"Фантастика 2024-41". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Форш Татьяна Алексеевна - Страница 440

– Как мило! – фыркнула я в ответ, чем заслужила недоуменный взгляд Шарама.

– Что-то не так?

– Э-э… нет. – Я поднялась и заулыбалась. – Таким образом я выражаю свою радость и волнение перед встречей с этим важным господином.

– Мм… – Парень бросил на меня внимательный взгляд. – Да… ты права. Мой отец – один из величайших ученых этой планеты. Именно по его разработкам были созданы Небесные зеркала. Мы бы уже давно спасли Лутан, если бы на планете было нужное количество Воздушного элемента.

– Надеюсь, что у вас все получится. – Стараясь не смотреть ему в глаза, я первой прошагала к подъемнику. С детства не умела лгать.

– Конечно. Вот только снарядим экспедицию на вашу планету. Как нам поведал твой спутник, в вашем мире этого элемента более чем достаточно. – Он вошел следом, заставив меня прижаться к стенке. Кабина незаметно поехала вниз, а мгновением позже мы уже выходили в «гостиную» – как окрестила я первый этаж.

– Лииза! – Радостно улыбаясь, мне навстречу поднялся Тернар Сарафи. – Вот, зашел посмотреть, как устроились наши почетные гости.

– Все хорошо. Мне нравится, – улыбнулась я в ответ. Как же непривычно строить из себя восторженную дурочку, в то время как внутри неугасимым огоньком горит бешенство, грозя перерасти в пожар. А иначе никак. Поймут и сотрут все, что я привыкла помнить. – Вчера Шарам показал мне чудесный мир снов. К сожалению, я почти ничего не запомнила.

– Да… сын мне об этом рассказал. Буквально перед твоим пробуждением. Кстати, я очень удивился, застав его здесь… у тебя.

– Э-э… – Смущение мне удалось на славу. – Вы ничего не подумайте, он просто помогал мне знакомиться с вашей вирту... хм… с миром снов!

– Не смущайся. Мне, наоборот, очень приятно было увидеть его здесь. – Сарафи бросил взгляд на стоявшего чуть позади Шарама, подошел ко мне и, обняв за плечи, повел к уставленному посудой кубу. – Дело в том, что, сколько я ни пытался заставить его подумать о продолжении рода, он думает только о своей работе. Сын очень печется о будущем Лутана. Но когда появилась ты… – Он насильно усадил меня на одну из мягких тумб, заменяющих стулья. – Кушай. Избраннице моего сына не пристало голодать.

Тут моя хваленая выдержка сбежала.

– Избранница? И для чего, интересно, он меня избрал? Для новых опытов, которые превращают нормальных людей в растения? Вам ведь проще управлять такими? А знаете почему? Вы и ваш сыночек – слабаки! Вы боитесь, что люди увидят все так, как оно есть, и тогда от вас не останется даже воспоминаний!

Молчание, повисшее в комнате, заставило меня поспешно захлопнуть рот, а после пришла и умная мысль: наверное, не нужно было это говорить. Да еще и в таком тоне.

Сарафи первым нарушил тишину:

– Что ж, твое высказывание говорит о том, что у тебя отличные аналитические способности, острый ум и решительный характер. Это просто превосходные черты. – Он развернулся и подошел к едва заметной створке двери. Она тут же послушно отъехала в сторону. – Отличный выбор, Шарам. Делай так, как решил, а когда добьешься результата, сообщи, чтобы я созвал совет Правящих. О твоей избраннице должны узнать все.

Он улыбнулся и вышел. Мы с Шарамом остались наедине.

– Что все это значит? – Ладно! Лучший способ защиты – нападение. – Какая избранница? Какой союз?

Шарам побуравил меня холодным взглядом и усмехнулся:

– Я решил, что ты мне подходишь. Ты красива. Гораздо красивее, чем наши женщины. У тебя острый ум. У нас одинаковый набор хромосом, значит, ты подаришь много детей. Ну и последнее – ни у кого из тех, кто занимает далеко не последнее место на нашей планете, еще не было жены – русы.

– Но ты меня не любишь!

– Любовь – одно из запрещенных чувств, к тому же в браке самое бессмысленное.

– Хорошо. А как насчет моего согласия?

– У тебя нет выбора. Либо станешь одной из тех, кто дает потомство от избранников, которых подберет Система, либо станешь моей. Гарантирую, если ты будешь со мной – у тебя будет все самое лучшее.

– А как насчет того, что ты обещал? – Ярость, отчаяние, злость – все смешалось в один клубок. – Как насчет нашего возвращения на Землю?

– Не сомневайся. Если я обещал – это будет. Только не сразу. Возникли кое-какие трудности. Придется подождать.

– Сколько ждать?

– Может, сто дней. А может, несколько тысяч.

– И какие же это трудности? От чего это зависит?

Шарам лениво потянулся к оранжевым, больше похожим на застывшее желе шарикам и, подхватив один, закинул его в рот.

– Тебе не нужно забивать этой ерундой свою красивенькую головку. Для этого есть я. И я постараюсь решить все твои проблемы. А сейчас, если тебе противна наша привычная еда, идем создавать твое личное меню?

Громадным усилием я заставила взять себя в руки и кивнуть. Это нужно. В первую очередь Галке. Только бы дожить до вечера и наконец-то поговорить с Хряпом. Из головы никак не шел тот парень, который случайно привиделся сегодня во сне.

Город До Гет

Этот день прошел, как и все последующие, став еще одним из вереницы одинаковых до зубовного скрежета дней. Петр перевернулся на спину, глядя на никогда не выключающиеся ряды маленьких ламп. Ночью их свечение немного приглушалось, и только. И лишь поэтому он мог понять, что наступила ночь…

После распределения его привели в круглую белоснежную постройку, в которой было место и для еды, и для сна. Правда, он немного растерялся, не обнаружив место для естественных нужд, но вскоре заглянувший для проверки биорг пояснил, для чего нужен узкий, созданный из непрозрачного стекла цилиндр.

Подъемник, который Петр тут же переименовал в «лифт», привез его на цокольный этаж, где он с удовольствием увидел и цилиндрическую душевую кабинку и сортир, которым он наловчился пользоваться еще на корабле Дарна.

В тот день больше его не беспокоили. Он с наслаждением вымылся, оделся в комбинезон, который нашел среди многих таких же на полке встроенного шкафа. Поднявшись наверх, он наелся странной, белесой, но очень вкусно пахнущей массы, которая напомнила ему рисовую кашу. После он побродил по жилищу, разглядывая вверенную ему территорию, но это занятие быстро наскучило, и он уснул, растянувшись на мягком полу.

Утром его заставил очнуться резкий звук. Словно гудок клаксона. Почти сразу же дверь распахнулась, и в нее шагнул биорг.

– Одеваться. Есть. Выходить.

Он сунул ему в руки серо-зеленый сверток, такие же сапоги. Указал на уставленный снедью стол и вышел. Петр развернул и повертел в руках комбинезон, почти ничем не отличающийся от того, что сейчас был на нем. Может быть, чуть-чуть грубее.

Есть он не стал и, напялив одежду поверх своей, вышел из дома. Биорг стоял возле дверей. Увидев его, он жестом приказал идти за ним. Рядом с домом оказался точно такой же лифт, куда он и вошел вслед за провожатым. Створки съехались, на мгновение заточив их в подъемнике, и почти сразу же раскрылись. Петр с любопытством выглянул, разглядывая огромный зал. Кое-где огороженный невысокими стенами, он делился на множество помещений, между которыми шел широкий и, казалось бы, бесконечный коридор, по которому тут и там сновали лутанцы, одетые в такие же, как у него, комбинезоны.

– Идти за мной, – приказал его провожатый и первым вышел из подъемника.

Коридор оказался действительно бесконечным, как и зал, который он делил пополам. Шагая за биоргом, Петр с интересом крутил головой, разглядывая спрятанную за стенами-ширмами жизнь.

В одном помещении он увидел странные машины и снующих возле них работников. Рядом с машинами копилась груда каких-то деталей, очень похожих на части механизмов или приборов. В другом помещении он с любопытством оглядел длинные столы, от которых вверх уходили трубы. Возле них суетились женщины, судя по запахам, готовящие еду. В следующем делали ткани, еще дальше – создавали из этих тканей одежду.

Он уже сбился со счету, пытаясь вспомнить, сколько они миновали помещений, пока наконец биорг не втолкнул его за предпоследнюю ширму. Петр остановился, разглядывая огромную кучу всевозможных отходов, возвышающуюся почти до потолка. Здесь тоже суетились люди. Одни рассортировывали мусор по машинам, больше похожим на плавильные печи, другие из этих печей принимали в контейнеры то, что получилось, и грузили их на другие машины-вагончики. Третьи эти машины куда-то угоняли и возвращались пустыми.