"Фантастика 2024-39". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Русанов Владислав Адольфович - Страница 350

— Прочь, твари…

Птицы замахали крыльями, натолкнувшись на невидимую преграду, но никуда улетать, похоже, не собирались.

— Кар, камень…

— Прямо классический «ужастик», — фыркнул Марк.

Вороны принялись долбить клювами преграду, будто дятлы, и начали приближаться! Руки поводыря быстро двигались, губы что-то шептали. Первый ворон закричал, именно закричал! Его шея завязалась в узел, птица захрипела, но свернутая тушка не упала на асфальт, а осыпалась черными хлопьями. Два других «дятла» отпрянули, с елей послышалось подбадривающее карканье, и птицы ринулись в новую атаку. Капюшон проводника упал на плечи, демонстрируя голову жуткого гомункулуса, собранного из частей разных тел.

— Отдай камни, Изморгиан! — прокаркали с ели.

— У вас не один кристалл? — охнул проводник, разделавшись со второй вороной.

— Да я не знаю, сколько их вообще, мешок, — пожал плечами Ян.

— Как это замечательно и ужасно одновременно…

— Почему?

— За такой дар вы получите, — третья тушка упала, но уже не распалась, — все мыслимые блага… Если доберетесь до дворца! Если б знать!

Вороны на деревьях оживленно загалдели, видимо обсуждая план дальнейших действий, предоставив жертвам передышку.

— Полетели! — предложил Сигизмунд.

— Эти кристаллы в первозданном виде привлекают духов, а чем быстрее мы будем перемещаться, тем ярче станет маяк, и еще больше тварей слетится на вашу плоть.

За время разговора останки сбитых ворон отползли с асфальта на землю и снова обрели форму, начали шевелиться.

— Что же нам, сыграть роль пшена для этих ворон?! — возмутился Пуфф.

— Их слишком много, да и не вороны это… Это облик. Информационные создания низших порядков могут совершенствоваться и развиваться только в созданном или позаимствованном теле…

— Ну и лишим их тел.

— Вы видели… Теперь это подобие пчелиного роя, спаянное одной идеей… Кто мог предполагать!

— Такой могучий колдун, — хмыкнул Марк.

— Не так все просто, — вздохнул Изморгиан.

— Ну, а показать их можешь?

Проводник повернулся к лесу, зашептал непонятные слова… Хвоя на пяти крупных елях вокруг стала прозрачной. Сотни черных птиц облепили ветви и что-то оживленно обсуждали. Яну показалось, будто при каждом вороне присутствует не то тень, не то туманное облако.

— Я заметил их «души», они и управляют процессом, верно?

— Ваше высочество могучий колдун, — уважительно сказал проводник.

— Только лучше не будить лихо, пока спит тихо, — мрачно отметил Марк.

Принц пропустил замечание мимо ушей, продолжая гнуть свое.

— Значит, формально, они все колдуны и ведьмы?

— Вообще, да.

— Есть хорошее средство, на Земле в средние века очень помогало. Сигизмунд, если повторить Котерию? Лапы чешутся….

— Ох, как чешутся, — согласился Пуфф.

— А ты помой с мылом, — огрызнулся Марк.

— Они строят пентаграмму!

— Плевать. Это только подтверждает наше предположение. Ну, проводник, держись в центре! Рассредоточились!

Между елей вспыхнула в воздухе светящаяся линия. Грифоны в ответ образовали треугольник, изрыгнули потоки огня, но сырая хвоя сомкнулась и лишь зашипела. Тогда Сигизмунд тонким факелом выжег аккуратное отверстие в хвое ели.

— Наддув! — скомандовал Ян.

Три головы, словно сказочный змей, дружно раздули доменную печь. Вершину вырвало, и через секунду к реву пламени, треску горящих сучьев добавился жуткий вой. Кокон рассыпался громадной бенгальской свечой. Крылатые ракеты, пожираемые огнем, налетали друг на друга, осыпая все вокруг пеплом и искрами. От них занялись еще две ели. Пламя сдирало телесные оболочки, оставив на память о себе пульсирующие области в «душах» воронов. Страдания были столь сильными, что похожие на июльский тополиный пух остатки продолжали метаться, хотя болеть стало нечему… Выплеснувшаяся волна из эмоций, боли, ужаса, обрывков заклинаний и высвобожденной энергии заслонила излучение мешочка с дарами. Уцелевшие участники разбойного нападения разбежались сами, подгоняемые расходящейся волной. Светящийся контур начал тускнеть, проводник вскинул руку и, воспользовавшись замешательством противника вкупе с фейерверком, открыл дорогу во дворец.

Он сидел, откинувшись на спинку черного кресла, и размышлял. Мысли хаотично перескакивали от одного к другому…

Они так ждали этот день, день сфер, но все сразу пошло не так… Нет, сонм призраков, рожденных ментальными потоками, магия черного меча, пентаграмма на полу зала все было готово, но… Оказалось, что любая волшба способна отклонить якорь от курса, более того — место, куда занесло клинок, населено бешеными демонами, наделенными чудовищной силой. Кровь одного разъела лезвие Агатового меча! Никакие заклятия не помогли. Второй в ярости вырвал якорь миров и метнул обратно, Изморгиан не успел посторониться, мы едва его собрали! А клинок воткнулся в постамент этого идола, да… Правитель обернулся к двухметровой голове, вырубленной из черного мрамора, увенчанной метровыми рогами. Изваяние покоилось на прямоугольном основании, в которое левее трона лезвие клинка вошло почти на треть. Все попытки извлечь его или хотя бы сдвинуть с места окончились неудачей. Обращение к прообразу статуи дало весьма туманный результат. Существо, весьма сходное с козлом из-за бородки и ушей, лишь изрекло туманное пророчество: «Они сами навлекут на себя рожденный в темных уголках души ужас, дадут ему жизнь. Никакое оружие не одолеет каменные сердца пришельцев, только Агатовый меч повелителя Ноуменона. Пройдут герои темными тропами двух миров, и самый отважный вынет клинок из моего тела, принесет домой…» На этом месте у идола неожиданно заплыл глаз, и кусок речи словно выпал, а окончание только добавило туману: «…воцарится хозяин клинка и слуги его в голубом мире!» Однажды этот козел уже исполнил желание, повелитель зло посмотрел в черные каменные глаза. Правитель мира, мира «ночных кошмаров» и отбросов, задворков даже для Второй сферы. Все было не столь ужасно, но чародей-то тогда ждал иного! За прошедшее время они многому научились и познали. Ноуменон — в свойствах этого закрытого уголка скрывались определенные достоинства. Кстати, в момент очередной свары «трупоборцев», считавших, что ключи от мира в гробу у мифологического существа, район совершенно не пострадал. Ну а печать, время точит все. Например, появилось двухкомпонентное оружие. Можно переправить без проблем, правда, еще не все вопросы отработаны… Научились вселяться в тела, даже достали пластины от ключ-камня, только поскольку он разрушен, это представляет теоретический интерес. Кстати, какие гости пожаловали? Ведь он сказал именно «гости», не колдуны, не жертвы… Занятно. Правитель смотрел на пентаграмму перед тронным возвышением в центре зала.

— Где же Изморгиан?

Центральный круг стал прозрачным. В лесу, у самого периметра его помощника взяли в кольцо. Сколько их собралось…

— Повелитель, беда! Они объединились и напали, — донесся голос первого советника.

Пока правитель раздумывал, вспыхнула бенгальским огнем ель. Пламя оказалось столь ярким, что слепило, не давая разглядеть ничего вокруг. Над дорогой хаотично метались, разбрасывая искры, крылатые огни. От них занялись еще две ели. Чародей потянул советника к себе и едва не упал от накатившейся волны и тяжести: «Уж, не тяну ли я всех их во дворец. Придется воззвать к…»

Жар ударил в лицо, канал закрылся. «Тяжесть ноши» объяснилась просто, кроме Изморгиана на полу стояли три грифона с седоками. Голова идола скрипнула.

— Приветствуем тебя, всемогущий правитель Ноуменона! — произнес мужчина в белом костюме из великолепной кожи, спрыгивая на пол.

— Благодарю. Всегда рад гостям…

— Прием горячий, — усмехнулся юноша.

— Изморгиан?

— Дело в том… — замялся проводник.

— Как ни называй, суть не измениться, — начал принц, снимая перчатку и роясь в сумке оруженосца, — последовательность предложений — любая, словом, мы имеем некий дар и просьбу. Поскольку о стоимости этих вещей нам ничего не известно, позвольте предложить вам это. Мы слышали, вам нравятся такие камни?