Любовное письмо - Райли Люсинда - Страница 21

Когда Саймон вышел из спальни, Джоанна сидела на диване и смотрела «Антикварные гастроли»[10].

– Что ж, я закончил. И кстати, пока меня не будет… хочу дать тебе номер телефона, если возникнут неприятности. Кажется, в последнее время ты их притягиваешь. – Он протянул подруге визитку. – Это на экстренный случай.

– Иэн Симпсон, – прочитала она.

– Коллега по работе. Хороший парень. Я записал тебе его рабочий и мобильный номер. Мало ли что…

– Спасибо. Положи визитку рядом с телефоном, чтобы я ее не потеряла.

Саймон отнес карточку к телефонному аппарату и устроился на диване рядом с Джоанной. Она обвила руками шею друга и прижалась к нему.

– Спасибо за все, Саймон.

– Не стоит благодарности. Ты ведь моя лучшая подруга. Я всегда буду рядом с тобой.

Она потерлась носом о его нос, наслаждаясь этой дружеской близостью, и внезапно ощутила, как внизу живота стало зарождаться желание. Она подалась вперед, закрыла глаза и мягко прижалась губами к его губам. Постепенно поцелуй стал глубже, она открыла рот, чтобы впустить его язык… Саймон вдруг отстранился и вскочил с дивана.

– Господи, Джо! Что мы делаем? Я… Сара…

Джоанна опустила голову:

– Прости, мне очень жаль. Ты ни в чем не виноват. Это я начала.

– Нет. Я виноват не меньше. – Он начал расхаживать взад-вперед. – Мы ведь лучшие друзья! И такого просто не должно случаться. Никогда!

– Да-да, знаю. Обещаю, этого больше не повторится.

– Хорошо… ну, не то чтобы мне не понравилось, – покраснел Саймон, – но не хотелось бы разрушить нашу дружбу из-за случайной интрижки.

– Мне тоже.

– Что ж, ладно. Я… пойду собирать чемодан.

Джоанна кивнула, и Саймон вышел из комнаты. Она уставилась в телевизор, но экран расплывался из-за стоящих в глазах слез. Господи, да что на нее нашло? Наверное, все дело в потрясении, уязвимости и тоске по Мэтью. Она ведь знала Саймона с детства, и пусть всегда признавала, насколько он привлекателен, никогда всерьез не задумывалась о каких-либо отношениях с ним, выходящих за рамки дружбы.

«Нет, – мысленно пообещала себе Джоанна, – между нами ничего не будет».

9

Зои взглянула на часы. Половина одиннадцатого. А она, замечтавшись, до сих пор еще не встала. Неслыханное дело, ведь обычно у нее не было привычки валяться в кровати после половины девятого. Вот Джейми другое дело. Чтобы во время каникул вытащить ленивца-сына из постели, часто требовался чуть ли не подъемный кран. Однако этим субботним утром ей не хотелось никуда спешить.

Зои осознала вдруг, что вступает в совершенно новый этап своей жизни. Сперва она была ребенком и ей, само собой, не давали особой свободы. Потом появился Джейми и пришлось полностью посвятить себя сыну. А в последнее время она превратилась в сиделку, помогая Джеймсу и даря ему утешение в оставшиеся недели жизни. И вот сегодня Зои поняла, что, не считая вечной роли матери, теперь она стала свободнее, чем когда-либо за все свои двадцать девять лет. Ей позволено жить как хочется, принимать собственные решения и самой справляться с последствиями…

Вчера вечером Арт ушел еще до одиннадцати, и их губы встретились лишь раз – во время целомудренного поцелуя на прощание, и все же Зои проснулась спокойной и удовлетворенной, с мыслями о любви, как после ночи отличного секса. Они почти не трогали друг друга, но даже случайное прикосновение его пиджака к ее боку вызывало желание во всем теле.

Весь вечер Арт и Зои сидели в гостиной и разговаривали. Сперва оба держались робко и неуверенно, но вскоре расслабились и между ними установилась некая непринужденная близость, свойственная людям, когда-то хорошо знавшим друг друга. Впрочем, у них с Артом с самого начала были доверительные отношения. По большей части окружающие относились к нему с почтительной неуверенностью, но Зои видела его уязвимость и человечность.

Познакомились они в модном клубе в Кенсингтоне, утопавшем в клубах сигаретного дыма, куда Маркус притащил сестру, чтобы отпраздновать ее восемнадцатилетие первой легальной порцией алкоголя. Брат пообещал деду присмотреть за Зои и проследить, чтобы она благополучно добралась домой. Однако, купив сестре джин с тоником, Маркус сунул ей в руку немного денег.

– Это на такси до дома, – пояснил он. – Не делай ничего такого, чего бы не сделал я!

И, подмигнув ей, брат с улыбкой растворился в толпе.

Зои в растерянности опустилась на барный табурет и огляделась вокруг. На танцполе тусовалась целая толпа. Люди громко смеялись и пьяно прижимались друг к другу. Джеймс всегда оберегал внучку, поэтому, в отличие от большинства подруг по школе-интернату, она никогда не шлялась по ночам и не накачивалась наркотиками в тускло освещенных туалетах ночных клубов. И сейчас Зои чувствовала себя очень неуютно. Крепче сжав в руке потную двадцатифунтовую купюру, которую дал Маркус, она решила поехать домой и почти встала с табурета, когда услышала чей-то голос:

– О, уже уходишь? А я хотел предложить чего-нибудь выпить.

Зои обернулась и взглянула в темно-зеленые глаза молодого человека, обрамленные прядями прямых светлых волос, которые казались несуразными рядом с модными, более длинными прическами других юношей в клубе. Лицо показалось ей смутно знакомым, но она не могла его вспомнить.

– Нет, спасибо, – ответила Зои. – Вообще-то, я не любитель выпивки.

– Я тоже. – Он облегченно улыбнулся. – Я только что отделался от своих… э-э… друзей. Их это место увлекает больше, чем меня. Кстати, я Арт.

– Зои. – Она неловко протянула руку.

Он взял ее ладонь и чуть сжал, вызвав жаркую дрожь во всем теле.

Вспоминая тот вечер, Зои спрашивала себя: а если бы она в тот момент поняла, кто он такой, то смогла бы уйти? Нашла бы в себе силы отказаться, когда он вновь и вновь приглашал ее танцевать и прижимался к ней, вызывая в ее теле всевозможные странные и удивительные ощущения? А потом, после закрытия клуба, сумела бы оттолкнуть его, не позволить себя поцеловать, утаить свой номер и не пожелать снова встречаться с ним следующим вечером?

«Нет», – уверенно призналась себе Зои. В любом случае она приняла бы точно такое же решение.

Вчера вечером оба избегали разговоров о прошлом и вместо этого болтали ни о чем и обо всем на свете, просто наслаждаясь обществом друг друга.

Затем Арт с сожалением взглянул на часы.

– Мне пора, Зои. Завтра меня ждут на приеме в Нортумберленде. Вертолет вылетает в половине седьмого утра. Следующие несколько недель ты будешь сниматься в Норфолке?

– Да.

– Я с легкостью смогу провести там пару ночей. Как насчет следующих выходных? Ты уже знаешь, где остановишься? Я могу в пятницу вечером прислать за тобой машину.

Зои подошла к столу и достала из ящика буклет с информацией о маленьком отеле, где ей предстояло прожить следующие полтора месяца. Записав данные на листке бумаги, она протянула его Арту.

– Отлично, – улыбнулся он. – Я дам тебе номер своего мобильника. – Арт достал из нагрудного кармана визитку. – Вот. Пожалуйста, позвони мне.

– Пока, Арт. Была рада тебя видеть, – неловко проговорила Зои, не зная, как закончить вечер.

– Я тоже. – Он наклонился и легко прикоснулся к ее губам. – Увидимся в следующие выходные. Тогда у нас будет больше времени. Спокойной ночи, Зои.

В конце концов она все же вылезла из постели, приняла душ и оделась. Потом отправилась за продуктами, а вернувшись, поняла, что забыла купить половину того, что собиралась. По-прежнему витая в мечтах, Зои поставила пластинку, о которой не вспоминала десять лет, и закрыла глаза, когда комнату наполнили звуки песни «The Power of Love» Дженнифер Раш. Слова ее до сих пор не стерлись из памяти.

Воскресным днем Зои долго гуляла по Гайд-парку. Опасаясь поскользнуться на коварных обледенелых дорожках, она бродила по покрытой инеем траве и любовалась деревьями в снежном уборе, а после, вернувшись домой, позвонила в школу Джейми. Сын весело сообщил, что завоевал себе место в команде «А» по регби, куда принимали детей младше десяти лет. Зои продиктовала ему номер отеля, в котором остановится в Норфолке, и попросила передать его заведующей на случай крайней необходимости. Она подтвердила, что приедет навестить сына через две недели, и они обсудили, куда Зои поведет обедать Джейми и его друга Хьюго.