"Фантастика 2024-42". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Перемолотов Владимир Васильевич - Страница 1003

Необычные, подчас экстравагантные решения Талдвинка по неожиданной перегруппировке кораблей на рейде перед носом у противника, его головоломные отвлекающие манёвры, часто завершающиеся стремительными прорывами в самую сердцевину неприятельских линий, его почти никому не понятные технические новинки многим казались легкомысленным авантюризмом. Но они не понимали, что за всем этим стоит расчёт. Трезвый и тщательный расчёт. Сила ветра, скорость движения и манёвра своих и неприятельских кораблей, скорострельность луков и бортовых катапульт, степень усталости гребцов и быстрота реакции противника — всё это и ещё многое другое обретало в голове адмирала конкретные вычисляемые величины. Эти величины непостижимым образом взаимодействовали, складывались и вычитались и, в конце концов, рождали тот рисунок боя, где только он, Талдвинк, был хозяином игры. Только он, Талдвинк, мог делать с противником всё, что хотел, и никто не мог повторить его стиля ведения боя. А как видел он карты! Интуиция адмирала безошибочно достраивала все опущенные картографом детали. А любимым его занятием было составление собственных карт, точнейших и подробнейших. Офицеры шутили, что он по любой карте видит рельеф морского дна и учитывает его так, чтобы отправленный на дно неприятельский корабль лёг на нужное место.

Мало кто мог похвастать столь блестящими отчётами перед Высшим Военным Советом. Завистникам Талдвинка не было числа. Но чего стоит злословие по сравнению с победой? Говорили, что именно ему предстоит возглавить весь флот империи, сменив вялых и ленивых старичков.

Прибывшие вошли в каюту. Ещё до того, как прибывшие откинули капюшоны, в глаза адмиралу бросился знакомый крупный курносый нос и окладистая пегая борода на полноватом розовом лице. Несомненно, это был сам Мирваст — секретарь — посол высшего Военного Совета. Это означало, что разговор предстоит не совсем обычный. Двое других были послами штаба Андикиаста.

— Обед или беседа? — спросил адмирал, коротким кивком ответив на поклон вошедших. Он презирал ритуальные приветствия.

— Мои коллеги действительно сильно проголодались, а я немножко потерплю, — улыбнулся Мирваст своим широким пухлым ртом, оглаживая слегка растрепавшуюся бороду.

Коллеги, понимающие всё с полуслова, удалились в сопровождении дежурного офицера.

— Вина послу высшего Военного Совета! — распорядился Талдвинк. Садись Мирваст. Садись и расскажи что-нибудь интересное.

— Мой первый долг — доложить обстановку.

— Докладывай.

— Мятежник собирает силы в центральных районах провинции и готовится к генеральному сражению. Вместе с варварами у него тысяч тридцать. В случае поражения, вероятно, попытается укрыться за стенами одного из подчинённых ему городов. Осада верных императору городов снята, и их гарнизоны готовятся к соединению. План командующего состоит в том, чтобы с помощью сил коалиции городов взять мятежника в клещи. Время теперь работает на нас.

— А если план будет разгадан?

— Есть основания думать, что мятежник не намерен уходить морем. Он тебя боится, победоносный. С тех пор как стало известно, что твои корабли появились здесь у Лантрифа, мятежник сюда и носа не показывает. Кораблей у него мало. А может стать ещё меньше. По всей Лаганве его ненавидят — никто ему удачи не желает. Мало ли что может приключиться в порту с кораблями. К тому же Андикиаст умеет преподносить противнику неожиданные сюрпризы в тылу.

— Командующий решил и за меня повоевать?

— Нет. Напротив. Командующий восхищён твоим стратегическим талантом и считает несправедливым, что ты, победоносный, играешь в этой компании роль пассивного устрашения.

— И что же?

— В штурме Лантрифа с моря нет нужды. К чему ломиться в пустой дом? А просто постоять и уйти — это недостойно тебя. Так считает командующий.

— Допустим, я тоже так считаю, и что с того? Приказ есть приказ.

— Андикиаст предлагает тебе сделать то, что давно надлежит сделать.

— Предлагает? Командующий вправе приказывать.

— Да. Но Андикиаст желает видеть в тебе равного. Поэтому здесь — твоё решение, твоя победа, твоя слава.

— Значит, командующий предлагает мне самому раздавить осиное гнездо Энмуртана.

— Именно так.

Талдвинк вздохнул, поднялся из-за стола и медленно прошёлся взад-вперёд по каюте. Тень его высокой прямой фигуры заслонила светильник, погрузив грузноватый силуэт собеседника в глубокую тень.

"Что это? Благородный жест или ловушка? Я уведу корабли на Энмуртан, а мятежник ускользнёт морем. Хорош тогда будет отчёт перед Советом. Нет, это слишком грубо. Тогда — это не просто желание поделиться славой. Это протянутая рука. Рука союзника. Вместе мы, пожалуй, могли бы заставить потесниться кое-какую бестолочь в руководстве армией. Время-то нынче как раз для таких, как мы… Хм… А ещё говорят, что Андикиаст растратил весь свой ум на военные уловки и ничего не оставил для закулисных интриг. Как же, как же! Хитёр лаганвский кот! А если всё-таки подставка? Может быть, этот самый Данвигарт сейчас сидит в порту и только и ждёт, когда мои корабли уйдут с горизонта. Вот и получится… А этот скажет, что ничего не говорил, свидетелей-то нет. Скажет, что только доложил обстановку"

— Тебя мучают сомнения, победоносный? — словно прочёл его мысли Мирваст, выждав пока закроется дверь за слугой, принесшим вино.

— Кто бы на моём месте не сомневался?

— Командующий готов даже оказать тебе помощь людьми. У него достаточно сил для победы над мятежником.

— Нет. Я всё сделаю сам. Впрочем, я буду признателен командующему, если он направит небольшой отряд замкнуть перешеек. Чтобы крысы не разбежались.

— Отряд в четыре тысячи уже направлен к перешейку. — Рот Мирваста вновь растянулся в широкой улыбке. Маленькие зелёные глазки довольно заморгали. — А вот здесь, — он протянул жестом фокусника излечённый из рукава небольшой свиток, — карта с предполагаемыми точками дислокации отряда и пароли береговой связи с твоими разведчиками. Командующий любит точность, как и ты, победоносный.

Талдвинк принялся внимательно изучать свиток. Это было уже нечто конкретное. Это был документ. "Три-четыре корабля я всё-таки здесь оставлю. На всякий случай. А в общем, можно считать, что руки для наказания Энмуртаны развязаны", — адмирал спрятал свиток в шкатулку на столе.

— Командующий надеется отпраздновать с тобой двойную победу. А удачная инициатива по наведению порядка и восстановлению законности в пределах страны сегодня будет оценена в Каноре как никогда.

— Ты МНЕ это объясняешь?

— Прости, победоносный. Андикиаст — человек горячий и я, кажется, от него заразился.

— Завтра снимаюсь с якоря и иду на Энмуртан. И ветер как раз попутный.

— Командующий не сомневался в твоём решении.

Оба поднялись из-за стола.

— Теперь пора тебе отведать нашей флотской еды. Что-что, а рыбу со специями у нас готовить умеют.

— Если мои друзья вместе с гребцами её всю не съели, — хихикнул Мирваст, покидая адмиральскую каюту.

Вот уже несколько дней Гембра каждое утро вместе с другими работниками отправлялась на виноградники Пранквалта. До самой темноты собирали они спелые налитые соком гроздья в большие плетёные корзины, увозимые с полей на телегах, которые хозяйские слуги едва успевали подгонять. Сам Пранквалт, маленький юркий человечек с бегающими крысиными глазками, Гембре сразу не понравился. Впрочем, кормили работников хорошо. Большинство из них было беженцами из Лаганвы. Общие беды сблизили этих людей, и Гембра, хотя и искренне сочувствовала им, но всё же среди них она оказалась почти чужой. В первый же день она узнала всё, что ей было нужно, об обстановке в Лаганве, и разговоры работников стали ей неинтересны. На пятый день виноградное поле было почти убрано. Через день предполагалось окончание работ, традиционный прощальный обед и расчёт с хозяином.