"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Трофимов Ерофей - Страница 192

Вначале все эти попытки сватовства забавляли ее, но уже после пятого раза она поняла, что эти пустые хлопоты начинают раздражать. Катерина была девушкой умной и понимала, что с мужчиной слабым жить просто не сможет. И уж тем более не сможет терпеть его самодурство и снобизм. Ей хотелось встретить человека сильного, умного, а главное, умеющего ее слышать и понимать. Как отец. И желательно, чтобы он имел отношение к военной службе. Так что очередного жениха, служившего по гражданской части, она без долгих разговоров зазвала на верховую прогулку и, заставив догонять себя, пустила своего любимого арабского жеребца в галоп. Жених вывалился из седла уже через несколько минут, пытаясь перепрыгнуть невысокий плетень следом за своей избранницей. В итоге его увезли из имения к доктору, а у Катерины состоялся не самый приятный разговор с папенькой. И вот теперь, стоя перед рабочим столом в его кабинете, девушка, упрямо насупившись, твердо отвечала:

– Можете сами на нем жениться, папенька, а мне этот слизняк и даром не нужен. Он же даже верхом ездить толком не умеет. Не говоря уже обо всем остальном. И как, скажите на милость, он станет честь мою защищать, ежели даже сабли в руках никогда не держал? Да бог бы с ней, с саблей. Он даже шпагой не владеет. И стрелять не умеет. Да поймите же, папенька, – надавила она, заметив, что отец, заметно остыв, все больше и больше мрачнеет, слушая ее, – я готова подчиниться вашей воле, но хочу, чтобы дети мои имели серьезного отца, а не размазню какую.

– И где я тебе такого возьму? – не удержавшись, мрачно хмыкнул полковник.

– Ну, вы же, папенька, откуда-то взялись, – тут же нашлась Катерина.

– Значит, предпочитаешь военных? – со странной интонацией уточнил отец.

– А вы разве, папенька, против? – насторожилась Катерина.

– Откровенно признаться, не знаю, как и сказать, – задумчиво протянул полковник. – Современные офицеры, они, так сказать, солдаты мирного времени. Из тех, что крови не лили и пороху не нюхали. Фанфароны, право слово.

– Да как же, папенька! Ведь война ж идет. А какая ж война без офицеров? – растерялась девушка.

– Так в том-то и штука, что толковые на фронте, а те, что здесь, и слова доброго не стоят, – развел полковник руками.

– Ну, не знаю. Намедни Лизанька Тарханова рассказывала, что сестрица ее, Наталья, царствие ей небесное, встретила на Кавказе офицера и влюбилась так, что аж и сказать страшно. Так он после ее смерти год траур держал. А ведь они даже помолвлены не были. Так, изредка виделись только. На приемах, да когда он по делам приезжал. Да и сама она с офицером помолвлена. Майор, граф Рязанов, Михаил Сергеевич. Слышали про такого? – невинно поинтересовалась девчонка, делая вид, что ответ ей вовсе не интересен.

– Рязанов? – задумчиво переспросил полковник. – Не слыхал. А по какому ведомству он там служит?

– Начальник отдела контрразведки города. И Натальи покойницы любый там же служит. Товарищем его. Князь Ростовцев, Руслан Владимирович. Штабс-капитан.

– Ростовцев?! – изумленно переспросил полковник. – Неужто Владимира сын в военные подался? Ну да. Все сходится. Тот Руслан Владимирович, а этот Владимир Иванович.

– Так ты его знаешь? – оживилась Катерина.

– Избави тебя бог, дочка, от такого знакомства, – скривился Вяземский. – Володька Ростовцев, хоть и титул высокий имеет, а все одно мот, бабник и жуир, каких поискать. Все наследство свое промотал да в карты спустил. Всей столице почитай должен. А теперь и вовсе пропал. Говорят, он тоже на Кавказ подался, да там и сгинул. Слухи ходят, горцы его зарезали. А яблочко от яблоньки, сама знаешь, недалеко падает, – с намеком закончил полковник.

– Не в этот раз, папенька, – решительно мотнула Катерина роскошной, смоляной косой. Масть эта досталась ей от прапрабабки, имевшей корни ажно из половецких степей. Так что и высокие скулы, и смоляная коса, и брови вразлет, и ярко-синие глаза делали девушку настоящей экзотической красавицей.

– Уж простите, папенька, но князь Тарханов не тот человек, который дочку за кого попало отдаст, – с напором продолжила она. – Да и Лизанька про того Ростовцева весьма хорошо отзывалась. А ей это никоим образом не интересно. У нее свой жених имеется.

– А ведь права ты, Катюша, – подумав, удивленно кивнул полковник. – Странно, что я про ту историю не слышал.

– Так ведь он из контрразведки, – быстро напомнила Катерина, которой история эта сразу запала в душу. Было в ней что-то, что заставляло девичье сердечко трепетать и сладко ныть от мечты о чем-то подобном. Но только, чтобы все живы были.

– А тебе что за дело до всей этой истории? – вдруг спросил полковник, лукаво прищурившись.

– Так ведь к слову пришлось, что есть еще в империи настоящие офицеры, – моментально выкрутилась Катерина.

– К слову, значит. Ну-ну, – ехидно хмыкнул Вяземский, решив про себя как следует все выяснить про эту историю.

Уже на следующий день его старый друг и сослуживец, генерал-поручик Еремин, рассказал, как оно все было на самом деле, и кто таков был тот самый штабс-капитан Ростовцев. Выслушав его рассказ внимательно, полковник удивленно покачал головой и от избытка чувств, пристукнув ладонью по столу, азартно спросил:

– Выходит, есть еще настоящие офицеры в государстве нашем?

– И уж тем более это удивительно услышать про такую фамилию, – кивнул в ответ Еремин. – Вот не поверишь, Павел Лукич, я глазам своим не верил, когда депеши те читал. Хотя, пожалуй, удивляться тут нечему. Вьюнош тот не отцом воспитывался.

– А кем же? – насторожился полковник.

– Неизвестно. Вся штука тут в том, что о нем вообще мало чего известно. Знаю только, что он долгое время за границей жил, а после, когда вернулся, был папашей своим признан как законный княжич и наследник рода. Там контрразведка с этим делом суетилась.

– А им-то оно зачем? – не понял Вяземский.

– Не знаю, – снова качнул генерал головой. – Но, похоже, нужно им так было. Для дела. А самое главное, его из-за границы сразу на Кавказ отправили. Там он и объявился, уже офицером в звании поручика.

– Это что ж такое получается? – принялся рассуждать Павел Лукич. – Службу он начал рано и под другим именем, а после, когда надобность возникла, ему все полагающиеся регалии выписали и официально обществу представили? Уже серьезным офицером?

– Так и есть, – в который уже раз кивнул генерал.

– Странная история, – задумался полковник.

– И тем более странная, что контрразведка все бумаги о нем в огромном секрете держит, – добавил Еремин. – Уж не знаю, что там у него было и чем он занимался, но только на Кавказе он объявился поручиком и весь в шрамах. А это, сам понимаешь, о чем-то да говорит.

– Знать бы еще, о чем, – задумчиво хмыкнул полковник.

– Бывают дела, Павел Лукич, о которых нам лучше бы и не знать, – помолчав, высказался генерал. – Целее будем.

– Выходит, и от гнилой ветви можно добрый плод получить, – неожиданно выдал полковник.

– Выходит, можно. А теперь, дорогой мой друг, объясни, с чего вдруг у тебя такой интерес к этому княжичу возник? – решительно потребовал генерал объяснений.

– Откровенно сказать, я и сам толком не знаю, – смутился Вяземский. – Просто Катерина моя очередного жениха так отделала, что и сказать страшно. Ты ж знаешь, она у меня в седле, что тот улан держится. А тут новый жених выискался. Ну, она его на верховую прогулку и потащила. А тот в седле, как собака на заборе. В общем, расшибся.

– Ох, уморил! – сквозь смех простонал Еремин. – Это ж надо. Девица парня обскакала. Тоже мне жених. И чего? А кавказцы те тут при чем?

– Да я в сердцах принялся шашкой махать, вот Катерина мне и рассказала, что княжна Тарханова ей поведала, что за офицеры на том Кавказе служат. Вот я и заинтересовался. Уж больно история та странной выглядела. Тем более что и фамилия известная.

– Угу, еще как, – помрачнев, усмехнулся генерал. – Не приведи господи такой шлейф за собой тянуть.