Реньери Андретти (ЛП) - Хантингтон Паркер С. - Страница 16

Отойдя от оргазма, я прижалась лбом к его лбу. Он вынул из меня свои пальцы и покачался на моей киске. Головка его члена вырвалась из боксеров, и когда она коснулась моего влажного клитора, я издала стон.

Когда мои руки все еще были зажаты его левой рукой, он поднял свои пальцы и провел ими по моим губам, покрывая их моей влагой. Он прижался поцелуем к моему рту, его язык прочертил влажную дорожку, которую он оставил на моих губах. Я почувствовала вкус себя, когда он провел языком по моим губам и погладил верх моего рта.

Он отстранился, и я едва смогла разглядеть в темноте довольную ухмылку на его губах.

— Куда теперь?

Никуда.

Завтра я проснусь и захочу узнать правду, но сейчас, в его объятиях, я наконец-то снова была счастлива.

9

Обида — это… эмоциональное пересказывание

или повторная борьба с каким-то событием

в прошлом. Вы не можете победить, потому что

пытаетесь сделать невозможное — изменить прошлое.

Максвелл Мольц

КАРИНА ГАЛЛО

Я проснулась от того, что рядом с моей головой приземлилась птица. Я открыла рот и закричала, но огромная ладонь накрыла мои губы, а в ушах раздалось хихиканье.

— Это не смешно. — Мой голос захрипел под ладонью Ренье. Я оттолкнулась от его груди, спутанные одеяла мешали сидеть прямо.

— Это птица, а не оргазм.

— Я не кричала так громко прошлой ночью.

Ренье рассмеялся, как будто не поверил мне, и птица взлетела с громким криком, как будто перешла на сторону Ренье. Я стояла, пока Ренье складывал одеяла. Мы вернули их в шкафчики, где я, ответственно, вызвала Убер, потому что телефон Ренье сел прошлой ночью.

Каждый шаг к лифту в холле давался мне с неохотой, потому что я понимала, что эта поездка подходит к концу, а вместе с ней и единственный уик-энд, который я поклялась подарить Ренье. Я хотела знать правду. Я заслуживала правды, и я не уступлю, пока не получу ее.

Ренье вошел в лифт первым.

— Что случилось?

Я последовала за ним, и двери закрылись.

— Наша ночная поездка закончилась.

Его взгляд переместился на меня.

— Скажи слово, и мы сможем быть вместе. Это не обязательно должно закончиться.

Я опустила голову.

— Нет.

Его пальцы взяли мой подбородок и приподняли мою голову, пока я не оказалась в нескольких дюймах от его губ.

— Скажи слово.

— Нет.

Он потянулся за мной, нажал на экстренную остановку, затем поднялся и рывком руки оборвал провод от камеры наблюдения.

— Скажи слово.

Я сделала шаг назад, когда он приблизился ко мне, и ударилась спиной о зеркальную стену лифта.

— Что ты делаешь?

— Спроси, чего я хочу.

— Нет.

Он опустился на колени, пока его лицо не оказалось на одном уровне с моей киской.

— Спроси меня, Галло.

— Что ты делаешь, Ренье?

Его пальцы проникли за подол моих штанов для йоги, и он спустил их по моим ногам. Он посмотрел мне в глаза и наклонился вперед. Его зубы погладили мой клитор через трусики.

— Сколько раз ты фантазировала об этом, когда мы учились в школе?

Постоянно.

— Никогда. — Я выпустила стон. — Ты был груб со мной.

Он сдвинул мои штаны для йоги с моих ног, и я вышла из них, не уверенная, хочу ли я продлить или прекратить это.

— Лгунья. Ты хотела меня. Я видел, как ты на меня смотрела.

— Как я на тебя смотрела?

— Так, как ты смотришь на меня сейчас. — Он разорвал мои трусики на две части и небрежно бросил их позади себя. — Как будто ты хочешь, чтобы я был на тебе. В тебе. Под твоей кожей. Как будто ты хочешь поглотить меня. — Его рот прильнул к моему клитору, и я ахнула. Он погладил его языком.

Один раз.

Два раза.

Три раза.

Я откинула голову назад и застонала, вцепившись пальцами в его волосы с такой силой, что это, наверное, было больно. Но он не жаловался. Он схватил мою ногу и закинул ее себе на плечо, проникая языком все глубже в мою щель.

Я повернула голову в сторону и встретилась взглядом с зеркалом, прежде чем опуститься к Ренье. Его рука обхватила член через треники, и он поглаживал себя, пока трахал мою киску языком.

Я была близка. Так близка к тому, чтобы раздеться.

— Я близко.

Он отстранился, и прохладный воздух коснулся моей влажной кожи.

— Это не обязательно должно закончиться. Скажи слово.

Я безуспешно пыталась втолкнуть его обратно в себя.

— Это жестоко.

Он наклонился вперед и провел кончиком носа по моему клитору, вызвав у меня стон.

— Все, что тебе нужно сделать, — это сказать слова. Скажи мне, что ты хочешь этого.

— Я хочу, чтобы ты заставил меня кончить, Ренье.

В его глазах вспыхнул жар, а голос стал хриплым, когда он заговорил.

— Скажи, что ты хочешь нас.

— Нет, пока ты не скажешь мне правду.

Скажи "да", — умоляли мои глаза.

Он был на грани того, чтобы сказать "нет", и мое тело опустилось, когда сквозь дымку, наполненную сексом, пробился неуверенный голос.

— Э-э, простите? Это менеджер. Мы пока не уверены в проблеме, но делаем все возможное, чтобы быстро ее устранить. Вызвали пожарных, они скоро прибудут.

В зеленых глазах Ренье сверкнуло раздражение, и он нажал на экстренный тормоз, пока я спокойно натягивала штаны для йоги. Ренье играл нечестно, и, возможно, я была ответственной, но я никогда не говорила, что я была зрелой.

Я хотела отомстить.

Скоро.

— Куда мы идем? — Я снова ускорила шаг, чтобы догнать Ренье, пока мы пробирались через роскошный холл отеля. — Домой, верно?

Он дал щедрые чаевые посыльному, пока высокий мужчина грузил наши чемоданы в городскую машину, которую нам предоставил отель.

— Сначала у нас еще одна остановка.

Я запрыгнула на заднее сиденье, а Ренье придержал для меня дверь.

— Это была ночная поездка. — Моя рука потянулась и не дала двери закрыться. — Ночь закончилась, так что мы едем домой. — Я закрыла дверь перед его носом.

— У нас встреча, которую мы не можем пропустить! — крикнул он с другой стороны двери.

Я опустила окно.

— Домой.

— Встреча.

— Домой.

— Встреча.

Боже, как будто мы снова были детьми.

Только теперь он был моим боссом.

— Отлично. Только побыстрее.

Он кивнул, обогнул машину и сел на заднее сиденье через противоположную дверь.

— Прямо вперед, — приказал он водителю. — Я скажу, когда повернуть.

Ренье привел нас в богатый район Саут-Бич, где вдоль тротуаров росли пальмы, а белый песок тянулся вверх и вниз по аквамариновому побережью. Мы стояли перед пустым коммерческим помещением на берегу моря в великолепном районе Саут-Бич, который удалось скрыть от туристов. В этот час здесь было многолюдно, но я не обращала внимания на толпу, любуясь видом пляжа с чистой водой через дорогу от нас.

Я повернулась к Ренье и подняла бровь.

— Я думала, мы здесь не для того, чтобы разведывать места для "Down & Dirty 2.0". Кстати, это было бы ужасное место для стрип-клуба.

Так оно и было. Пустое помещение было зажато двумя ресторанами для семейного отдыха. Вряд ли это место кричало: «Вход с голыми сиськами!»

Он продолжал смотреть на меня.

— Может, это ужасное место для ресторана?

— Что?

Он сделал шаг ближе.

— Твоего ресторана.

Я отступила на шаг назад.

— Что ты хочешь сказать, Ренье?

— Ты перестала следовать своей мечте…

— У меня не было выбора.

Мечты не были такой уж безграничной сущностью, какой их выставляют фильмы, книги и политики. Они были связаны с нашими возможностями, с нашими обязанностями, с привилегиями, которыми мы обладали или которых нам не хватало.

— Теперь есть, Карина. — Он ввел код в дверь и провел меня в просторное помещение. — Если я чего-то и хочу для тебя, кроме того, чтобы быть с тобой до конца жизни, так это чтобы ты следовала своим мечтам и была счастлива.