Любовное письмо - Райли Люсинда - Страница 17

– Господи, – тихо пробормотал он, перешагивая через обломки. – Ты вызвала полицию, как я велел? – спросил он, вернувшись к Джоанне.

Она кивнула и уселась на кучу одежды Мэтью, вывалившейся из разрезанного черного мусорного мешка в углу прихожей.

– Ты не заметила, они что-нибудь взяли? Телевизор, к примеру? – мягко спросил он.

– Не обратила внимания.

– Пойду проверю.

Саймон вернулся через несколько минут и доложил, что воры унесли телевизор, видеомагнитофон, компьютер с принтером… в общем, кучу всего. Джоанна в отчаянии покачала головой.

Сквозь застекленную панель входной двери они увидели мигающие синие огни полицейской машины. Саймон вышел на дорожку возле дома, чтобы встретить сотрудников.

– Добрый вечер, я Саймон Уорбертон. – Он порылся в кармане и достал удостоверение личности.

– Вы при исполнении, сэр? – спросил полицейский.

– Нет, офицер, я друг жертвы, и она… э-э… не знает о моей должности, – шепотом пояснил он.

– Хорошо, сэр. Я вас понял.

– Прежде чем вы войдете, хочу кое-что пояснить. Это был очень яростный и жестокий налет. Женщины в это время, слава богу, не было дома, но я бы посоветовал вам отнестись к этому делу со всей серьезностью и сделать все возможное, чтобы отыскать виновного. Ну, или виновных, что вполне вероятно.

– Конечно, сэр. Показывайте, куда идти.

Час спустя благодаря бренди, которое Саймон захватил из дома, Джоанна немного успокоилась и обрисовала ситуацию полиции с той ясностью, на какую был способен ее затуманенный мозг. После Саймон предложил ей провести остаток ночи в его квартире.

– Думаю, уборку лучше отложить до утра, – заметил полицейский.

– Он прав, Джо. Тебе лучше уйти отсюда.

Обняв подругу за плечи, Саймон вывел ее из квартиры, помог преодолеть дорожку и усадил в свою машину. Она тяжело плюхнулась на переднее сиденье. Он сел за руль и завел двигатель, но когда отъезжал от обочины, в свете фар заметил номерной знак автомобиля, припаркованного на другой стороне дороги.

«Очень странно», – подумал Саймон, сворачивая влево, и бросил взгляд на затемненный салон чужой машины. Поднимаясь по холму к своему дому, он убеждал себя, что это просто совпадение.

Однако решил, что проверить все же не помешает.

7

Зои как раз закончила мыть пол, когда зазвонил телефон.

– Черт! – Она пробежала через кухню, оставляя следы на влажном кафеле, и успела схватить трубку за миг до того, как включился автоответчик. – Слушаю, – с надеждой выдохнула Зои.

– Это я.

– О, привет, Маркус.

– Не похоже, что ты рада меня слышать.

– Извини.

– Ну, ты сама просила перезвонить, – заметил он.

– Да. Может, вечером заскочишь ко мне? Немного выпьем.

– Конечно. Ты говорила с папой?

– Да.

– И?

– Позже расскажу, – рассеянно ответила она.

– Ладно. Увидимся часов в семь.

Зои раздраженно бросила трубку и застонала от разочарования. Время стремительно утекало. На следующей неделе начнутся съемки «Тесс», и ей придется уехать в Норфолк. А у него есть только номер стационарного телефона дома на Уэлбек-стрит. Ведь в ту пору, когда завязались их отношения, ни у одного из них еще не было мобильников. Он звонил ей домой и если слышал в трубке голос ее дедушки, то представлялся как Сид. Она уже не помнила почему, однако оба хихикали над этим прозвищем.

От одной только мысли, что ее не будет в Лондоне и она не сможет ответить на его звонок, Зои сходила с ума. Хуже того, ей придется торчать в маленькой норфолкской деревушке, где его появление способно вызвать немалый ажиотаж среди местных жителей, так что он к ней не приедет. А после жизнь вернется в прежнюю колею, и момент будет упущен. Невыносимо даже думать об этом.

– Прошу, позвони, ну пожалуйста, – с мольбой прошептала Зои, глядя на телефон.

И тяжело вздохнула при виде отразившегося в зеркале бледного измученного лица. В трудные моменты жизни у нее был свой способ справляться с сильным нервным напряжением, и Зои, верная себе, маниакально убиралась в доме, вытирала пыль, драила пол и наводила глянец, чтобы измотать себя и не думать о сложившейся ситуации.

И постепенно все яснее понимала, что совершенно не привыкла к одиночеству. От этого становилось еще тяжелее. Всего два месяца назад рядом всегда был Джеймс. Боже, как же ей не хватало старика. Она также скучала по сыну и радовалась, что, прислушавшись к совету деда, согласилась на роль Тесс, особенно сейчас, когда надежда на столь желанный звонок таяла с каждым проходящим днем.

Маркус появился в половине восьмого вечера.

– Привет, Зо, – поздоровался он, как только сестра открыла ему дверь.

– Ты что, пил? – Она окинула его взглядом.

– Всего пару глотков, честно.

– А судя по виду, пару бутылок. – Зои проводила Маркуса в гостиную. – Кофе, чтобы протрезветь?

– Лучше виски, если есть.

– Как скажешь. – Зои слишком устала, чтобы спорить.

Напитки хранились в уродливом антикварном шкафчике из орехового дерева на тяжелых гнутых ножках, о которые она вечно спотыкалась. Наверняка он стоил целое состояние. Теперь, после смерти Джеймса, надо бы позвонить оценщику и обновить опись домашнего имущества для страховой компании. Возможно, стоит продать что подороже – где-то же нужно брать деньги на ремонт.

Отыскав бутылку с виски, Зои наполнила стакан на четверть и протянула брату.

– Да ладно, сестренка, не скупись, плесни побольше, – заметил он.

– Угощайся. – Зои сунула ему всю бутылку, а себе налила джин с тоником. – Схожу за льдом. Тебе принести?

– Нет, спасибо. – Маркус наполнил стакан, а когда Зои вернулась, поинтересовался: – Уже чувствуешь себя как дома? – Он указал на стену, увешанную разными произведениями искусства.

– Просто перенесла сюда пару картин из спальни, чтобы комната казалась светлее.

– Приятно иметь подобное наследство, – пробормотал он.

– Только не начинай опять, Маркус! Не хотелось бы напоминать, но несколько лет назад папа дал тебе достаточно денег, чтобы снять отличную квартиру в Ноттинг-Хилле. И финансировал твои многочисленные кинопроекты.

– Справедливое замечание, – согласился Маркус. – Так что вы с ним обсуждали?

– Ну… – Зои, пождав ноги, устроилась на диване. – Я вполне понимаю твои чувства по поводу завещания деда, пусть даже ты ведешь себя грубо.

– Надо же, сестренка, какая проницательность.

– Оставь этот высокомерный тон, Маркус. Я всего лишь пытаюсь помочь.

– Скорее это ты ведешь себя высокомерно, милая.

– Господи! С тобой невозможно разговаривать! Ты можешь заткнуться хоть на пять минут, чтобы я объяснила, чем смогу помочь?

– Ладно-ладно, продолжай.

– Полагаю, всегда негласно считалось, что о тебе в финансовом плане заботится папа, а Джеймс поддерживает нас с Джейми. И поскольку я воспитываю сына одна, думаю, дед просто хотел удостовериться, что, как бы ни повернулась жизнь, мы с Джейми ни в чем не будем нуж- даться.

– Возможно, – пробормотал Маркус.

– Так вот. – Зои сделала глоток джина. – Сейчас все деньги Джейми находятся в доверительном управлении, и есть лишь один пункт завещания, из которого я могу законным способом извлечь для тебя немного средств.

– И о чем речь?

– Вряд ли тебе это понравится, – вздохнула Зои, – но ничего лучшего я не могу предложить.

– Ну давай, выкладывай.

– Помнишь, что в конце завещания говорилось о памятном фонде?

– Смутно. К тому времени я уже почти вышел из себя.

– Ну, по сути, речь о сумме, находящейся в доверительном управлении и предназначенной для ежегодной оплаты обучения в театральной школе для двоих талантливых молодых людей – юноши и девушки.

– О, так ты хочешь, чтобы я воспользовался стипендией и вернулся в колледж? – язвительно поинтересовался Маркус.

Зои пропустила его комментарий мимо ушей.

– Мы с папой предлагаем тебе встать во главе фонда. За организацию и управление средствами ты будешь получать хорошую зарплату.