Ник. Цикл (СИ) - Ясинский Анджей - Страница 1127

– Так что, вам помощь нужна? – нетерпеливо и почему-то слегка недовольно повторила она, при этом потешно хмурясь. – Могу подбросить до берега, все равно уже вылетела с трассы.

– С удовольствием примем твое предложение, – так же усилив голос, ответил я.

Девушка подвела своего коня поближе к нашему ковру и повернулась боком. При этом с интересом рассматривая наше средство отдыха. На ее забрале иногда что-то мелькало, видать, что-то магическое работало. Мы с подругой спокойно перепрыгнули через метровую пропасть, не выказав никакого беспокойства или боязни, заработав у девчонки толику уважения и отметив вздернутые от удивления брови.

Места в аппарате хватало – не очень удобные дополнительные ажурные стульчики, хорошо хоть со спинкой из все тех же металлических прутков. В них прослеживался отголосок даже некой эльфийской утонченности, но комфорта было минимум. Ну, это нам не страшно – немного магии, и сидеть стало вполне удобно.

– Я без навигатора сегодня – не удалось найти свободных, – без остановки болтала девчонка, не особо заморачиваясь, слушают ее или нет. – А амулет направления тут плохо работает, и это просто чудо, что я вас заметила – я ведь сбилась на сотню лиг в сторону.

«Почему мы с ней едем?» – мысленно спросила меня Алиела.

«Просто интересно. И что-то я не помню таких пепелацев на Лунгрии, и чтобы гномы летали на конструкциях, в которых совмещена куча разноплановой магии, – тут и магия земли, и воздуха. Даже магия воды и огня есть. Причем все собрано в амулетах и очень красиво состыковано».

«Ну, я в этом не разбираюсь», – хмыкнула Алиела.

«Это пока». – Я положил руку ей на колено и слегка сжал.

– А отпадный у вас шалман! Видно, что дорогой. Что с ним делать? Я его не смогу забрать – просто некуда.

– Шамлан? – удивился я.

– Ну да, типичный орочий воздушный ковер. Я похожий видела а музее. Дорогие, заразы! Говорят, они туда впрягают дэвов, но капризные они… Похоже, ваш тоже выделываться стал? – Девочка повернула голову к нам, хлестнув косичкой по лицу Алиелу, а потом меня. – Ой! Простите! У меня тут места мало.

– Ничего.

– Капризные они, как и воздушные элементали, – повторила она и грустно кивнула на пирамидку рядом с рулем, в которой что-то крутилось, щелкало, а еще был маленький маятник, который сейчас стоял. Она щелкнула ногтем по пирамидке, раздался перезвон, но маятник даже не качнулся. – С таким трудом уговорила Трилорку из имперцев вызвать мне для гонки элементаля, а он в дороге возьми и отцепись… Но, может, еще получится его вернуть. Трилорка сказала, если такое случится – иногда щелкать по пирамидке, она приманивает элементалей. А внутри там приманка вкусная… Хотя, может, и не такая уж вкусная, раз убежал, – вздохнула она.

– Может, просто съел ее, – улыбнулся я.

Алиела тоже – я ей транслировал перевод в автоматическом режиме.

– Да нет – вон светится камешек зеленым. Так что будем делать с шамланом? – Гномка вернулась к основному вопросу.

– Да пусть висит. У меня на него гарантия.

– Хм… Это за какой орган надо повесить орка, чтобы он дал гарантию? – хмыкнула девчонка, подняв дополнительный воздушный силовой щит вокруг аппарата и плавно выводя его повыше, чтобы начать разбег.

– За какой надо, – улыбнулся я в ответ.

– Богато живете! А вы, наверное, маги? – Любопытная гномка, чуть не вывернув позвонки в шее, оглянулась на нас.

– Похожи?

– Ну тут, в барьере, ментальное давление очень сильное. Я хоть и маг тоже, но довольно слабый и не могу долго его выдерживать. Поэтому и использую, как и многие гонщики, амулетную защиту. – Она потыкала пальцем в выступы своей каски. – А вы, как я погляжу, нормально себя чувствуете.

Мы с Алиелой переглянулись и улыбнулись. Как-то это давление уже не казалось нам сильно крутым после тех энергий, что мы прогоняли через себя или в которых находились на Версалии.

– Есть немного, – тем не менее кивнул я. – Меня зовут Ник, мою жену – Алиела.

– А я – Сэлия их Мурадир.

– Вроде летит же аппарат, зачем тебе элементаль? И из какой гонки ты выбыла? – поинтересовался я, провожая взглядом висящий ковер и освещающее его Око Саурона, которое никто, кроме нас с Алиелой, не видел.

– Так с элементалем каких скоростей можно достичь! А так… – Она махнула рукой, попутно дернув рулевой трезубец и чуть не отправив нас в штопор, – Ой! Простите. Плестись будем с час-полтора.

– Кстати, куда мы летим? – наконец поинтересовался я. Так-то я уже начал ориентироваться – зря, что ли, по прибытии на Лунгрию тут же запустил уже стандартный механизм картографирования и построения телепортационной сети?

– Ой! Я же не спросила вас! – натурально удивилась своей забывчивости девочка. – На Эпхонию, на наш материк. Я вообще-то учусь у имперцев на техномага, но у нас уже каникулы наступили, ну и, чтобы совместить приятное с полезным – все равно домой в Дорзен надо, дед ждет, решила поучаствовать в гонках. У нас они раз в год проводятся между нашими континентами. Правда, если бы я выиграла, на что я вообще-то не очень рассчитывала – это мой первый пробный полет, – тарахтела девочка, иногда размахивая руками, пытаясь при этом удержать руль коленками, – то все равно бы победу присудили нашей имперской школе, а не Эпхонии, но я не в обиде. Фактически же у нас проходят соревнования между школами, а не странами. Даже эльфы участвуют! Только у них такие забавные корабли! Они их полностью выращивают из растений! – восторженно заявила девочка, в очередной раз хлестнув нас своими косичками. Только я уже повесил незаметное поле, которое не давало произойти страшному – выбить нам глаза, хе-хе.

– А какой же у них двигатель?

– Ну так, воздушники у них есть, и интеграционщики тоже, – недоуменно пожала плечами девочка. – Ой! Я снова вас заболтала! Может, вам и не в Эпхонию совсем надо? Может, вам наоборот – к имперцам, в Коробос? Так это мне не по пути. Я, конечно, могу вас туда отвезти, вы только скажите! Дед, правда, будет недоволен…

– Нет-нет! Нас вполне устраивает Эпхония, и даже Дорзен с удовольствием посетим, – хмыкнул я, про себя подумав, что-то как-то странно получается.

Названия незнакомые совсем… Ну, кроме Дорзена. Эх, придется в местном астрале пошарить, чего я опасался до сих пор делать: я помнил, что тут были крутые астральные маги.

– Отлично! Если хотите, могу вас познакомить со своими родителями или, если вам негде остановиться, мои вполне могут оказать вам гостеприимство! Ну, там дед только сейчас, родители в экспедиции.

– А что, гостиниц в Дорзене нет?

– Есть, конечно, – фыркнула девочка. – Только ведь гномий закон гостеприимства у нас самый главный! Встретил кого в пути в затруднительном положении – окажи ему помощь и предоставь жилье или еще как помоги…

– Вот как? Что-то я не помню такого в гномьих законах.

– Да ну! – удивилась девочка. – Испокон веков так положено. Вообще-то мы, гномы, – самый гостеприимный народ в мире! Вот! Это ж откуда вы такие красивые появились, что не знаете всем известных истин?

– Ну прости. Не хотел тебя обидеть, – сказал я.

Девочка тут же просветлела и, даже не вспомнив, что я не ответил на ее вопрос, продолжила тарахтеть о своем.

Слушая ее одним сознанием и переназначив ему общение с девочкой, другим сознанием мысленно спросил Алиелу:

«Подстрахуешь в астрале?»

«Ты уверен? – с сомнением посмотрев на меня, ответила подруга. – «Незнакомый мир, астрал не факт что так же устроен, тут и опасности могут быть иными».

«Уверен, что вдвоем с тобой мы справимся», – ободряюще улыбнулся я.

Алиела сжала мою руку.

«Разумеется, справимся», – улыбнулась она.

Сэлия

Странные эти маги какие-то. И откуда только они тут, внутри Барьера, взялись? Может, исследователи какие? Ведь до сих пор структура этого природного образования неизвестна. Уж сколько бились ученые со всего мира, но так ничего определенного и не узнали. Иногда появляются энтузиасты, но что-то никто ничего нового в знания о Барьере не привнес. Ну, может, и эти такие же. А женщина вообще странная – ладно, что молчит, но есть в ее облике что-то необычное. Красивая она. Сэлия вздохнула, вспомнив свою жгучую рыжесть. И говорит этот Ник странно, с непонятным акцентом. Вроде бы свободно на гномьем, но построение фраз необычное, старомодное, что ли, и словечки иногда вставляет непонятные, но смутно знакомые.