Ник. Цикл (СИ) - Ясинский Анджей - Страница 923

— Есть!

— Максимально уплотнить людей в центре корабля, защитников в экзоскелетах поставить по внешнему периметру в качестве последней линии обороны с учетом направления движения диверсантов. На УНИКИ защитников скинуть тактические модели поведения с учетом опыта, накопленного сетью БРОКОМов. Гаврош и Петр — это снова на вас.

— Есть!

— Вопросы?

— Скорее не вопрос, а предложение, — сказал майор и посмотрел на главглаза. — Петр Иванович, у вас же есть боевой опыт работы в условиях насыщенности поля боя БРОКОМами противника и мастерская степень по владению энергетическим, пулевым и холодным оружием?

Капитан с удивлением посмотрел на сидящего рядом с ним человека, о котором как оказалось он многого не знал. То, что это знал майор — понятно, ему положено по должности. Но все же, удивительно.

Петр же тем временем серьезно кивнул.

— Правда опыт немного устарел, но он есть.

— Тогда это вам. Справитесь? — В открывшуюся дверь вкатился почтовый шар, остановился рядом с главглазом и раскрылся. На столике лежали на первый взгляд обычные плетки, свернутые в кольца. Две штуки. — Да, это то, что вы подумали — силовые плети.

— Откуда они у вас? — осторожно притрагиваясь к простым, но даже на дилетантский взгляд эргономичным рукоятям, спросил Петр.

— Об этом я расскажу вам как-нибудь в другой раз. За чашкой чая.

— Договорились, — кивнул Петр и уверенно взял в руки странное оружие. — Обязательно. — И, повернувшись к капитану, сказал:

— Тогда я на самое опасное направление.

— Это к нему, — капитан показал взглядом на майора. — Там уже он командир.

Петр кивнул и пошел на выход, неся в руках необычное оружие.

Капитан окинул взглядом рубку, в которой им пришлось отражать нападение. Хотелось бы думать, что все это было не напрасно.

— Гаврош?

— Да, капитан?

— Каков твой прогноз на события снаружи?

— Близко к ста процентам — там все закончилось. Оставшиеся недобитки конечно еще могут что-то пытаться сделать, но судя по всему пока они не поймут, что это за защитный экран, что нас закрывает, вряд ли будут пытаться сильно налегать. Кроме того, у нас еще остались гравитационные ловушки, так хорошо нам помогшие.

— Тоже так думаю, — кивнул капитан и мельком глянул на полковника с земли, который тоже кивком обозначил свое согласие с мнением Гавроша. — Что по внутренней ситуации?

— Вот здесь все не очень хорошо, — в голосе Гавроша появились интонации сожаления. — Несмотря на то, что первый бой мы выиграли, вернее задержали первый прорыв, сколько их еще осталось по разным направлениям, мы не знаем. Однако если грубо прикинуть по первому бою количество диверсантов в группе прорыва, то их раза в четыре больше, чем оставшихся БРОКОМов. А эффективность противостояния, или скажем размен идет примерно один к полутора. Правда наше преимущество, хоть и небольшое, как я считаю, связано с тем, что наши БРОКОМы имеют эффективные алгоритмы группового взаимодействия и распределения целей. Но как сейчас с этим дела обстоят, когда диверсы стали глушить связь, я не знаю. Может БРОКОМы справляются с этим, все же РЭБ в них хорошая стоит, а может и нет, если судить по тому, что каюта за каютой выключается из общего мониторинга. Ну и БРОКОМов у нас очень мало осталось.

Капитан помолчал, потом повернулся к полковнику:

— Делать тут кажется больше нечего. Остался последний ресурс — мы сами.

— Ваше решение обосновано и одобряется. Мы тоже не видим других вариантов.

— А может вызвать эль Багдади? — вмешался Гаврош с неожиданным вопросом.

Капитан с полковником переглянулись и одновременно усмехнулись. Ответил полковник:

— Ты слишком сильно уповаешь на силу, предсказать поведение которой практически невозможно. Он может помочь, а может и нет, только хуже будет. И это «нет» сильно перевешивает. Понимаешь?

— Не очень, — обиженно буркнул Гаврош.

— Ну тогда просто поверь, времени тебя переубеждать нет. Разве что если положение совсем уж станет безвыходным, можешь попробовать — тогда вряд ли уже хуже будет.

Капитан пошел к выходу и рубки, одновременно отдавая последние распоряжения:

— Полковник, общее руководство за вами, после меня. Как только я стану недоступен или занят, все вопросы решаете вы.

— Может все-таки просто отдадите свой скафандр другому?

— Смысла нет. С управлением боем справится и наш майор вместе со мной и Гаврошем. А если связь пропадет, как это и происходит сейчас, мне надо быть среди своих. Кроме того, у нас больше не осталось тех, кто может управлять скафом и при этом имеет в наличии боевые психомаски вкупе с боевым опытом. Остальных уже всех привлекли. В общем, я лучше подхожу.

Дверь открылась и рядом с капитаном остановился транспортный шар, раза в два больше почтового. Раскрывшись, он явил взору присутствующих довольно большой агрегат с толстым стволом, намекающим на его боевое применение. Капитан активировал сервоприводы и легко поднял его, рассматривая со всех сторон.

— Гаврош, что там с гравитацией? По датчикам сейчас где-то треть от нормы. Но боюсь, что при использовании этого аппарата, такое ее низкое значение будет сильно мешать. Да и справится ли сцепление скафандра с поверхностью? Не оторвет отдачей?

— Нет, капитан, в этом гибридном пулемете очень хорошая система стабилизации выстрела. Ну и его собственной массы вполне хватает, чтобы компенсировать остатки. Вы даже ничего не почувствуете! А пятьсот тысяч шариков из нитория — сверхплотного материала, вполне неплохо помогут справиться с диверсантами. По крайней мере их броня, судя по первым записям, очень плохо переносит попадания из подобного оружия.

— Хорошо, — капитан быстро разобрался с аппаратом и положил его себе на плечо — несмотря на сервоприводы, помогающие справиться с большим весом, так было удобнее нести. — Так, Гаврош. Команды полковника с текущего момента для тебя имеют такую же силу, как и мои. Вплоть до разрешения конфликта или особого распоряжения.

— Принято, — вздохнул Гаврош.

Капитан еще раз осмотрелся, кивнул полковнику — тот в ответ отдал честь — слегка хлопнул ладонью по косяку двери и вышел.

Пока дверь не закрылась, до полковника и Гавроша донеслось:

— Андрей Николаевич, принимайте нового бойца. Где мое место?

К сожалению все было намного серьезней, чем можно было предполагать и хуже, чем Света надеялась. Уже стали поступать первые пострадавшие пациенты. Пока еще случайные и не сильно раненные — от нечастых взрывов кое-где стали смещаться блоки оборудования, придавив несколько человек. Пониженная гравитация не особо спасала, скорее сбивала с толку, заставляя неверно оценивать положение объектов, их вес и движение, что и вело к травмам в нестандартной ситуации. Один человек пострадал от каких-то газов, двое попали под «ноги» быстро меняющих позицию БРОКОМов. Бестолковость отдельных личностей никто не отменял. Но все говорило за то, что скоро пойдут и боевые раненые. Хорошо бы только раненые!

К сожалению, как видно было по онлайн-карте боевых действий, медицинский центр располагался не совсем в безопасном месте — ближе к краю аморфного внешнего спрута, пытающегося всунуть свои ножки внутрь защищаемого круга, который давно уже не был кругом. Это вызывало страх, но поделать ничего было нельзя — медоборудование быстро переместить было нельзя. Да и не быстро тоже нельзя — многое было фиксировано «намертво».

Петр Иваныч или Петр или просто Главглаз, стоял в большой зале, ранее использовавшейся для проведения каких-то общественных мероприятий, на которых необходимо было личное присутствие. Часто тут проводили даже танцы! Это все были рекомендованные психологами мероприятия. Сейчас зал был пуст. Из-за стен доносились удары, пулеметные очереди, порой цокающие звуки по ближайшей броне-стене отсека.

Петр стоял в центре комнаты, прислушиваясь и пытаясь уловить по обрывочным прорывающимся через помехи кускам информации, что происходит за стеной.