Ковчег 5.0. Межавторский цикл (СИ) - Васильев Андрей - Страница 419

Так, что тут у нас? Описание зверя со странным названием «древогрыз»:

«Где-то здесь в лесу окрестном, зверь есть мирный, честно-честно…»

– Блин, сборище поэтов-любителей… – На странице подробно описывался то ли заяц, то ли кролик, и все это в стихотворной форме.

На следующей странице обнаружился рецепт, в котором описывалось изготовление эликсира, повышающего бодрость. Рецепт был на диво подробным, но вот ингредиенты… К примеру, что такое «остролист обыкновенный»? Или «виснага морковевидная»?

Следующая страница описывала какое-то «ужасно опасное» хищное растение… Так я и перелистывал страницы, все больше разочаровываясь, пока не наткнулся на описание того, как добыть яд змеи с труднопроизносимым названием, который даже в малых дозах вызывает длительный паралич. Описание змеи проскакивало на одной из предыдущих страниц, так что эту информацию можно было считать полезной. Ну и в конце книги обнаружился чистый разлинованный тетрадный лист.

Доев и закончив разбираться с книгой, я быстро осмотрел каюту, найдя в столе лист серой бумаги с карандашным наброском плана местности и сам карандаш. Больше ничего интересного в крохотной каюте не нашлось, да и карта оказалась корявой, понятной только тому, кто ее рисовал. Впрочем, идея-то сама по себе неплохая. Вновь открыв Свод, я вооружился найденным карандашом и принялся составлять план уже знакомой мне местности. Получалось не слишком красиво, но зато понятно. Места для пояснений на странице не хватило, и я машинально нажал карандашом на правый угол листа, как если бы писал стилом на сенсорном экране, и в книге появился новый лист, такой же чистый, в линеечку. Интересно… Нажатие на верхний угол, там, где обычно символ для закрытия страницы, послушно уничтожило лист.

– А вот за это разработчикам спасибо, – улыбнулся я.

Это у меня теперь имеется блокнот со множеством листов, а значит, можно будет вести дневник на случай моей смерти с последующим обнулением. Осталось только проверить, выпадает ли Свод после смерти, но даже если не выпадает, все равно можно будет что-то придумать.

Приоткрыв занавеску на окошке, я убедился, что солнце уже садится, и вышел на палубу. Брезент с клеток уже весь собрали, и сейчас метрах в двадцати от обрывистого берега стояло шесть полупалаток-полунавесов. Неподалеку горело несколько костров, вокруг которых собрались на ужин поселенцы. Там же крутился Леший, переходя от одного поселенца к другому и что-то записывая в свой Свод. Видно, не я один разобрался с возможностями чистых листов.

Неожиданно за спиной раздался поток непечатных выражений, общий смысл которых передавал недовольство говорившего теми представителями нетрадиционной ориентации, которые и второй мотор тоже тканью обмотали. Обернувшись, я заметил невысокого коренастого мужика лет пятидесяти, растерянно осматривающего подвесной мотор на шлюпке.

– Что случилось?

– Да ты представляешь, эти дебилы винты моторов обмотали тряпками, да так, что, не снимая винта, хрен размотаешь… Я первый винт полдня чистил, а теперь завтра еще и этот ковырять придется…

– Мотор заводил? – Я даже немного растерялся, поняв, какую глупость сморозил, обезвредив обе шлюпки, привязанные к барже, которую я собирался угнать. Как бы они меня на них догоняли? Впрочем, их могли и к берегу на якорь посадить, так что все правильно.

– Нет, этот не успел, решил сначала проверить.

– Ну тогда без проблем размотается. Это я от погони защищался. Не был уверен, что получится баржу угнать.

– А предупредить не мог? – Мой собеседник опустил мотор обратно в воду и протянул руку. – Гном.

– А что, и такие есть? – удивился я.

– Какие? А, нет, это имя. Так-то меня Виктор зовут, но оно занято.

– Сильвер. – Я пожал протянутую руку и опустился на палубу баржи, свесив ноги. – А по лодкам кого предупреждать? Кто же знал, что кто-то полезет ковыряться в моей технике. Точнее, технике моего отряда.

– Тоже верно… – Гном почесал затылок. – И большой отряд?

– Пока трое, а что?

– А то, что вам без механика кисло будет. А мне без техники скучно. Чем отряд станет заниматься?

– А чем сейчас можно заниматься? Охраной поселения, разведкой местности, добычей полезных вещей, – пожал я плечами. – Хорошо разбираешься в старых движках?

– Ага. И не только в движках. Хобби у меня такое было. Да и на жизнь позволяло заработать.

– Каким образом?

– За восстановленные ретроавтомобили и мотоциклы платят хорошие деньги, так что совмещал приятное с полезным.

– Стрелять умеешь?

– Из стрелкового – вполне, а тяжелое даже в руках не держал не разу. Кстати, а что за хрень у тебя с глазами?

– Встроенный прибор ночного видения. Ночью вижу, как ты днем.

– А днем как?

– А днем слеп, как крот, – помрачнел я.

– Ну ты даешь… Я думал, что Лизка фрик, а ты еще похлеще будешь.

– Что за Лизка?

– А вон японка у костра сидит, с внешностью, как в мультике: глазищи с мой кулак. – Гном с сомнением посмотрел на свою руку и поправился: – Ну, не с мой, но вполовину точно. Сама маленькая, ноги длиннющие, как на ходулях ходит. Но она хотя бы видит.

– Я тоже вижу. Персонажа готовил для диверсий, не рассчитал немного…

– А что, обычный ПНВ уже не катит?

– Ладно, не дави на больное, что есть, то есть, – отмахнулся я. – А почему Лизка? Имя-то ни разу не японское.

– А потому что японское я не запомнил, потому и называю нашим. Звучит-то все равно похоже. Слушай, а почему днем не видишь? – заинтересовался вдруг механик.

– За ПНВ штраф – слепота при дневном свете. А что?

– А в темном помещении видишь в любое время суток, так? – поинтересовался Гном и, дождавшись утвердительного ответа, продолжил: – Ну, тогда вообще нет проблем, нужно только найти маску сварщика. А еще лучше – не маску, а очки.

– А солнечные не подойдут? – с надеждой спросил я. – Солнечные очки в этом бедламе наверняка проще раздобыть.

– Нет. В сварочной маске даже солнечным днем почти ничего не видно. Как раз тебе подойти должно, если я правильно понял.

– Ладно, будем искать, – вздохнул я и кивнул подошедшим Лее и Антону. – Все, сменились?

– Ага. – Лея отвернулась, пряча зевок. – Какие планы на ночь? Дежурства я распределила, оставила мужикам винтовку. Патронов, правда, маловато, всего десяток, но хоть так.

– Откуда там десяток? У меня один патрон в стволе после боя остался, – удивился я.

– В катере нашли. И к нагану столько же. Еще там был набор инструментов, но корявый, – объяснил Гном. – Даже свечного ключа нет.

– А с топливом у нас что?

– Около пятидесяти литров бензина и литров семьдесят-восемьдесят соляры.

– Мало… – вздохнул я. – Хоть паруса шей.

– Ага, и будет у нас первая в мире парусная баржа, – заржал орк.

– Ладно, смех смехом, а этого топлива – капля в море. Кто-нибудь знает, куда шли работорговцы?

– Вниз по течению. А более точно они нам сообщить забыли. Думаешь догнать? – подобрался Антон.

– Думаю, что они нас догонят. Вы же костры спрятать не додумались, сейчас, как стемнело, они с того берега очень хорошо просматриваются. Не думаю, что они совсем дурные, так что наверняка сейчас сидят там и ждут, пока здесь все заснут. Я бы так и сделал.

– Вплавь-то далековато будет. – Гном почесал затылок, прикинув расстояние до другого берега. – Думаешь, рискнут?

– А чего тут думать? Если пошли за нами, то перед рассветом попытаются напасть. Слишком уж много они потеряли. А осталось у них примерно полтора десятка винтовок, пулемет и куча одежды. Так что и нам есть за что подраться. Остров уже обследовали?

– Не весь – так, прошлись по берегу. Остров большой, в длину километров двадцать. В ширину километра два-три. Пока обустраивались, рыбачили, разведку на завтра планировали. Ягод здесь тьма, кстати!

– Потом про ягоды. То, что остров большой, плохо: высадиться бандиты могут где угодно… Ладно, сделаем так: сейчас я переплыву на ту сторону, пробегусь вдоль берега. Если никого не найду, подам сигнал… – Я задумался на несколько секунд, соображая, каким должен быть сигнал. – Постучу лопатой по камням. По воде звук хорошо расходится, услышите. Если найду врага, тогда буду ждать, пока не начнут переправляться. В этом случае нападу на того, кто остался, и подам сигнал выстрелом. Как услышите, заводите мотор и плывите туда. В идеале было бы застать их в воде.