"Фантастика 2024-42". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Перемолотов Владимир Васильевич - Страница 510

— А под ногами — нет ничего!

Рыжий не понял, тряхнул головой, словно плохо расслышал. Трудно, наверное было сразу вот после хорошей кружки пива представить это самое «ничего».

— Тени у него не было!

— Врёшь!

— Истину глаголю! Нет тени.

— Значит, она позади была или сбоку. Не бывает по-другому!

— Бывает!

Игнациус прошёл мимо и нашёл место за общим столом не так чтоб далеко от спорщиков, но и не так уж и близко. Усевшись, прислушался к разговору.

Он слушал препирательство и думал, как отнестись к тому, что слышит.

Всё, что сейчас творилось на его глазах, могло быть или счастливым случаем, или ловушкой. Третьего было не дано.

Человек несведущий мог бы назвать это и чудом, но чудес на свете не бывает — это он знал точно.

За тем, что простые люди считают чудом, всегда стоят чьи-то знания, чья-то сила или опыт, или немалые деньги, а чаще — и то и другое вместе взятое.

Тогда может быть Случай? Его нельзя было сбрасывать со счетов. За свою долгую жизнь Игнациус не раз имел возможность убедиться, что Случай может очень и очень многое — и спутать твои карты и, напротив, подбросить несколько лишних козырей тогда, когда ты этого уже и не ждёшь.

— О чём это они? — он толкнул локтем соседа.

— А дураки наверное, — ответил тот с таким видом, что ясно стало, что сам-то он отнюдь не дурак и пришёл сюда не разговоры разговаривать. — Пили, пили, а тут вдруг ни с того ни сего…

Он покрутил головой, отхлебнул из кружки.

«Значит всё-таки ловушка…» — подумал маг, потеряв интерес к соседу — «Чья? Митриданова? Или тех, кто его в кувшин загнал?… Похоже, что всё-таки Митриданова… Больше не кому…» Он понимал, что тому волхву или колдуну, что сумел упрятать его в горшок, не было никакого резона снова заманивать его куда-то. Если б его хотели вывести из игры, достаточно было просто убрать горшок в спокойное место и забыть лет на двести…

Он поморщился, представив себе бездну времени — двести лет.

Так что это, скорее всего, был знакомый враг.

Хотя в этой ситуации, ошибался он или нет в своих предположениях, роли не играло.

Кто бы не скрывался за этой подставой — Митридан, или даже тот, кто сумел его заключить в кувшин, всё равно к разговору стоило прислушаться. Если враги хотели запутать его, направить по ложному пути, то не стоило им и затевать всё это — без этого разговора он и так пошёл бы, куда глаза глядят и ходил бы до тех пор, пока его магическая сила не восстановится полностью, чтоб самому найти пропажу.

Так что, либо это Его Величество Случай, или чья-то подсказка… Время покажет чья…

Теперь он точно знал, что зашёл сюда не зря.

Не раздумывая более, он подсел к спорщикам. Они всё ещё таращились друг на друга выпученными глазами.

— Бывает!

Оба посмотрели на него с удивлением.

— Бывает! — повторил маг. — Я его тоже видел. Человек без тени! Он вообще мой друг!

Не стесняясь, ухватил чужую кружку и отхлебнул. Хоть какая-то польза от лжецов. Купцы таращились на него, словно не могли сообразить чудится он им или, в самом деле, сидит и нагличает.

— Потерял я его, своего друга, Гаврилу Масленникова!

Один из них, рыжий, прямо ожил на глазах.

— Точно! Гаврилой его зовут! Гаврилой Масленниковым!

— А не подскажешь ли, почтенный где мне искать-то его?

Рыжий потрепал Митридана по плечу.

— Подскажу. Конечно же подскажу! Он в караване купца Марка.

Митридан дёрнул щекой, вспомнив раскрошенный Белояновой силой Шар. Как бы он сейчас пригодился! Только что уж тут…

— Ну, тогда уж подскажи, где этого Марка искать…

— А, это совсем просто… Он рекой в Херсес поплыл. Там его и ищи…

…Несколько мгновений Хайкин наблюдал, как спина чужака удаляется, а потом отпустил сознание купца, позволив тому быть самим собой. Уже через воду он увидел, как незнакомец поворачивает к пристани.

— Та-а-а-ак, — протянул Белоян удовлетворённо. — С этим всё ясно.

— Пойдёт? — с сомнением переспросил Хайкин. Ничего ему не было понятно, но переспрашивать не хотел. Всё одно Белоян ничего прямо не скажет. Опять начнёт воду мутить.

— Пойдёт, — подтвердил киевлянин. — Побежит… А что у нас с Гаврилой твоим?

Глава 27

Прямо перед глазами лежала бесконечная полоса песка, сливавшаяся на виднокрае с ослепительно голубым небом. Сил подняться ещё не было, и он только слегка повернул голову. Песок убегал вперёд волнами, словно это вода каким-то чудом или чьим-то колдовством превратилась в сухую шершавую поверхность, на которой то там, то сям лежали ленты морской травы.

После того, что он испытал в море, вид песка радовал сердце, словно старый знакомый. Моря на сегодня ему уже хватило, однако не смотря на всё, что выпало на его долю, оно ещё не отпустило его.

Волны лениво, без прежнего штормового ожесточения, набегали на ноги, и откатывались назад. Сколько-то Гаврила терпел это, набираясь сил, и когда море в очередной раз шлёпнуло его по голым пяткам он, с натугой закашлявшись, перевернулся на спину.

Проведя ладонью по мокрому песку, нащупал под собой доску, за которую держался всё это время, и погладил ласково, словно любимую собаку. В ушах продолжала шуметь вода. Он осторожно тряхнул головой. На голую грудь посыпались песчинки, полетели брызги.

Действительно берег.

Масленников встал на корточки, потом поднялся и, согнувшись, охнул от боли.

Спасение далось не дёшево. Кроме доски и порток на ногах ничего рядом не было, только пока это Гаврилу никак не огорчало. Сжав белые, словно тестяные пальцы в кулак, Гаврила погрозил морю и тем, кто пытался его в нём утопить. Хрен им! Хрен им всем!! Хоть без сапог и волчевки, зато в портках и живой…

Покряхтывая от боли, он пошёл вдоль воды к камням, что лежали впереди, обозначая начало каменой гряды, поднимавшейся прямо из воды. Босые ноги проваливались в сырой песок, и вода тут же смывала его следы.

Перед камнями море вскипало брызгами.

«Повезло мне», — подумал Гаврила. Волна на его глазах ударила в камень и разлетелась на капли. «Вот бы я туда головой…». Он медленно повернулся, осматривая берег.

Один.

Отгоняя мысль об одиночестве заныло брюхо, напоминая, что ни сегодня, ни вчера не получило от Гаврилы ни куска и ни глотка.

«Один, но живой!» — весело подумал Гаврила о ненасытном брюхе. — «Это покойнику жрать не хочется, а я-то живой!»

Он наклонился. В прозрачной воде, прямо под ногами, промелькнуло несколько рыбёшек, но он даже не попытался поймать их, понимая, что не стоит и пробовать. Травки какой-нибудь, разве пожевать… Вот уж чего-чего, а этого в море хватало. Камни рядом с ним со всех сторон облепило тёмно-зелёным мхом. Гаврила сел на корточки отщипнул кусочек, сунул в рот.

Горечь и соль. Пришлось выплюнуть.

Он сделал несколько шагов вглубь и заметил, что совсем недалеко от берега плавает комок не тёмно-зелёных, а серо-чёрных водорослей. Голод и надежда заставили его сделать шаг в глубину и ухватиться за него.

Везение не кончилось!

Гаврила достал находку из воды и встряхнул, убеждаясь, что не ошибся.

К нему вернулась его волчевка. Хоть растрёпанная и мокрая, зато чистая и пахнущая морем. Княжий подарок остался единственной вещью, которая связывала его с прошлым, с Родиной…

Он прижал её к лицу и заплакал.

Соль слёз человека смешалась с солью моря.

Несколько мгновений он стоял в воде, потом вышел.

Горло саднило от соли, но смочить его было нечем. Море не могло дать ему ни воды, ни еды и искать там спасения смысла не было. Он обернулся к берегу.

До виднокрая тянулась рыжая песчаная равнина, на которой не росло ничего, кроме такой же рыжей, высушенной солнцем травы. Там не было ни кустов, ни деревьев и Гаврила понял, что вряд ли сможет отыскать там то, что сейчас нуждался более всего — воду.

Руки сами собой опустились.

«Стоило ли спасться из моря, чтоб умереть на берегу?»