"Фантастика 2024-42". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Перемолотов Владимир Васильевич - Страница 573

Вняв увещеваниям и обещаниям, принцессы подняли ковер в воздух и укрылись в пышной березовой кроне.

Посмотрев, как девушки шуршат ветками, Избор сказал:

— Ну, с ними все ясно. Пусть сидят, дожидаются. А мы-то сами как?

— Что «мы сами»?

— Я предлагаю сразу в городе разойтись, а ближе к полудню собраться в какой-нибудь корчме. Городок-то немалый мы его по отдельности быстрее окучим.

Товарищи переглянулись и пожали плечами. Не убедил, но….

— И еще…

Избор покусал губу, словно хотел сообщить им что-то неприятное. Кивнув в сторону города, продолжил:

— Сейчас там всякое может быть… Ну, после вчерашнего. Так вот…

Он глянул со значительным прищуром.

— Первыми драку не начинаем. Даже если поймать попытаются — пусть поймают. Уйдем ежели что.

— Это еще зачем? — удивился Гаврила. — Никому я себя ловить не дам! Муха я им, что ли?

Понимая, к чему клонит товарищ, Исин спросил:

— А после твоего кулака останется с кем поговорить?

Гаврила промолчал. Возразить нечего.

— Ты своим кулаком поубиваешь там всех, и спросить будет не у кого, — продолжил сотник. — Нам про колдуна узнать нужно, а не смелостью хвастать.

— Да… Найти бы эту сволочь крылатую… — вздохнул Избор.

— Найдешь его, как же…Он уж, наверное, далеко. Пятки смазал…

— Крылья.

— Ну, крылья…

— По-всякому может быть, — не согласился с товарищами Исин. — Если искать будем — найдем! Хитрый зверь всегда вокруг норы петли кладет…

Незваные гости миновали ворота, и пошли по улице, выглядывая место, где можно будет собраться и подытожить день.

Корчма выскочила на них так внезапно, словно сидела в засаде. Избор пригляделся, принюхался и удовлетворенно кивнул. Все тут имелось: и пивной дух, и запах жареного мяса.

— Ну, вот тут ближе к полудню и соберемся. Место приметное. А пока по базару пробежимся и разойдемся.

Базар шумел недалеко — рукой подать. Кричали люди, ржали лошади, орала привезенная на продажу живность. Они разошлись по рядам, прислушиваясь к разговорам и делая необременительные покупки.

Как и намечали, сошлись в корчме уже далеко за полдень.

Избор пришел первым и, заказав все то, что могли потребовать три сухих горла и три пустых брюха, правда ограничившись только тремя кувшинами пива, принялся слушать и ждать. Гаврила с Исином пришли вместе и еще на ходу отрицательно покачали головами. Пусто. Как и у него.

Под пиво и мясо они принялись в полголоса решать, что делать дальше и куда идти, краем уха прислушиваясь к разговорам.

Разговоры тут шли как раз все о том же: о бедственном положении князя, его нездоровье и поиске злодеев-разбойников, что так скверно обошлись и с князем Алчедаром и с его дружиной. Про колдуна, правда, разговоров не велось, и тогда Избор сам, наудачу, спросил у соседей.

— А что это вашего князя кто ни попадя обижает? Неужели у вас тут доброго колдуна на княжеской службе нет?

Пившие рядом пиво не то кожевники, не то бондари охотно поддержали разговор.

— Как ни быть? Есть у нас добрый колдун, только, говорят и ему давеча досталось.

— Убили? — недоверчиво вопросил хазарин. — Какой же он тогда колдун?

— Хороший колдун, хороший… — заверили его. — Только лиходеи те, говорят, числом взять хотели да нахрапом… Чуть огнем терм княжеский не пожгли, а колдун-то наш князя грудью защитил, головы лиходеям заморочил и отвел беду, на себя удар приняв… Вот теперь где-то отлеживается, верно, болезный.

Богатыри ожидаемо восхитились таким самопожертвованием и закивали.

— И верно говоришь сильный у князя защитник. Как звать-то?

Как ни хотел Избор сказать это без подначки, но не поучилось. Уловив в голосе пришлого издевку из-за стола поднялись двое, и принялись закатывать рукава.

Но до драки не дошло.

— А не надо меня звать, — раздалось у них за спиной. — Я, когда нужно, и сам прийти не поленюсь.

Мир вокруг закачался, поплыл волнами, словно стены потеряли прочность и принялись рассеиваться в воздухе…

…Они пришли в себя в застенке.

Темновато там оказалось. Свет шел из небольшого окошка, да от дальней стены, где горел живой огонь. Глаза еще не привыкли к недостатку света, но Гаврила не сомневался, что ничего хорошего он тут не увидит.

— Ну, вот опять, — проворчал богатырь, ворочая головой. — Как с вами ни свяжешься, так опять рано или поздно в узилище попадешь. Зарекался ведь… Эх…

Гости стояли около стены, подняв к низкому потолку прикованные руки. Напротив стояли стол, лавка и сидел крепкий мужичок, глядевшийся темным силуэтом из-за факела за спиной. Увидев, что пленники вернулись в разум, произнес:

— Колдуну нашему сегодня разбираться с вами некогда. Ныне у него дела срочные, он с вами завтра поговорит, а пока мне поручил вас развлечь…

Он в задумчивости посмотрел на переплетенные пальцы. За его спиной что-то железно звякнуло и шевельнулось пламя, словно в жаровне передвинули угли. Не сводя с них внимательных глаз, кивнул за спину.

— Палача вот для хорошего разговора позвал. Вы не против?

Прикованные стояли молча, соображая, что случилось. Хозяин не стал терзать их ожиданием.

— Я — воевода Биштан.

Слегка привстав, воевода надулся, ткнул в их сторону пальцем и спросил с наигранной важностью:

— А не вы ли, демоны иноземные, нашего любимого князя Алчедара вчера извести хотели?

Пленники переглянулись и, перебивая друг друга, наперегонки затараторили:

— Да что ты говоришь-то!

— Неправда это!

— И в мыслях не было!

— Ну, я так и думал! — легко согласился воевода, сдуваясь и усаживаясь обратно. — Кишка у вас тонковата против нашего князя умышлять.

Он сдвинул в сторону пергамент и туесок с гусиными перьями.

— Ну, тогда рассказывайте, каким ветром вас тогда в наше княжество занесло? Неужто дела?

Гаврила первым сообразил, что к чему, и кивнул солидно, как равный равному.

— Ты, воевода, я вижу, княжескую службу исполняешь, так и мы не бездельно по свету шатаемся!

— Мы тут по делам, — подтвердил хазарин.

— Ты бы уж молчал, хазарская морда, — пренебрежительно откликнулся Биштан, прищуривая один глаз.

Темновато было в подвале, но для хорошего разговора темнота не помеха, а если совсем темно когда станет, так это ничего — пыточным железом можно подсветить. Вон оно недалече, в горне калится.

— Думаю, что лазутчики вы… — сказал воевода, отхлебывая прямо из кувшина. — Или бродяги, что лодыря гоняют.

Он крякнул, вытер губы, и с неудовольствием покосился на жаровню, что пыхала жаром в трех шагах, накаляя клещи.

— Ответствуйте…

— Нет, воевода. — замотал головой Гаврила. — Мы люди добрые. Ни ущерба от нас вашему князю, ни беспокойства. По делам в вашем краю.

Воевода усмехнулся, мол, давай, ври, ври… Все одно тебя к правде приведу и на чистую воду выведу…

— И что у вас за дела?

Ни на мгновение не задумавшись, Избор ответил.

— Мы, добрый князь, тут не лодыря гоняем, а для нашего князя невесту подбираем.

— А какого княжества князь? — ни на грош не поверив зайдам, поинтересовался воевода.

Богатырь малость замешкался — ну вот ничего путного в голову не пришло — но тут выручил Исин.

— Заокоёмноое княжество!

— Не знаю такого, — пожал плечами допросчик.

— Так далеко же, воевода. Стыдно сказать, мы у себя там и про ваше княжество не слыхивали. А оно вон какое знатное!

Он попытался развести скованными руками.

Биштан покивал, но путы рук убрать не поспешил.

— Ну ладно… Посмотрим как наш разговор дальше сложится….

Воевода кивнул кому-то за их спинами и в их запрокинутые головы хлынул поток вина. Лили не аккуратно, что-то попадало в глотки, что- то проливалось мимо. Когда кувшин закончился, Избор сипло выдохнул и попытался вытереть мокрую щеку о влажное от вина плечо.

— Что ж вы добро-то переводите? Я такого бы и доброй волей выпил…

Он втянул в себя воздух, словно гнался за последними каплями, стекавшими по усам.