Избранное. Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Пулман Филип - Страница 684

И она рассказала ему все, сбиваясь, забывая детали, возвращаясь назад, но стараясь, чтобы он все понял. Поначалу Джим смотрел недоверчиво, затем гневно, потом спокойно и в конце — кровожадно.

— Хочешь сказать, этот ублюдок сейчас там?

— Да. Видимо, приехал прошлым вечером. У него там полно народа, новые слуги вынесли всю нашу мебель, все-все, теперь там только его вещи…

— Харриет у него?

— Не знаю. Там есть какая-то женщина, похожая на няню, поэтому может быть. Что ты хочешь сделать?

— Вышвырнуть его оттуда.

Он достал из рюкзака складной нож и одним взмахом отсек от дерева довольно толстую ветку.

— Но, Джим, их там много — целая банда…

— Смотри, — ответил он.

Он перекинул рюкзак через плечо и вышел на дорогу. Сара-Джейн еще никогда не видела его таким — Джим был просто взбешен. Она даже испугалась и бросилась было за ним, но внезапно остановилась.

Перед ними на дороге стоял человек. Не Пэрриш; человек, которого она раньше никогда не видела, элегантный, темноволосый, от него исходила какая-то необъяснимая угроза. Он с любопытством наблюдал за Джимом, но не ушел с дороги.

— А вы кто такой? — спросил Джим.

— Меня зовут Мендел. Джонатан Мендел. Сара-Джейн увидела, как Джим даже вытянул шею, услышав знакомое имя. Он все еще был зол, но к тому же озадачен.

— Малыш Мендел? Из Сохо? Человек кивнул.

— Вы замешаны в этом?

— Да. Погодите минуту, — холодно и твердо сказал он, увидев, что Джим сделал шаг в его сторону. — Я не знаю, кто вы, но, похоже, собираетесь пойти разобраться с Пэрришем. У меня те же планы. Но спешу напомнить, что из дома мы очень хорошо видны, поэтому до того, как мы согласуем наши действия, думаю, стоит отойти в сторону.

Джим вздохнул и согласился. Мендел приподнял шляпу перед Сарой-Джейн. Он был похож на ученого со своей лысеющей головой и умными глазами. Но в то же время в нем чувствовалась какая-то скрытая сила, и Сара-Джейн не могла понять, что он за человек. Они отошли в сторону, чтобы скрыться за стеной.

— Ну? — начал Джим.

— Если дадите мне пару минут, я расскажу вам все, что знаю об этом деле, — сказал Мендел. — А потом вы можете рассказать мне, кто вы такой, а можете не рассказывать. И решите, нужна вам моя помощь или нет. Дом сейчас окружают около дюжины моих людей, а раз вы знаете, кто я такой, то должны понимать, что это за люди.

Джим тихонько присвистнул.

— Хорошо, — согласился он. — Я вас слушаю.

Сара-Джейн была в замешательстве. Несмотря на приятное лицо незнакомца, его элегантный плащ, красивую шляпу, в нем определенно было нечто пугающее.

Он начал говорить. На рассказ ушло около пяти минут. Он поведал о Голдберге, о Цадике, о том, что слышал о Салли, Харриет, Ребекке и семье Катцев, о том, как Пэрриш похитил девочку. В этот момент Сара-Джейн вскрикнула и схватила Джима за руку.

— Это мисс Рассел, няня девочки, — пояснил Джим. — Продолжайте.

— Мы сидели здесь, ждали и наблюдали, как велел мистер Голдберг. Видели, как приехал Пэрриш, но ребенка с ним не было. Возможно, потому, что было слишком темно, а может, потому, что они оставили ее где-то в другом месте. Именно поэтому я пока не отдал приказа захватить дом; просто мы не знаем, там ребенок или нет. Как только будет возможно, я пошлю одного из своих людей к телефону, узнать, что нового у остальных.

— Понятно. А этот Голдберг — кто он?

— К нему подойдет много определений. Беженец, журналист, политик. Может, даже где-то бандит. Я очень уважаю его.

Казалось, Джим пытался переварить такое количество информации. Затем протянул руку.

— Джим Тейлор, — представился он. — Я здесь живу, я старый друг мисс Локхарт и крестный отец ее ребенка. Только что вернулся из путешествия по Южной Америке и вот что застал. Да, вы правы, я хочу разобраться с ними. Так вы предлагаете помощь?

— Безусловно.

— Премного благодарен. Сколько у вас людей?

— Шестеро.

— Тогда поступим так. О том, чтобы вломиться в дом, и речи быть не может. Мы ведь не хотим выходить за рамки закона?

— Нет-нет, — ответил Мендел. Сара-Джейн заметила, что они разговаривают несколько театрально, словно улыбаясь в глубине души, однако на их лицах улыбок видно не было.

— За рамки выходить не будем, — продолжил Джим. — В таком случае я приглашаю вас и ваших друзей на завтрак, раз уж сегодня такое паршивое утро. Я ведь могу звать к себе в гости кого угодно? Но мне хочется попроказничать, поэтому мы зайдем не через парадную дверь, а влезем в окно на первом этаже. Потом неожиданно обнаружим в моем доме какую-то странную мебель. Какой ужас. Думаю, надо выкинуть ее в окно. Затем наверняка прибежит какой-нибудь незнакомый человек посмотреть, что случилось. И если он дерзнет помешать нам насильственным образом, вполне понятно — вызовет наш гнев и негодование и схлопочет по полной программе.

Пока Мендел созывал своих людей, Джим несколько раз махнул в воздухе тростью, проверяя, хорошо ли она лежит в руке.

— Обычно в драку я беру с собой кастет, — объяснил он Менделу. — Но против десятиметровых питонов и ядовитых лягушек он бесполезен, так что с собой у меня его нет. Но палка сойдет.

Сара-Джейн оглядела компанию бандитов из Сохо. Мрачные, все в шрамах, они, похоже, привыкли жить, постоянно воюя. А Джим с загоревшим лицом и озорным блеском в глазах походил на пиратского капитана.

— Итак, господа, — начал он, — с превеликим удовольствием приглашаю вас позавтракать у меня. Сара-Джейн, как только мы окажемся внутри, начинай искать Харриет. Может, она и там. Если найдешь, оставайся с ней, пока не будет безопасно выходить.

Ее сердце отчаянно колотилось, она не знала, от страха это, от восторга или от того и другого вместе. Сара-Джейн прошла вместе с Джимом, Менделом и остальными по тропинке вдоль кирпичной стены, затем вошла в калитку и оказалась среди кустов, растущих в саду.

Джим указал на конструкцию из стекла и металла справа от них у стены.

— Если удастся забраться на ограду, до окна ванной будет рукой подать — видите? Там, где растет плющ. Конечно, если мы застанем там Пэрриша, придется отвернуться, пока он не оденется. Правильно, Сара-Джейн?

Она кивнула. Она не привыкла лазать на заборы, но, в конце концов, он был не таким уж и высоким — метра три. К тому же его не было видно из кухни и гостиной, где, похоже, и находились все обитатели дома.

Джим отыскал в траве старую деревянную лестницу и приставил ее к ограде.

— Что ж, полезли, — скомандовал он.

Салли ударилась головой о какой-то камень и оказалась под водой, ее ночная рубашка задралась, она пыталась высвободиться, отчаянно работая руками. Наконец ей удалось вынырнуть и нащупать ногами твердую поверхность.

Она протянула руку в попытке ухватиться за что-нибудь, но обнаружила лишь пустоту. Вторая попытка была удачнее — Салли уцепилась пальцами за что-то прочное, все еще стоя в бурлящей воде.

Теперь ей было на чем стоять и за что держаться.

— Я не хочу умирать! — закричала она. — Не хочу! Я не умру!

Тут ее ноги начали скользить, она нащупала рукой балку чуть подальше и потихоньку начала вылезать из воды.

Хоть бы один лучик света! Салли знала лишь, что на расстоянии вытянутой руки с одной стороны было безопасно, а на таком же расстоянии с другой ее ждала неминуемая гибель. Здесь можно было запросто потерять волю к борьбе. Но она схватилась за какой-то металлический прут и медленно, сжав зубы и не обращая внимания на дрожь, от которой сотрясалось все тело, продвигалась вперед.

Она опять протянула руку — перед ней было пустое пространство. Сбоку, кажется, целая гора кирпичей, бетонных обломков, камней, штукатурки, и на эту гору можно было забраться.

Еще одно усилие, и Салли вскарабкалась на нее, вся в синяках, ссадинах и окоченевшая от холода; тяжело дыша, она лежала на куче обломков и пыталась прийти в себя. Затем перевернулась на спину. Острые края камней и кирпичей впились ей в ребра, и тут она увидела свет.