"Фантастика 2024-39". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Русанов Владислав Адольфович - Страница 510

— Но мне так легче рисовать, — обиделся Розино.

— Сейчас-то ты не рисуешь, — не унимался демон.

— Хорошо, — сказал осьминог.

Кисти и прочая ерунда из щупалец растаяли. Многоногий образ расплылся, словно разогретый пластилин, и превратился в человека в черном смокинге. Существо имело русые волосы. Лицо почти человеческое, если б не глаза, оставшиеся непропорционально большими.

— Великий художник Замка, Розино, — еще раз представился он.

— Подумаешь, — фыркнул демон.

— Ты принадлежишь к расе демонов? — наконец принял участие в беседе и я.

— Нет, — ответил мастер.

— Он принадлежит к расе подхалимов, — снова вступил в беседу демон.

— Молчи, зануда, — рассердился художник.

— На себя посмотри, старый пачкальщик холстов.

— Сам-то, можно подумать, моложе, древний лгун, — не остался в долгу Розино.

— Молчи, подлиза, — зашипел Локи.

— Слушай ты, половина недоделанная, ты повторяешься, — рявкнул художник.

После этого выпада Локи замолк. У меня появилась возможность вставить слово. Эта перепалка мне уже наскучила.

— Вернемся к картинам, — произнес я.

— Я слушаю Вас, ваша светлость, — вымолвил он, в голосе чувствовалась ирония.

— Вот чего тебе не советую, это слишком иронизировать над ним, — холодно произнес демон.

— Все, что ты можешь, это советовать. Так что сиди в кольце и помалкивай, — зло отбрил его Розино.

Демон перепалку не поддержал. Видимо, он уже догадался, к чему идет. Он научился прогнозировать некоторые ситуации, причем до того, как я что-нибудь ломал.

— Вернемся к картинам, — повторил я, — точнее, к вранью.

— Это не вранье, — ответил художник.

— А что же?

— Каждый мастер имеет право на художественный вымысел, — надменно пояснил Розино.

— Ну ладно, пойдем дальше. Посмотрим твой вымысел, — вздохнул я.

На ходу посмотрев изображение справа — там все примерно соответствовало действительности, — мы прошли к следующему полотну.

Картина была раза в два длиннее ранее осмотренных произведений и висела на левой стене зала, точно напротив центральной композиции на полу. Она впечатляла: на фоне бушующего моря рыцарь на гарцующем коне сражался с огромным драконом о пяти головах. Дракон кружил вокруг рыцаря, сжимающего в руке огненный меч. Я уже привык к своему изображению в железных доспехах, но в бою не смог бы в них, скорее всего, ступить и шагу. На парадных же портретах доспехи не мешали. Я повернулся в противоположную сторону. Так как, для осмотра «Рыцаря, побеждающего дракона», пришлось отойти к другой стене зала, я оказался прямо перед пустой рамой.

— «Бой с многоножкой», — прочел я вслух.

— С той, что не успел синтезировать генератор Пандоры? — подал голос Локи.

— Я не понимаю, о чем речь, — как-то очень суетливо ответил Розино.

— Не много ли совпадений, — произнес я задумчиво.

— Только многоножки и не хватает, — проворчал холодно демон.

— Так. Я жду объяснений, — продолжил я, посмотрев на художника.

— Здесь просто будет картина, — сбивчиво начал он...

— Здесь не будет такой картины, — перебил я.

Мне отчетливо вспомнилось изображение из комнаты управления генератором. Эта тварь была бы порезвее чем трандергар.

— Как это? — возмущенно закричал визгливым голосом художник.

— А вот так, — рявкнул я.

— Ой, — произнес Локи.

Тем временем я протянул лапу, схватил кусок рамы вместе с табличкой (попутно вырвав обломок штукатурки вместе кирпичом из стены) и сжал. Раздался хруст, на пол посыпалась кирпичная пыль и щепки. Я убрал лапу, отряхнул ее о другую. На месте таблички зиял пролом, всего сантиметров двадцать в диаметре.

— Стены здесь... Кирпич имитируют точно, вплоть до плотности, — словно невзначай заметил Локи.

— Ну, продолжим осмотр, — обратился я к Розино.

Мы направились к следующей картине, по левой стороне зала. Художник стушевался, его лицо стало отливать цветом мокрого асфальта. На месте картины снова висела пустая рама, но табличка имелась.

— «Смертельно раненый герой», — прочел я, выделяя каждое слово.

— Твоя голова крепче черной скалы? — вдруг по-деловому спросил демон у художника.

— Какая связь? — испуганно ответил тот.

— Я вспомнил судьбу одной слишком храброй змеи... — язвительно продолжил Локи.

Этот короткий разговор несколько разрядил обстановку, позволил мне остановиться и не впасть в гнев. Поэтому я лишь повернулся к художнику и холодно спросил:

— Значит, это планировалось?

— И что? — вдруг выдал Розино; наверное, характер у него был хуже чем у Локи.

— А ты герой... — начал демон.

— Я изображаю только правду.

— И к тому же дурак, — закончил Локи, словно судья, вынесший смертный приговор.

В принципе он был недалек от истины (в смысле смертного приговора). Но их препирательства дали мне подумать и принять некое решение.

— Лучше украшу этот зал статуей, — после паузы произнес я.

— И какой же? — не мог угомониться Розино.

— Твоей.

— Ты что скульптор, что ли? Тоже мне нашелся ваятель приблудный! — продолжал хамить художник.

— В некотором роде, — усмехнулся я.

Решение уже созрело. Наверное, оно было несколько жестоким. Но проучить этого нахала следовало. Я протянул лапы к художнику и совершил примерно тоже, что и с дверными ручками-драконами. Это оказалось не так уж трудно. Художник застыл неподвижно, будто окаменел, но самым интересным оказалось то, что он все понимал. Вот только ответить мог лишь слабым «да» или «нет».

— Как думаешь, через сколько оттает? — спросил я весело у демона.

— Хорошо сделано. Думаю, веков десять, если по земному летоисчислению простоит, — в тон мне ответил Локи.

— А по времени Замка?

— Ну... Вполне может стать вечной достопримечательностью Замка, — с некоторой иронией дал справку демон.

До меня долетели отголоски дикого ужаса, что исходил от статуи.

— А если герой погибнет от ран, то разморозить будет некому.

— Эту табличку мы снимем, — сказал я и указал когтем на рассердившую меня надпись.

Чуть прикрыв глаза, представил, что табличка просто рассасывается в пространстве. Не прошло и нескольких секунд, как рама была освобождена от гнусной надписи.

— А рама? — спросил демон.

— Повесим туда пейзаж.

— Есть еще два пустых места у выхода. Чем бы их заполнить?

— Я пока тут не хозяин, — задумчиво протянул я.

— Кто знает, кто знает, — многозначительно сказал демон.

— Ну что, пошли дальше? — поинтересовался я у него.

— Пойдем.

— А что делать с этим нахалом? — указал я когтем на статую.

— Оставить, — жестко сказал демон, — не тащить же ее с собой.

Ужас, исходивший от замороженного художника, перешел в мольбу. Почему-то мне было жалко оставлять его тут. Совет Локи мне не нравился.

— Ты будешь вести себя приличнее? — обратился я к статуе.

«Да», — донесся не то ответ, не то мысль.

— Простим на первый раз? — спросил я демона.

— Я бы оставил до нашего возвращения, — ответил тот, — хотя, дело твое.

Я протянул лапы к статуе, постепенно возвращая ей прежнее состояние. Она медленно стала оттаивать, наконец, зашевелилась.

— Ну как? — участливо спросил Локи.

— Я ннн... не буду.

— Чего не буду? — не отставал демон.

— Не буду ему хамить, — наконец выдавил из себя художник.

— Тут осталось несколько пустых мест, — задумчиво протянул я.

— А что, нужно было бы что-нибудь повесить, — поддакнул демон.

— Спросим мастера, — повернулся я к Розино.

— Слушаю вас, — стуча зубами, откликнулся тот.

— Если я попрошу тебя заполнить пустые места своими полотнами?

— У меня есть несколько идей...

— Надеюсь, без летального исхода? — сказал я и холодно посмотрел на мастера.

— Ну что вы, — поежился тот.

— Поделись.

— Например: «Бой с трандергаром», «Встреча с местными жителями», «Великий Qwerty вершит суд».