Подлунная Роза - Реброва Алена Дмитриевна - Страница 30

– Да как он живет с этой штукой в носу?! – шептала я, в который раз промокнув шарфом вспотевшую шею и лоб. – Нет, ну ты сам посмотри!..

– Надену на тебя никаб, будешь смотреть на кого и сколько хочешь, – пригрозил он. – Любопытно тебе, а расхлебываю всегда я!

Тут темнокожий поднял свое грузное тело, обтянутое желтым кафтаном с зелеными узорами, и направился в нашу сторону.

Я кожей ощутила волну негодования, исходящую от Эдвина, почти слышала это его «Я же говорил!», но поделать уже ничего было нельзя. Мой взгляд сам собой начал искать пути отступления: здесь, на юге, оскорблением могли посчитать даже цвет твоих волос, а пялиться на кого-то во время еды, если ты женщина… Наверняка я уже нарушила десятки из тысяч священных законов.

– Добрый вечер, – поздоровался мужчина, остановившись возле нас. Его глубокий голос звучал как из бочки, но казался довольно добродушным. – Извините за беспокойство, но мне показалось, что вы не местные.

– Так и есть. – Эдвин кивнул, взглядом оценивая здоровяка. – Мы с севера. Путешествуем.

– Я сразу так и подумал! – Толстяк радушно улыбнулся, хлопнув себя по выпирающему животу, и опустился возле нас, подняв облако пыли. – Меня зовут Тью. Иногда называют Водяной жабой или Водоносом, но это рабочие… – Он хлопнул в ладоши, откуда не возьмись к нему подбежал слуга в одной набедренной повязке. – Самого сладкого вина мне и моим землякам! И давай поживее!.. И принеси еще сладостей.

Мы с Эдвином переглянулись: такого с нами еще не случалось. Земляк, значит.

– Откуда вы? – решилась спросить я.

– О, я из Бейзила, – радостно поведал он. Это небольшое государство между Подлунными землями и Контуарой. – А вы?.. О, Подлунные земли, чудесно! Прекрасные места, ваши серебряные леса и озера, а рыба, м-м-м!.. Лучшие дни моих собственных путешествий!.. А вот и вино, отлично, просто превосходно!.. – Он налил нам вина из высокого позолоченного кувшина и отхлебнул первый, опустошив сразу большую часть кубка. – Ну так и что вас привело в Артес? Рассказывайте, не томите!.. Так редко удается встретить здесь земляков.

– Мы просто исследуем мир, ищем новое. – Эдвин пожал плечами, не спеша раскрывать цель нашего путешествия. – Захотелось увидеть, что творится за горизонтом.

– Зов дороги, понимаю. – Тью охотно закивал, отправляя в рот сразу три маленьких слоеных пирожных из пары десятков тех, что нам принесли на огромном блюде. – И как давно вы в пути?

– Около четырех лет.

– О, совсем немного! – Казалось, его все приводило в восторг. Постепенно этот огромный страшный увалень начинал мне нравиться: по крайней мере, он не выглядел опасным, как большинство местных. – Что ж, если вы здесь недавно, я могу посоветовать вам взглянуть на водопады из долины Худжу, поверьте, это незабываемое зрелище! А еще пещеры Маммо и, если девушка не из пугливых, – он мне подмигнул, – можете отправиться глубже в пустыню, и тогда найдете дикое поселение людоедов…

Он тараторил без умолку, в конце концов я потеряла нить разговора и только беспомощно кивала, когда он смотрел на меня.

Тью находился, наверное, в середине своего рассказа о местных красотах, когда сзади к нему подошли несколько людей в черных шарфах, закрывающих лица. Один из них, с золотой брошью на лбу, заговорил первым.

– Все набиваешь пузо, Водонос? Не на те ли деньги, что ты должен клану Рашиба?!..

Его приятели обнажили длинные изогнутые сабли и двинулись к толстяку, но тот невозмутимо дожевывал хрустящее пирожное, отряхивая липкие руки.

Эдвин встал, закрывая меня собой, а я замерла, готовая бежать по его команде: пока мы еще медлили, внимательно наблюдая за разыгравшейся сценой.

Они уже подошли к Тью с обеих сторон и замахнулись саблями, но толстяк вскинул руки чуть вверх, изящно, как танцовщица. Тяжелые браслеты на его запястьях звякнули, заглушая странный водянистый звук, и нападающие повалились на землю, корчась от боли. Повернувшись, что было нелегко при его габаритах, Тью взглянул на человека с золотой брошью, и его рука устремилась вперед, закручивая странный поток ото лба в направлении главаря разбойников, и тот упал раньше, чем сумел произнести хоть слово.

– Извините за это недоразумение, – проговорил Тью, поворачиваясь к нам как ни в чем не бывало. – Что за люди, никакого представления о приличиях! На севере на вас никогда не нападут за едой, там люди понимают, что значит хороший тон, вы не согласны? Садитесь-садитесь, все в порядке! Просто мальчикам захотелось поиграть в серьезных ребят. – Он весело хохотнул. – А вы тоже колдун, не так ли? – Он заметил жест Эдвина, готовящегося защищать меня. – Так и знал с самого начала, поэтому и подсел к вам! И девушка тоже?.. О, пара чародеев, это так здорово!.. Так и чем бы вы хотели заняться здесь?

Мы с Эдвином переглянулись, и я кивнула. Похоже, мы нашли, кого искали.

– Мое имя Эдвин, а это моя жена Одри, – проговорил он. – В последнее время мы путешествуем, собирая рассказы магов, владеющих нетрадиционными техниками. Похоже, Тью, что вы один из тех, кто был бы нам интересен.

– Ох, вы об этом? – он польщенно отмахнулся пухлой ладонью, вокруг которой собралось мутное вязкое марево. – Приятно, что вы заметили! Это моя собственная техника, я придумал ее, когда был еще юношей и по глупости угодил в болото…

Мы просидели в таверне до глубокой ночи, Эдвин расспрашивал Тью, а я записывала, участвуя в разговоре лишь изредка. Позже толстяк пригласил нас в свое поместье, где мы провели еще месяц, слушая его рассказы и делясь тем, что собрали за годы странствий. На прощание мы обменялись амулетами вызова, и тогда мы с Эдвином, наконец, отправились домой: Артес был последним местом на нашем маршруте.

Я не могла поверить в то, что после нескольких лет мы наконец вернемся в наш тихий лесной домик. Пьянящий еловый запах, мое любимое лебединое озеро… все это уже давно казалось лишь нежным детским сном.

Во время путешествий мы собрали целый фолиант беспорядочных записей – мы сохраняли все, что нам рассказывали колдуны, изучавшие стихии, как Тью, иллюзионисты, медики, маги, исследовавшие природу колдовства, и те, кто положил жизнь на совершенствование боевых техник. Нам предстояло привести в порядок все то, что мы собрали, и на это должны были уйти месяцы кропотливой работы за письменным столом. Кому-то это показалось бы скучным, но после долгих путешествий я с нетерпением ждала, когда смогу вдоволь отсидеться на одном месте.

В седло я почти взлетела, пальцы сами застегивали десятки ремешков. Встряхнувшись, разминая крылья, Эдвин прыгнул вверх, я чувствовала каждое движение, которое он собирался сделать, и скользила по воздуху вместе с ним, изгибаясь и привставая, когда было нужно. Наконец он набрал высоту и перешел в парение, а я откинулась на спинку кресла и, нацепив на глаза очки в маске на резинке – я назвала свое изобретение наглазниками, – принялась читать сборник рецептов южных колдунов, который Тью подарил мне на прощание.

Спустя несколько дней желтые пустыни под нами обратились в степи, а те постепенно стали переходить в пышные леса. Я наконец-то видела знакомые реки и озера и без труда могла называть города, над которыми мы пролетали. После путешествия не было ничего трогательнее, чем снова увидеть знакомую с детства красную черепицу Подлунных городов…

Оказавшись дома, за рукописи мы даже не сели, мы с Эдвином вовсю наслаждались возвращением в родные края. Остаток лета мы занимались хозяйством, восстанавливали домик, охотились, купались в озере, иногда выбирались в соседние деревни за едой и вещами, а по вечерам лениво играли в карты и кости, сотни вариаций которых мы собирали в путешествиях с не меньшим азартом, чем колдовские техники. Мы были отрезаны от всего мира, которого наглотались с избытком, и долго не могли насытиться уединением.

– Надо, наверное, проведать Томаса, – предложила я как-то вечером, когда мы лежали на шкурах у камина. – Без нас он, должно быть, уже загнулся от скуки…