, кукольник и торговец балладами и признаниями убийц перед казнью. Нужную комнату показала жена ирландца.

Мистер Берри, верный своей манере, первым делом вышиб дверь. Внутри они обнаружили крепкого молодого человека, спящего в грязной кровати. Он зашевелился от грохота, но так и не проснулся.

Мистер Берри громко втянул воздух ноздрями.

– Надрался, – объявил он. – Ну и вонища…Фу-у-у…

– Разбудить! – приказала миссис Холланд.

Мистер Берри занес ногу, опустил ее на краешек кровати, слегка надавил, и спящий юноша, одеяло и гнилая подушка тут же оказались на полу, придавленные перевернувшимся тюфяком.

– Фево эфо? – спросил молодой человек, вывертывая голову из-под подушки.

В ответ на этот не самый своевременный вопрос старый бандит сгреб его в кучу и швырнул об комод – второй и последний предмет обстановки в комнате молодого человека. Комод немедленно развалился на части, и юноша, стеная, распростерся среди обломков.

– А ну вставай! – подстегнул его мистер Берри. – Не видишь, что ли, женщина стоит. И кто тебя только воспитывал!

Тот, кряхтя и держась за стенку, с трудом утвердился на ногах. Испуг, замешанный на жестоком похмелье, придал его лицу характерный зеленый оттенок. Он мутно оглядел своих гостей.

– Вы кто? – ухитрился внятно выговорить он.

Миссис Холланд хмыкнула.

– Теперь, – сказала она, – говори, что ты знаешь о Генри Хопкинсе?

– Ниччо, – мотнул он головой. В ответ на это мистер Берри увесисто ткнул его в грудь. – Пшел вон! Убирайтесь отсюда!

Миссис Холланд вынула бриллиантовую булавку.

– А что ты скажешь на это?

Юноша бросил на нее опасливый взгляд.

– В жизни не видел, – ответил он, невольно вздрогнув.

Но мистер Берри всего лишь погрозил ему пальцем.

– Тебе надо хорошенько подумать, – наставительно сказал он. – Ты нас разочаровываешь.

И снова ударил его. Несчастный, хныкая, повалился на пол.

– Хорошо, хорошо! Я нашел ее. Отнес Солу Либеру, он дал мне пятерку. Вот и все, чесслово! – завыл он.

– Откуда она у тебя?

– Я же сказал: нашел!

Миссис Холланд вздохнула. Неодобрительно покачав головой при таком злостном проявлении человеческого упрямства, мистер Берри снова дал ему тумака. Завопив от боли, Эрни Блэкет бросился в угол комнаты, на мгновение зарылся в обломки комода и вынырнул оттуда с пистолетом.

Гости застыли на месте.

– Только сделайте шаг вперед и я с-с-стреляю, черт меня побери.

– Ну, давай, – сказал мистер Берри.

– И выстрелю! И выстрелю!

Мистер Берри протянул руку и вынул пистолет из вспотевших пальцев. Блэкет сжался.

– Стукнуть его, что ли, мэм? – задумчиво произнес Берри.

– Не надо! Не надо! Я расскажу все, что знаю!

– И все-таки ударь его, – велела миссис Холланд, беря пистолет. Когда процедура была закончена, она продолжила: – Что еще ты взял у Генри Хопкинса?

– Булавку. Пушку. Пару гиней. Часы с цепочкой и серебряную фляжку.

– Что еще?

– Больше ничего, мэм, клянусь.

Юноша нервно сглотнул.

– Ага, – прошептала миссис Холланд. – Продолжайте, мистер Берри, он в вашем распоряжении, только оставьте ему голос.

– Не надо! Нет! – заорал Эрни Блэкет, увидев занесенный над ним кулак. – Вот, нате, берите, берите!

Он полез в карман и, тут же отскочив в сторону, протянул два или три листка бумаги. Миссис Холланд схватила их и пристрастно изучила со всех сторон.

Потом подняла глаза.

– И это все? Больше ничего?

– Все, все, клянусь!

– Ты уже не раз клялся, – сурово сказала она. – Вот в чем дело. Ладно, хватит с него, мистер Берри. Мы заберем пистолет, дабы он напоминал о нашем добром друге Генри Хопкинсе. Невинно убиенном.

Она заковыляла к двери и подождала, пока мистер Берри договорит с их гостеприимным хозяином.

– Не нравится мне видеть молодого человека твоих лет пьяным в стельку, – веско начал он. – Это смерть для молодого человека, пьянство твое. Я сразу понял, что ты пьян, как только вошел. Первый стаканчик – первый шаг к сумасшествию, галлюцинациям, размягчению мозгов и моральному разложению. Тысячу жизней сломала выпивка. Держись от нее подальше, вот мой совет. Иди и покайся, как сделал я. И ты станешь лучше. Вот… – Он пошарил в кармане. – Здесь у меня полезная книжица, она тебе поможет. Она называется «Плач пьяницы, узревшего Благословенный Свет».