"Фантастика 2024-42". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Перемолотов Владимир Васильевич - Страница 138

— Ваши сведения могут быть не точны.

— О нет! Мои сведения прямо из болота. Вы можете мне не верить, мистер Президент, но все что я сказал и что собирался вам сказать — истинная правда… Три месяца назад станция была в руках наших друзей. Тогда вы не решились начать войну. Теперь станция не работает. И вы вновь не можете определиться. Пройдет еще месяц-другой и на станции вместо сломанного, появится новый аппарат. Вы отслеживаете тенденцию, господин президент? Что вы станете делать тогда? Большевики раздавят нас, как они раздавили русский народ. Кроме того…

Он осекся, поймав слова о золоте на самом кончике языка.

Идя на встречу, миллионер готов был рассказать о золоте, найденном большевиками на Луне, о том, что значит для Запада эта находка, но уже понял, что это только ухудшит дело. Президент оставался человеком крепко стоящим на земле. Что ему Луна? Фантазия только… Ему не просто не поверят. Его посчитают сумасшедшим, а это клеймо похуже чем «надоедливый чудак». С Президентом он мог говорить не о том, что будет, а только о том, что уже произошло. Он мысленно похвалил себя за то, что не попросил Президента отключить телефоны. Наверняка после этого разговор вообще бы не состоялся.

В дверях он обернулся.

— Я взываю к вашему разуму и логике… Неужели вы не видите куда ведет этот путь? Пока не поздно делайте хоть что-нибудь!

Золото вновь попросилось на язык, но он сдержался, боясь окончательно погубить свою репутацию.

Зря боялся.

Президент улыбнулся.

— Мы торгуем….

К мистеру Эдгару Гуверу, директору Бюро Расследований, мистер Вандербильт послал Линдберга.

Чарльз — это не миллионер какой-нибудь, каких в благословенных Богом САСШ хватает. Мистер Линдберг астронавт и авиатор, герой комиксов! У него и автограф попросить можно!

Встретив живую легенду в дверях кабинета, директор, однако на мелочи, вроде автографа, размениваться не стал, а крепко пожав гостю руку, усадил в кресло рядом со своим рабочим столом, который занимал почти треть кабинета. Мистер Линдберг с любопытством огляделся. Ничто так точно не характеризует делового человека, как его кабинет. За спиной хозяина тянулись шкафы с книгами, картотечные ящики. В углу — звездно-полосатое полотнище. Маленький столик, наверное, для стенографистки. Никакой роскоши, никакой показухи. Только то, что нужно для дела. И телефоны…

— Мистер Президент получил мне проинформировать вас и вашего шефа о действиях большевиков. — начал разговор хозяин. — Какой аспект их деятельность вас интересует?

Гость не ответил. Гувер увидел, что тот с неодобрением смотрит на хозяйские телефоны. На столе их стояло сразу три штуки. Как-то странно пряча глаза, гость спросил не слишком уверенно.

— Просите, мистер Гувер…. Вы не ждете срочных звонков?

— Нет…

— Не могли бы вы вытащить шнур телефона из розетки? Не сочтите мою просьбу капризом…

— В этом есть необходимость? — спокойно поинтересовался директор. Мысленно он уже прикинул, как расскажет об этом Президенту.

— Есть… Я потом объясню.

— Да нет. Не надо… Зачем? — великодушно отказался мистер Гувер. — Все мы имеем право на маленькие слабости…

«И тот такой же, как и этот» — подумал шеф ФБР. Герой комиксов и миллионер соревновались в чудачествах.

Он нагнулся и через секунду штепсели уже лежали на столе. Невозмутимо повторил.

— Я к вашим услугам. Какой аспект деятельности большевиков вас интересует?

Линдберг на секунду замялся.

— Честно говоря, мистер Гувер, я уверен, что ничего нового от вас не услышу. У нас в России довольно агентов во всех слоях общества. Но нам хотелось бы узнать, почему Президент не видит опасности? Или её не видите вы? Он ведь получает информацию от Бюро?

Директор, чуть сморщившись, провел ладонью по щеке, словно решая, не пришло ли время побриться.

— Вы хотите честный ответ?

— Насколько это возможно.

— Хорошо. Он таков: «Потому что пока мы бессильны».

Линдберг не сдержал удивления. Его брови поползли вверх.

— Да, да. Именно так! — подтвердил хозяин. — Я согласен с Президентом, что глупо тыкать в медведя иголкой, не имея в другой руке хорошего ружья, или хотя бы револьвера. Мы безоружны перед большевиками!

Линдберг припомнил и дирижабли, и слаженно марширующие пехотные батальоны. Ракеты мистера Годдарда, наконец! Припомнил и поджал губы.

— Это не правда! Это некорректное сравнение!

— Согласен, — быстро согласился Директор. — Некорректно. Правильнее было бы сказать «не располагая дробовиком тыкать иголкой в медведя, вооруженного пулеметом».

— Я имел в виду нашу славную армию, — смешался Линдберг.

— А я имел в виду их чертову станцию, так недавно напугавшую Америку…

Директор одним движением смел штепсели со стола и понизил голос.

— … и самого Президента. Он, конечно, никогда не признается в этом, но я-то знаю!

Мистер Линдберг понял, что разговор пошел по существу.

— Я не склонен умалять силы большевиков. Они сильны, но именно сейчас они слабее, чем три месяца назад. Их страшная установка не работает!

— Вы так думаете?

Похоже, он и впрямь был информированным человеком. Это давало уверенность в том, что что-то ему неизвестное в стране большевиков просто не существует.

— Нет, мистер Гувер. Я это знаю точно. Один из конструкторов станции недавно перебежал к нам. Поверьте, сведения точны.

— Поверьте? Точны?

В голосе директора не ощущалось недоверия, но там было неприкрытое ехидство. И Линдберг смешался. Кого он просит «поверить»? Руководителя ФБР! Не тот это человек, который верит.

— Русский профессор…

— Ха! Русский! — хозяин кабинета поморщился. — Наверняка большевистский агент!

Чарльз не нашелся, что ответить такому напору. Мистер Гувер уловил эту нерешительность.

— О! Большевики хитры! Хитры необычайно! Они могли подослать вам его. Или они затаились. Затаились… и ждут удобного момента и когда этот момент наступит….

Лицо хозяина кабинета преобразилось, явив гостю все богатство мимики. В мгновение ока там промелькнуло и злобное коварство и лютая ненависть и торжество.

Он ударил кулаком по столу, словно вогнал в чью-то спину отравленный кинжал. Линдберга это хоть и смутило, но не испугало. Видывал он гримасы и пострашнее. Посланец миллионера взял себя в руки.

— Простирается ли ваша информированность на Лунную программу русских?

— Лунная программа?

Уже по тону, герой космоса понял, что ФБР еще не слышало об этом.

— Да. По нашим сведениям они обнаружили на луне золото и готовятся добраться до него.

— Блеф! Русские на Луне? Бред и блеф! В золото на Луне я еще могу поверить, а вот в большевиков…

Шеф Бюро откинулся в кресле и поднял руки, ограждая себя от таких предположений.

— Давайте я расскажу о том, что известно нам. Если я верно понял вашу мимику, то о русской Лунной программе у вас нет никаких сведений?

— Мы в ФБР не занимаемся фантастикой.

— Мы тоже, — в тон ему ответил мистер Линдберг. — Фантазии — удел писателей. У бизнесменов иной подход к делу. Рациональный. Как и вы, мы не верим в сказки, однако, осмелюсь напомнить, что совсем недавно сама возможность построения большевиками космических аппаратов не допускалась ни одним здравомыслящим человеком. И где теперь их пророчества?

Шеф ФБР не стал спорить, только развел руками, отдавая инициативу гостю, а мистер Линдберг рассказал ему ВСЕ. От неудачных попыток помешать большевикам выйти в космос год назад, до недавнего появления в САСШ профессора Кравченко и организации американской Лунной программы.

Гувер слушал спокойно, не перебивал и его отношение к услышанному проявилось на лице только раз, когда Линдберг упомянул о газете, в которой большевики написали о своем открытии. Он поморщился, словно хотел сказать «ну как вам не стыдно!» — но сдержался.

— Это все правда, — поспешил добавить гость.