Ковчег 5.0. Межавторский цикл (СИ) - Васильев Андрей - Страница 334

– Что, мародерите помаленьку? – К нам подошел Фрэнки, довольный и улыбающийся. – Святое дело!

– Забираем свое, – с достоинством ответил ему Голд. – Что с бою взято, то свято!

– Кто бы спорил? – замахал руками он. – Ну, как мы их?

– Достойно, – признал я. – Как детей. Слушай, а где Мэнси?

– Где-то там, – подтвердил мою догадку атомщик, махнув рукой в сторону степи. – Развлекается. Да пусть его, мы вон тоже время не теряем, драконим наследство покойных. Чего добру пропадать?

Мы с Голдом переглянулись, и я вспомнил наш разговор о том, что можно успеть смотаться в лес до того, как все закончится. Интересно, а скоро Адамс сюда прибудет?

– Вот сейчас все соберем, наши как раз прибудут, и домой, – продолжал вещать Фрэнки. – А вечером – праздновать будем. Даже танцы будут. А может, давайте с нами?

Вот тебе и раз.

– Погоди, – остановил я его. – А что, Адамс сюда не прибудет? Ну, насладиться видом победы и все такое?

– Парень, да на кой ему это надо? – Фрэнки засмеялся, его поддержали Рич и Стив. – Адамса даже вечером на пьянке не будет, он за каким-то дьяволом к Мертвому морю отправился, еще вчера. Так что сейчас все, что можно, соберем – и все, на ту сторону гор, домой.

Заманчиво, конечно, отправиться с ними, глянуть, как на той стороне гор все обстоит. Вот только – время, время. Надо с Салехом решать что-то, опять же – река ждет. Все, проблема степняков решена, надо отправлять людей по берегам, во исполнение договора с Рувимом. Да и узнать, что в верховьях реки происходит, опять же надо.

Да и Адамса сейчас там нет, зато будет куча пьяных мужиков, а с нами – две девушки. Слово за слово… Нет, не стоит овчинка выделки. Но все же надо наводить мосты, непременно надо.

А вообще этот Адамс – большой оригинал. И еще человек, очень уверенный в себе и своих людях. Уехать перед битвой – это сильно. И ведь именно уехать, а не сбежать, в любом случае степняки в его Атом-сити не пожаловали бы. С такой личностью мне очень хочется знакомство свести, есть у меня подозрение, что мы общий язык быстро найдем.

В результате все разрешилось наилучшим образом, когда появился Мэнси.

– А, Сват! – бодро сказал он, вылезая из багги, который лихо тормознул около нашей компании, разместившейся близ скалы. – Ну, не соврал я тебе? Все получилось так, как обещано было.

– Впечатлен, чего врать. – Я поднялся с травы и подошел к нему. – А вот эти… э-э-э… Сетки? Ну, в общем, ты понял, о чем я. Так вот – они изначально были или вы их специально сделали?

– Были. – Мэнси похлопал машину по корпусу. – Мы ими пользуемся иногда, особенно когда к болотам ездим за торфом. Там разных тварей хватает, в том числе и летучих. Знаешь, там есть такие комары-переростки, они жужжат, как геликоптеры, и очень любят людей в качестве пищи. Причем крови нет, но они что-то ведь из нас высасывают? Душу, что ли? А тенты эти – они съемные, надо – установил, надо – снял.

– Тенты? – переспросил я.

– Ну да, слово не сильно подходящее, но как-то так прижилось. И потом – мы на сетки иногда брезент закрепляем, так что тент и есть, – снова засмеялся Мэнси, несомненно пребывавший в приподнятом состоянии духа. – Ну да, защита жиденькая, от пули не спасет, понятное дело, но от стрел – запросто. На то и расчет был, мы же знали, что у них стволов мало. Да и Рич со своими парнями четкую команду получил – первыми выбивать стрелков. А что у вас тут за мастерская такая?

Он имел в виду кучу автоматов, которые пострадали от ливневого огня Азиза. Голд, верный своей привычке не пропускать мимо себя ничего полезного, затеял разобрать то оружие, которое совсем уж не починишь, и снять с него все пригодные к эксплуатации части вроде пружин, магазинов и затворов.

– Трофеи, – веско произнес я. – Мы тут повоевали малость.

– Союзники, – без тени иронии сказал Рич, подходя к нам. – Мэнси, они тут такую жесть устроили, что ты! Этот их черный – прямо бог войны и насилия, хоть картину с него пиши. Я сам не видел, но Майки-бой сказал, что выглядел он монументально.

– Понятно, – кивнул Мэнси. – Хотя мне лично неясно одно: вы как это все на себе переть собираетесь? Дом-то ваш не близко, да и заначка на обратной дороге ждет. Увесистая такая заначка.

– Своя ноша не тянет, – подал голос Голд, вертя в руках странно выглядящий автомат, магазин в который вставлялся сбоку. Пуля, выпущенная из «детки», угодила в его дырчатый кожух, да там и застряла. – Было бы чего нести.

– Так-то оно так, но спины у вас не казенные. – Мэнси обнял меня за плечи и увлек в сторону. – Сват, на два слова. Надо пошептаться.

– О чем речь, – с готовностью ответил я, понимая, что это неспроста.

Мы отошли шагов на десять от остальных, после Мэнси остановился и снял руку с моего плеча.

– Джон просил поблагодарить тебя от его имени, – деловито сообщил он мне. – Еще просил извиниться за то, что не может это сделать лично. Он сказал, что в этом мире, очень и очень паршивом, по его мнению, люди, на которых можно положиться, встречаются редко, а потому с ними надо как минимум обменяться рукопожатием и фразой: «Как дела, старина?» Увы, но ему пришлось отправиться к Мертвому морю, там какая-то не очень понятная ерунда происходит, так что его место сейчас там.

Интересно, какая такая ерунда может произойти в рассаднике ходячих трупов? Но заранее уверен в том, что эта проблема вряд ли носит позитивный характер.

– Если не секрет, почему он считает, что этот мир паршивый? – спросил я у Мэнси. – Ну, если ты в курсе?

– В курсе, – не чинясь, ответил мне он. – Мы вообще с Джоном много разговариваем на подобные темы. Шутка в том, что этот мир задумывался как идеальный, как тот, в котором каждый станет тем, кем он хотел. Все вышло почти так. Почти. Каждый из нас здесь в самом деле получил свое, только с одной поправкой. Он стал не тем, кем хотел, а тем, кем является на самом деле. То есть мы стали здесь самими собой. На той Земле мы все играли свои социальные роли: тот – рубаха-парень, эта – королева красоты, вон тот – строгий босс. А здесь в этом надобности нет, по крайней мере пока. Здесь ты либо охотник, либо дичь, это утрированно, конечно. А поскольку господь творил людей хоть и по собственному образу и подобию, но довольно-таки быстро, потоковым методом, то дерьма в нас оказалось больше, чем меда, и здесь оно сразу полезло наверх. Путано объяснил, но ты же меня понял?

– Несомненно, – отозвался я. – Более того – со всем согласен. Знаешь, я сам иногда думаю: я – это точно я? Столько о себе нового здесь узнал, что страшно становится.

– Если о таком задумываешься, значит, не совсем ты пропащий человек. – Мэнси был очень серьезен. – Это тоже Джон сказал. Не о тебе, не думай. Он это обо мне сказал.

– Теперь совсем уж жаль, что он не смог выбраться сюда, – ничуть не кривя душой, сказал я.

– Так не последний день живем. – Мэнси хлопнул меня кулаком в плечо. – Заходите в гости, где тоннель – знаете, а там любому скажете, что идете в Атом-сити. У нас в чужаков сразу не стреляют уже давно, сначала с ними разговаривают. Поначалу были дикие банды, которые палили во все, что движется, но их потом все к ногтю прижали. Или, как вариант, можем на этой стороне встретиться, так сказать, обменяться протоколами. Здесь теперь спокойно, да и Джон хотел сюда выбраться, поглядеть, что к чему. Но это не раньше, чем через неделю.

– Слушай. – У меня в голове мигом возник план. – Ты говорил, что один из тоннелей вроде как неподалеку от реки расположен?

– Ну да, – подтвердил Мэнси. – Мы до нее доезжали. И еще собирались выбраться, рыбку половить. Я, знаешь ли, с Миссисипи, у нас там рыбалка в чести. Есть то, что там плавает, последние лет сто никто не рисковал, но ловить – ловили. У нас кузнец имеется, так он даже крючки сковал. С леской, правда, проблемы, наверное, придется из волоса плести.

– Леску я вам дам, – пообещал я ему. – Леска у меня есть. Слушай, может, нам там и встретиться? Посидим, ухи сварим, пообщаемся? Совместим приятное с полезным? Мы просто по реке пойдем – так нам быстрее.