"Фантастика 2024-42". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Перемолотов Владимир Васильевич - Страница 606

А Женя в сопровождении Гаргулио шел по залам Белой башни и удивлялся тому, как много их было.

Перед каждой дверью стояли стражники с алебардами, грозные и неприступные. Каждый раз, когда Женя подходил к ним, они отдавали честь, при этом громко стукали каблуками и звенели шпорами.

– А вот и ваша комната, принц, – сказал толстяк, открывая очередную дверь.

Женя вошел и от удивления раскрыл рот. Такого он не видел даже в кино. Вместе с картинами и старинной мебелью тут еще был настоящий бассейн с фонтаном, который весело журчал и переливался радужными красками на солнце. И еще здесь было очень много разных игрушек, больших, величиной с лошадь, и маленьких, как майские жуки. У Жени, хоть он и сильно устал, глаза заблестели от восторга.

Женя осторожно вошел в свою «комнату», не зная, что ему делать. Гаргулио подошел к занавеске и дернул за невидимый шнурок. Рядом послышался звон колокольчика. Дверь открылась, и вошла симпатичная девушка в красивом платье. Увидев Женю, она присела в реверансе и отвесила поклон, отчего мальчик смутился и вопросительно посмотрел на Гаргулио.

– Это ваша служанка, – объяснил тот.

– Служанка?

В свои семь лет Женя совершенно не знал, что это такое.

– Ну да, – сказал Гаргулио. – Она будет выполнять все ваши приказания. Будет кормить, одевать, раздевать, мыть, укладывать спать… Ее зовут Мари.

– А она будет со мной играть?

– Играть? – Гаргулио замялся.

– Ну да! Не могу же я играть один.

– Конечно, конечно! – поспешил успокоить мальчика Гаргулио. – Но вначале, принц, вам надо отдохнуть. Мари, проводи принца в столовую. Или нет, принц слишком устал. Накорми его прямо здесь, а потом уложи спать. Вечером я приду за ним.

Гаргулио поклонился Жене и вышел. Мальчик проводил его радостным взглядом. Признаться, Гаргулио ему порядком надоел.

– Кушать подано, ваше высочество, – сказала Мари и опять поклонилась.

Женя совсем не хотел есть, но когда он увидел яства на столе, почувствовал адский голод. Он с жадностью набросился на лакомства. А Мари постоянно добавляла ему то пирожное, то ананас, то напиток. Все это она делала, не говоря ни слова.

– Почему ты все время молчишь? – спросил наконец мальчик. – Ты не умеешь разговаривать?

– Нет. – Девушка смутилась и покраснела. – Просто я не могу разговаривать с принцем, наследником самого Повелителя. А вообще-то я могу разговаривать. Мои друзья даже дразнят меня болтушкой.

– Я тебе разрешаю разговаривать со мной.

От такой вкусной еды Жене хотелось быть добрым и великодушным. Девушка обрадовалась и стала болтать без умолку про то, что весь город только и говорит о появлении принца.

– Когда мои друзья узнают, что я первая после Гаргулио видела принца, да еще и разговаривала с ним, то умрут от зависти.

Но тут Мари заметила, что мальчик готов свалиться со стула от усталости.

– Ах, бедняжка! – воскликнула она и принялась готовить для ребенка постель.

Женя не помнил, как Мари принесла его в кровать, раздела и, обрядив в ночную рубашку, уложила спать.

Мальчик проспал до вечера, а когда проснулся, сказка началась заново. Женя увидел в руках Мари новую одежду. Его рубашка и шорты бесследно пропали. Когда девушка одела его и поставила перед зеркалом, мальчик не узнал себя. В зеркале был не семилетний мальчик из простой современной семьи, а маленький принц из яркой и красивой книжки про фей, королей, принцесс и драконов. Даже Мари залюбовалась им.

Скрипнула дверь. Это вошел Гаргулио. Увидев Женю, он изобразил на лице бурную радость и восторг. Все придворные умеют это делать в совершенстве. Гаргулио был первым придворным королевства и умел лучше всех притворяться. Но в этот раз он не притворялся. Он действительно был в восторге от Жени и весь прямо светился.

– Добрый вечер, ваше высочество! – пропел он. – Как спалось тебе, принц, и какие сны виделись твоей высокой особе?

– Я очень хорошо спал, Гаргулио. – Женя не мог оторваться от своего отражения в зеркале.

«Это настоящий принц», – подумал Гаргулио и сказал вслух:

– Тогда, если угодно вашему высочеству, принцу пора показаться народу.

– Кому? – не понял Женя.

– Народу. – Гаргулио поклонился. – То есть людям, вашим подданным.

– Ах, людям! – Женя важно посмотрел на свои туфли, на которых пряжки были сделаны из чистого золота. – А зачем?

– Они должны видеть того, кто будет ими повелевать.

– Повелевать?

– Да, повелевать. Давать приказания и наказывать нерадивых.

– Хорошо. Пусть люди на меня посмотрят.

– О, Ваше Высочество, они будут счастливы!

Дверь раскрылась, и Женя в сопровождении Гаргулио и Мари вышел из комнаты. Его ждали четыре человека с носилками.

– Что это? – спросил мальчик.

– Это паланкин, – ответил министр. – Он доставит вас вниз. Я приказал сделать его специально для вас, принц.

– Очень хорошо, а зачем нам вниз?

– Подданные ждут нас внизу в замке.

– А почему они не поднимаются к нам наверх, а мы должны идти вниз?

«Настоящий принц», – еще раз подумал Гаргулио и вслух ответил:

– В Белую башню имеют право входить только те, кто может говорить с Повелителем. А с ним могут говорить только я и еще несколько человек во всей нашей стране. Ну и еще, разумеется, стражники. Их набирают из сыновей самых уважаемых и… («богатых», – хотел сказать Гаргулио) почитаемых горожан. Но даже они не могут входить в зал, где сидит Повелитель.

– А Мари может входить к Повелителю?

– Нет, она просто служанка, – ответил Гаргулио. – Но не волнуйтесь, ваше высочество, это не простая девушка, а племянница самого военного министра Леонари. Уверяю вас, она из очень порядочной семьи. Ее выбирали из ста девушек.

– Из ста? – поразился Женя.

– Да, из ста. Был очень сложный конкурс. Мари победила.

Принц и министр, не прерывая разговора, сели в паланкин, и слуги понесли их по длинным и крутым лестницам башни. Перед ними предстали все красоты, которые создал великий гений Валия. Одни залы сверкали розовым мрамором, другие изумрудно-зеленым малахитом, третьи золотистым янтарем… Через полчаса такой экскурсии, во время которой три раза менялись слуги и Женя чуть не заснул, паланкин внесли в замок. Глазам принца предстало совершенно иное зрелище. Стены зала были из мрачных серых камней. На них висели старые и потрепанные ковры, потемневшие картины, а между высокими окнами с непрозрачными стеклами стояли не прекрасные статуи, какие сделал в башне Валия, а страшные рыцарские доспехи с полным вооружением.

Когда вслед за Гаргулио Женя вылез из паланкина, его встретили бурные аплодисменты. Мальчик увидел целую толпу наряженных людей, улыбающихся и аплодирующих. Все они смотрели на Женю.

– Его Высочество, принц Евгений! – громко объявил первый министр.

«Евгений, Евгений, – эхом ответили стены замка, – гений, гений!».

– Евгений, Евгений! – пронеслось по рядам восторженных придворных.

Даже суровые гвардейцы и те, кажется, повторяли это имя.

Женя величественно, как и подобает принцам, посмотрел на своих подданных. Ему понравились их восторг и радость по поводу его прибытия. Женя решил всех наградить за это своей знаменитой улыбкой. И он улыбнулся. Аплодисменты превратились в грохот. А одна из дам даже упала в обморок, и ее унесли двое гвардейцев. А ее муж, тоже придворный, этого даже не заметил.

Потом был бал и роскошный ужин. Женя сидел на высоком и дорогом кресле и смотрел представление в его честь. Он радовался и веселился. Еще бы! Никто не гнал его спать, хоть и было уже очень поздно. Никто не воспитывал и не ругался. Не надо было быть постоянно настороже в ожидании Катиных проделок. Ведь война с ней далеко! А здесь все ловят каждое его слово и каждый взгляд. Не то что дома, где не заставишь ни маму, ни папу уделить внимание хоть на часок. А здесь взрослые дяди и тети готовы для него на все.

Женя научил играть придворных в жмурки. Старый седой генерал, когда ему досталось водить, опрокинул рыцаря, а потом поймал одну толстую дамочку, которая, оказалось, очень боится щекотки. Она так визжала, что принц чуть не задохнулся от хохота. И генералу, и толстухе он тут же велел выдать по ордену, которые лично вручил обоим под громкие аплодисменты придворных.