"Фантастика 2024-42". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Перемолотов Владимир Васильевич - Страница 380

— Дервиш! — обратился караванщик к Избору, но тот поднял руку, обрывая речь торговца.

— Я не дервиш. Возможно, что ты оказываешь мне честь, называя меня так, но я не дервиш. Я — калика перехожая. Зови меня лучше так. А кто ты, почтенный, к сожалению, не знаю твоего уважаемого имени? Купец?

Хозяин погладил бороду, а заодно и живот.

— Да, ты прав. Я купец. Меня зовут Муаммар Каффади. Со своим караваном я иду из славного города Бухары.

Он еще раз коснулся руками своей бороды, и пробормотал что-то обращаясь к Аллаху. Гаврила смотрел на него подозрительно, решая не прячет ли купец кинжал в рукаве и нет ли у него кольчуги под халатом.

— По этой земле приятно путешествовать, — сказал Избор. — Особенно если путешествие приносит прибыль… Удачно ли оно?

— Слава Аллаху удача сопутствует нам!

Воевода понимающе кивнул.

— А далеко ли лежит ваш путь?

Муаммар неопределенно развел руками показывая, что ответ на этот вопрос далеко не так прост.

— Цель купца — не место, — сказал за него Гаврила.

— А что же? — спросил Исин и проверяя свою сообразительность сказал. — Выгода?

Глаза купца сверкнули. Он замешкался с ответом и Избор первый согласился с хазарином.

— Да. Деньги. Прибыль. Они продают свой товар там, где нам дают за него больше денег. И сейчас наверняка едут в такое место.

Муаммар кивнул и камень в его чалме сверкнул кровью. Избор пошутил.

— Я не удивлюсь, если узнаю, что вы едите в Журавлевское княжество…

Купец дернулся и так посмотрел на Избора, что тот понял, что угадал все правильно.

— Наверное, ты действительно необычный человек. Ты угадал. Как?

— В этом нет ничего удивительного, — пояснил воевода. — Почему-то все кого мы в последнее время встречаем направляются именно туда.

— Все идут и едут к князю Круторогу, — подтвердил Гаврила слова Избора. — Словно там что-то должно произойти.

— Что-то? — удивился купец. — Вы даже не знаете что именно?

— Представь себе — нет, — слукавил Избор, — Все выражаются как-то неопределенно…

Муаммар понял, что ему представляется редкая возможность рассказать этим странным людям о том, что всем вокруг известно.

— Там будет большое празднество!

— По какому случаю?

— По случаю схода волхвов. Там будет большое гадание, ярмарка! Состязание волхвов! Со всей Руси съедется множество знатных людей с кошельками полными золота и серебра!

Глаза купца закатились наверх и замаслились, словно он уже держал в руках чужое золото. Исин недоверчиво покачал головой:

— Неужели такая новость, как сход русских волхвов дошла и до славной Бухары?

Купец пожал плечами.

— На все воля Аллаха. Может быть и дошла. Я узнал о празднике несколько дней назад и развернул караван на Русь. Слава Аллаху мы должны успеть!

— Тебе повезло!

Самоодовольно улыбаясь купец кивнул.

— Меня еще попросили доставить могучему журавлевскому князю подарок — того самого пардуса, которого ты так удачно поймал.

Гарила оглянулся на клетку.

— Так это не твой зверь? Кто же так любит Круторога, что шлет ему подарки?

Муаммар пожал плечами.

— Не знаю. С пардусом едут люди, которых я должен довести до места, а они вручат его князю и скажут что нужно… Надеюсь, что князь обрадуется, и его расположение поможет мне продать и мой товар.

— Что за товар? — поинтересовался Исин. — Паволоку? Благовония? Драгоценности?

— Почему ты так решил?

— Я был на востоке и знаю, чем богаты те края, — ответил хазарин. Муаммар хлопнул в ладоши и на ковре быстро, словно им прислуживала не люди, а духи, стали появляться блюда с едой и кувшины.

— И это тоже, — сказал он тогда, когда на ковре появилось все то, что он хотел там увидеть. — Но большая часть нашего товара предназначена отнюдь не для женщин.

— Что же это?

Купец просмотрел на Гаврилу, потом перевел взгляд на рукоять меча, торчавшую у него над головой. Этот взгляд и был ответом.

— Оружие? — спросил Избор. Пальцы, выдавая его, сжались в кулаки, словно обхватывали рукоять меча. Слава Богам купец не заметил его движения, а может быть, просто сделал вид, что не заметил.

— Да оружие. Восток богат, а это значит, что мы должны защищать свои богатства. … Там мечи, кинжалы, луки. Все что угодно душе настоящего мужчины. Есть трехрядные кольчуги, доспехи, изготовленные мастерами из Дамаска. Копья с шести и трехгранными наконечниками, индийские дротики… Повозки забиты так, что и палец некуда сунуть…

Перечисление всего того, чем он был богат, доставляло ему истинное удовольствие, а пока он рассказывал о товарах Избор с Исином сметали угощение с блюд. Словоохотливый купец наверняка перечислил бы все, что лежало в его повозках, но тут он заметил, что Гаврила не притронулся ни к одному из стоявших перед ним блюд. Муаммар замолчал и грозно нахмурился.

— Как твое имя, человек? Почему ты не ешь? Может быть ты желаешь мне зла?

Гаврила спокойно посмотрел на купца.

— Те, кому я желаю зла долго не живут, — сообщил он ему. — К тому же все они остались там откуда я возвращаюсь. Сейчас я никому не желаю зла, и меньше всего тебе, приютившему нас в эту ночь у своего костра.

Муаммар смягчился и Гаврила, чтобы тот не очень-то радовался, добавил с удовольствием наблюдая, как глаза купца наполняются желтизной. Уже не золото, а желчь плескалась в них:

— Я ем только тогда, когда этого хочется мне, и только то, что мне хочется!

Избор хотел, было, по привычке коснуться Гаврилова колена, но вовремя отдернул руку.

— Не обижайся, уважаемый Муаммар. На этом человеке — благодать его Богов. Он готовит себя к необычайному подвигу, и дал обет ничего не есть. Он не может нарушить своего обещания Богам! Ты понимаешь?

Купец, подумав, кивнул.

— А сам ты, калика, какой веры?

— Я верю в тех Богов, которым угоден, — уклончиво ответил воевода.

— Какому же Богу ты угоден? — склонился к нему караванщик, желавший вызнать все до тонкости.

— Тому, о котором мы все думаем и которому служим… — Ответил Избор так значительно, что купец принял его за тайного сторонника ислама. Муаммар значительно закивал головой и передал воеводе куриную ногу. Смягчившись, он обратился к Гавриле с вопросом:

— Зачем ты постишься?

Гаврила задумался для вида, а потом сказал.

— Мои Боги избрали меня для совершения подвига, и я должен быть готов к нему!

— Твои Боги? — удивился караванщик. — Твоим Богам нужны люди, чтобы совершать чудеса?

Он рассмеялся:

— Слабы же тогда твои Боги. Аллах в этом не нуждается…

— Наши Боги всемогущи. И часть их сил в тех, кто верит в них!

Гаврила улыбнулся и хлопнул себя по рукоятке меча.

— Часть этой силы и сейчас при мне!

Караванщик не дрогнул, хотя это был серьезный аргумент. Он только пожал плечами.

— Наши Боги могут быть убедительным, когда это необходимо, — сказал молчавший до сих пор Исин. Он сказал это таким тоном, что-то ли от свежего ночного воздуха, то ли от чего-то еще Муаммар зябко передернул плечами.

— Наши Боги горазды на разные чудеса! — добавил Гаврила. — Им под силу убедить в моей правоте даже такого неверующего как ты.

— Да, — поспешно согласился с богатырем купец. — Чудеса показывают силу Бога. Аллах не раз пользовался этим для убеждения неверных…

— А как все это происходит у вас? — спросил Избор, ловя взглядом движение теней за спиной Гаврилы. Тот как обычно сидел спиной к огню и на фоне костра люди, ходившие за ним, были хорошо видны. — Само собой? Без участия людей?

— Все что происходит с нами, происходит по тем же причинам, что и все в этом мире — по воле Аллаха и совету пророка.

Масленников улыбнулся, это не понравилось караванщику, но он ничего не сказал и обратился к Избору.

— В основе нашей веры убежденность в том, что в мире есть две бесконечные вещи — Воля Аллаха и его милосердие! Благодаря и тому и другому мы иногда можем наблюдать чудеса, которые Аллах, по милосердию своему, производит для вразумления неверных. Этих чудес, да и преимуществ, которыми отличается наша вера перед всеми другими верами, привлекает к нам множество неверных!