Ребёнок моего мужа (СИ) - Селезнёва Алиса - Страница 23

Лана выдавила скупую улыбку. Она знала, что Юлька не жалуется. Юлька никогда ей не жаловалась. Она все невзгоды переносила, крепко сжав зубы, а если и рассказывала о бедах, то не раньше, чем через месяц после случившегося. Простотакподруга пыталась её отвлечь. От всего. И заговорить.

− Хочешь, про динозавров расскажу? Мне вчера Макс про них битый час лекцию читал.

− Очень хочу. Расскажи мне про динозавров.

− Я, правда, не всё запомнила.

− Расскажи, что запомнила.

− Мне особенно диплодоки понравились. У них шея длинная. А весили они больше двадцати тонн и вообще по этому поводу не парились. А на голове у них набалдашник был. Или набалдашник был у брахиозавра?..

Юлька показательно задумалась. Лана вновь улыбнулась через силу.

− Это неважно. Я люблю длинношеих. Ты только не молчи.

− А я и не планировала. Меня теперь фиг заткнёшь…

________________________________________

*Имеется ввиду сериал «Обмани меня». По сюжету Доктор Кэл Лайтман и его коллеги помогают в расследованиях, находя правду через применение психологии: интерпретируя мимику лица человека и язык тела.

Глава 17

Двери лифта открывались сегодня медленнее обычного. Лана успела досчитать до десяти, прежде чем увидела длинный серый коридор и таблички с номерами квартир пятнадцатого этажа. Своим привычкам она не изменяла. Раз уж решила – значит будет ходить пешком. До самой старости, хотя бы двадцать ступенек в день. А что, кардиологи плохого не посоветуют. Говорят, хождение по лестнице укрепляет дыхательную систему, сердце и сосуды, да и коленные суставы от таких нагрузок точно раньше времени не развалятся.

От своих принципов отказываться нельзя. Ни при каких обстоятельствах. Вскинув подбородок, Лана тряхнула волосами и упрямо зашагала по ступенькам вверх: первая, вторая, третья… двадцатая. Она шла, чуть покачиваясь, пока не упёрлась в нужную дверь, затем вставила ключ и трижды повернула. Щёлк, и замок поддался сразу. Порог был чистым, рыжий коврик лежал прямо, а из гостиной доносились приглушённые звуки. Значит, Влад был дома. И не один.

Снимая пальто и переобуваясь в тапочки, она старательно прислушивалась. Он задорно смеялся и что-то кому-то рассказывал. Ответом чаще всего был лепет. По-видимому, рядом находился его сын. Возможно, Влад даже подкидывал его в воздух и показывал новую люстру с подсветкой. А ещё они наверняка играли в «самолёт» и «паровозик». Уронив сумку на пол, Лана с горечью посмотрела в зеркало. Вид у неё был усталый и измученный. Чёрные волосы лежали на плечах ровными гладкими прядями, но впереди, на лбу и висках, проступила первая седина. «Вот так сюрприз!» – ахнула она и ещё внимательнее вгляделась в своё отражение. Дальнейший анализ вызвал в ней приступ отчаяния. В уголках глаз и губ образовались глубокие борозды, шея обвисла, щёки впали, из-за чего нос стал выглядеть длиннее и больше. Болотного цвета платье полнило её и добавляло возраст. Лана чувствовала себя на сорок. И выглядела тоже на сорок.

− А вот это диплодоки, видишь? У них была длинная-предлинная шея, но они не могли держать её вертикально. Держать шею вертикально мог только брахиозавр.

Бросив последний взгляд в проклятое зеркало, Лана поплелась в гостиную. Дверь была зазывно приоткрыта. Влад вместе с сыном лежали на диване. Рядом валялась толстая книга с картинками. Мальчик тыкал в неё пальцем, выбирая того или иного динозавра, а Влад гордо читал указанную информацию. Внутри у Ланы что-то взорвалось. Она прижалась к стене и с отчаянием посмотрела на мужа. Он её не заметил. Он продолжал возиться с ребёнком. В этой квартире и в его жизни ей больше не было места.

Лишняя. И чужая.

− Лана, проснись! Проснись, слышишь!

Кто-то больно схватил её за плечо и слегка встряхнул. Ничего не понимая, Лана открыла глаза. От яркого света ей стало больно, и на секунду она зажмурилась, не увидев ничего, кроме темноты. Влад вместе с ребёнком куда-то исчезли, а когда она разомкнула веки, то увидела лишь обеспокоенное лицо Юли.

− Ты стонала. Плохой сон приснился?

− Очень плохой. А в нём Влад и его сын. Они сидели на этом диване. Мальчику было уже года полтора-два. Влад играл с ним, а я смотрела.

Юля присвистнула и поднесла к губам Ланы стакан ледяной воды. Та выпила его залпом и бросила быстрый взгляд в угол комнаты. Маленький столик никуда не делся. Ярко-красное сердце из семидесяти одной розы по-прежнему стояло на нём и исчезать не собиралось. Это были те самые цветы, которые Влад заказал ей на день рождения. Их принесли ровно в полночь. Влад специально включил «Джейн Эйр» с Тимоти Далтоном, чтобы Лана точно не задремала. Он знал и помнил, как сильно она любит Зилу Кларк. Звонок в дверь прозвучал за несколько минут до финала. Курьером оказался совсем молодой парень, вчерашний школьник, который, приложив руку к сердцу, пообещал, что цветы простоят как минимум неделю. От такого подарка Лана пришла в восторг. Она была готова зацеловать мужа до смерти. И почти зацеловала. Что говорить… Её юбилей, в общем-то, начался вполне неплохо. И закончился бы, наверное, тоже неплохо, если бы она не позволила Владу дать Алёшке телефон. Если бы не собрала всех родственников в одном месте. Если бы не заказала столик в ресторане и не попросила у Вселенной шумного праздника…

Если что-то может пойти не так, оно пойдёт не так. Лана знала об этом, но даже представить не могла, что правда выплывет наружу с таким пафосом. Последние три с половиной недели Облонские жили вполне спокойно. Либо Лана думала, что они живут спокойно. Вика провела в больнице шестнадцать дней. Влад приходил домой вовремя. Каждый вечер он смотрел с женой какой-нибудь старый фильм. Засыпали они всегда в обнимку. Из больницы Вику забирал таксист. Как и договаривались, Влад перевёл ей деньги и заказал продукты. Лана не возмущалась. Деньги её почти не волновали. Всё было хорошо. Всё было идеально, пока Викин сын не захотел появиться на свет именно в Ланин день рождения.

− Который час? − Следующий взгляд Лана бросила на окно. На улице стемнело. Фонари вдалеке горели ярким и ровным светом.

− Начало девятого.

− Долго я спала?

− Около четырёх часов. – Лицо у Юли сделалось виноватым. – Я взяла твой ноутбук и подготовилась к завтрашним урокам.

− Ничего страшного. Завтра понедельник, так что я всё понимаю. Спасибо, что посидела со мной.

− А ещё я съела две тарталетки. И почти весь сыр.

− Это я тоже смогу пережить.

− А знаешь, что я придумала, пока ела, – Юля весело крутанула головой. – Нам Влада надо как-то наказать.

− Я уже кормила его тушёной капустой.

− Перестань ему гладить и стирать.

Лана откинула назад упавшие на лоб волосы, по-прежнему тёмные, без единого намёка на седину.

− Он умеет.

Юлька заплясала на месте, как стая разъярённых индейцев.

− Тогда давай добавим ему в шампунь крем для депиляции. Представляю, как он запоёт, когда начнёт лысеть. Тут уж ему не до памперсов с погремушками будет.

Засмеяться Лана не успела: в двери повернулся ключ. Юля издала воинственный клич, будто собиралась идти в атаку − Лана замахала на подругу руками. Чутьё её не обмануло. Спустя шестьдесят три секунды в гостиную устало ввалился Влад.

− А вот и наш боброхвост выдрообразный, − ядовито зашептала Юля. Лана посмотрела на мужа в упор − он её взгляда не выдержал.

− Кто родился? – спросила она.

Несколько секунд Влад молчал, будто собирался с мыслями. Потеряв терпение, Юля пощёлкала перед ним пальцами.

− Мальчик. Роды затянулись. У Вики открылось кровотечение, меня поэтому вызвали. Всё могло плохо…

− Анализ взяли? – резко перебила его Лана. Её голос прозвучал громче обычного. Вику ей жалко не было.

− Взяли. И...

Она резко вскинула руку, представив, как закрывает его рот.

− Не продолжай. Про вес и ростеёребёнка я слушать не желаю.

Влад кивнул. Ни гордым, ни довольным он не выглядел. Только измождённым.