Ник. Цикл (СИ) - Ясинский Анджей - Страница 564

– Думаю, в этом нет необходимости. Если это Карина, в чем я почти уже не сомневаюсь, то она должна спрашивать известные нам с ней факты из жизни нашей семьи. Если я прав, то она подразумевает дарственную, выданную предку, когда он получил имение. Сто двадцать три лиги. В нашей семье этот документ все знают.

Лулио кивнул:

– Остается вопрос – словами набирать или цифрами? Судя по тому, что среди букв есть цифры, то надо ими пользоваться. С другой стороны, может, это хитрая обманка, кто-то подумает так, а надо словами набрать. Как в том документе расстояние отмечалось?

– Как обычно в таких документах – цифрами и словами. Думаю, ты усложняешь.

– Хорошо. Цифрами набери число сто двадцать три! – слегка повысив голос, приказал он Парацинусу.

Тот так и сделал.

Надпись снова несколько мгновений думала и в очередной раз сменилась. «Ты чародей?»

– М-да… – Лулио почесал подбородок. – И сколько там таких вопросов? Надеюсь, не сотня?

– Не знаю, но думаю, дочка не уверена в результате, поэтому и вопросов много.

– Ну так что? Ты чародей? – Лулио с интересом взглянул на советника, а тот призадумался. С одной стороны, вроде бы да – начальный уровень у него есть. С другой – он сам неоднократно говорил дочке, что не чародей, а политик. Так что скорее всего ответ «нет».

– Отвечай «нет»!

Парацинус кивнул, начал набирать ответ и вдруг ойкнул.

– Что там?

– Я случайно не ту букву выбрал! Что делать?

– Тьфу на тебя! – закричал Лулио. – Руки корявые, да? Такое простое дело, а выполнить идеально не можешь!

– Успокойся, Лу! – Эндонио положил руку на плечо чародея. – Думаю, такое должно быть предусмотрено. Все же необычный метод, должна быть подстраховка.

– Ты прав. – Чародей приблизил к себе изображение иллюзии и снова рассмотрел все надписи-буквы. – Тут, кроме букв и цифр, есть только одна выбивающаяся из общей концепции картинка – стрелка влево. Не знаю, что она обозначает: поворот налево? посмотреть налево? работать левой рукой? Но в любом случае других вариантов не остается. Или же разогнать конструктов, подождать, когда они снова соберутся, и проделать все с исключительной точностью. Только нет гарантии, что они вернутся.

– Согласен, – кивнул Эндонио. – Мне еще пришло в голову кое-что. Вот смотри – мы пишем слева направо. Так? То есть если бы была стрелка, то она указывала бы слева направо, хотя смысла в этом нет. А вот если ты ошибся, то зачеркиваешь самую правую букву. А если две буквы, то получается движение справа налево. Логично?

– М-да… Как-то странно это. Мне и в голову не пришло… Но в любом случае других вариантов нет. Эй! – крикнул он Парацинусу. – Олух! Дотронься до стрелки влево! И смотри не ошибись! А то месяц с горшка слазить не будешь.

Чародей обреченно кивнул и дотронулся до стрелки. Последняя неправильная буква пропала. Лулио тяжело выдохнул:

– Молодец, Эндонио. Надеюсь, и дальше все пройдет в соответствии со строгими правилами этикета и не придется никого посылать в месячное изгнание на горшок.

Советник улыбнулся, оценив неумелые потуги друга поддержать его настроение.

Посыпались новые вопросы. На некоторые советник сразу отвечал, а порой и глубоко задумывался, пытаясь что-то вспомнить или понять ход мыслей своей дочурки. Одно радовало – все вопросы подразумевали короткие ответы. В одно слово. И в общем-то понятно почему. Чтобы снизить возможные ошибки.

И вот ответ на последний вопрос. Последний, потому что новая надпись оказалась не вопросом, а указанием: «Ожидайте… Идет процесс загрузки видео…» Что за процесс? Что за непонятное название «видео»?

– Ты уверен, что правильно ответил на последний вопрос? – спросил Лулио, не отрывая взгляда от внезапной суеты конструктов. – Уверен, что любимая книга Карины – история нашей империи с таким непритязательным названием, как «Оробос»? А не, скажем, «Приключения славного чародея Трунхиля»?

Эндонио улыбнулся:

– Уверен.

Тем временем к двойке отработавших свое конструктов присоединилось еще три таких же. Они образовали какую-то объемную форму и ненадолго замерли. Затем из них вылезло в разные стороны слабо светящееся облако, при ближайшем рассмотрении оказавшееся сотнями, тысячами искусных нитей. Лулио отметил их странный цвет, отличающийся от известного ему цвета плетений, стандартного для кордосцев. Здесь же они были одноцветными – коричневыми. Хотя нет, есть еще отдельные красные и даже тонкие-тонкие зеленые. Но они не перемешивались, а каждый образовывал свою непонятную вязь. Эта структура росла и росла. Нити шевелились как живые, будто искали что-то. И этим «что-то» оказывались другие нити, с которыми они вдруг сцеплялись, после чего замирали. Потом каким-то странным образом происходило непонятное преобразование, фигуры будто выворачивались, образуя еще большую фигуру, и к концу всех изменений над землей висела очень сложная структура в рост человека.

– В первый раз вижу, как самостоятельно формируются такие сложные искусные плетения. – Лулио покачал головой. – И ладно бы тут был жезл, так нет же…

– Не опасно?

– Ты все еще не уверен, что это привет от дочки?

– Сам же понимаешь, что на такое она не способна.

– Не способна, – кивнул Лулио. – С другой стороны, никто не знает, что с ней на самом деле произошло. В любом случае уничтожить это создание я могу почти мгновенно, как только почувствую опасные эманации. Но пока все спокойно. Видение будущего хоть и не удается разобрать, но опасности я не чувствую.

– Подождем, – согласился советник.

Тем временем, кажется, все закончилось и замерло в каком-то шатком равновесии. Появились остальные, ранее висевшие неподвижно конструкты. Они приблизились к конструкции в определенных точках и заякорились на них. Видно было, как разгораются линии структуры.

– Маной накачивают, – прошептал Лулио.

Наконец структура ярко засветилась и…

В обычном зрении, не чародейском, в воздухе возникла вертикальная полоса. Повисев мгновение, она разошлась в стороны, как будто открылась дверь. Из проема вышла красивая девушка.

– Карина! – дернулся Эндони.

– Спокойствие. Только спокойствие. – Лулио положил руку на плечо друга.

Однако советник не выдержал и выбежал во двор. Чародей не стал этому препятствовать. Все же маловероятно, что посылка с сюрпризом.

Карина как бы огляделась и начала говорить. Эндонио встал прямо перед ней, чтобы она не смотрела в пустоту, чтобы поймать выражение ее глаз, чтобы понять, как она.

– Здравствуй, папа! Надеюсь, это ты передо мной стоишь. Мой друг сказал, что если кто-то ответит на все вопросы, то это будешь только ты. Я уверена, что Лулио позаботился о том, что ты не под чужим влиянием и никого поблизости нет. Да, папа. Я путешествую с другом. С личным другом. – Девушка многозначительно посмотрела на отца, как бы пытаясь увидеть его реакцию. – Это он вытащил меня из тюрьмы, не дал сойти с ума, заботился и продолжает заботиться. Возможно, он помешал тебе, если это ты организовал нападение на тюрьму с целью моего освобождения. Не держи на него зла. Я даже рада, что так все получилось. Я получила бесценный опыт, даже стала сильней как чародейка. Эти конструкты делала я сама, а начинку, позволяющую передать тебе весточку таким образом, – друг Никос. Думаю, Лулио подтвердит, что мой уровень весьма подрос.

Впрочем, это не важно, – продолжала она. – Важно другое – на меня объявлена чародейская охота. На меня напали, но я отбилась. Не беспокойся, пап. Со мной действительно все в порядке. Не понимаю, почему Лулио, Повелитель Чар, не смог меня найти, а какой-то охотник смог. Но, наверное, на это есть причины или объяснение. Нет, я его ни в чем не обвиняю, просто еще раз убедилась, что полагаться только на чародейство не стоит. Всегда найдутся другие пути, способные привести к цели, даже если чародейство бессильно. Я не знаю обстановки вокруг тебя, почему меня схватили и спрятали, но надеюсь, ты выкрутишься. Я верю в тебя, пап. Где мы сейчас находимся, говорить не буду. Не потому, что не доверяю тебе или этому средству связи, а потому, что верю, что мы сами доберемся до тебя. Что на пути нам встретятся, если встретятся, только враги и не надо будет думать, что делать. А отбиться мы всегда сможем. На Никоса тоже объявлена охота, но через охотников за головами. Враги всюду, но мы точно знаем, что делать и как с ними справиться. Так что не беспокойся. Лучше продумай, что ты будешь делать, когда мы до тебя доберемся. Тут я тебе не указчица. – Карина улыбнулась. – Все же слабо верится, что моя весточка дойдет до тебя. Но я надеюсь.