"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Трофимов Ерофей - Страница 299

— Ну… поехали. И приехали.

Логично, однако.

— Нашли постоялый двор. И человека, с которым велено встретиться. Маг наш, стало быть, поглядел, что это отродье — то самое, которое надобно.

Миха покачал головой.

— Ну и печать с ошейника, стало быть, перевел.

Джеррайя шмыгнул носом.

— Потом… я еще на рынке был. Вот. Купил матушке подарок. Платок. И бусы еще. Красивые. И амулет, чтоб зубы не болели. А то у нее болели, а наш маг говорит, что сделать ничего нельзя.

— И где? — поинтересовался Миха.

— Отобрали, — парень поник. — А потом все сгорело.

Ица тихонько вздохнул и прижался к Михе.

— Дальше-то что.

— Ну… мы день постояли. Этот вот тоже ходил куда-то, — Джеррайя ткнул веткой в сторону старика.

— У меня были свои поручения от господина барона, — сказал тот, обиженно поджав губы. — Я договаривался о поставках пшеницы, и еще кое о чем. И если господин вспомнит, я несколько раз предлагал ему отправиться со мной, дабы принять участие в делах фьефа. Однако господин сказал, что безмерно утомился и предпочел делу отдых.

Мальчишка отвернулся. Сказать было нечего.

— Как попались?

— Увы, буду прав сказав, что ничто не предвещало беды. Мы покинули Борграф на рассвете с тем, дабы к вечеру добраться до реки, где можно было бы устроить стоянку. Места известные, а потому никто не ожидал беды. И потому-то Неуф, которого поставили старшим над стражей, проявил изрядное легкомыслие, — ветка в руках старика треснула. — Мы уснули. А проснувшись, увидели, что лагерь захвачен.

— Они их убили. Всех, — Джеррайя облизал губы и попросил. — Пить. Я пить хочу!

— Если до берега дойдешь.

Он молча поднялся, пусть и стараясь не опираться на ногу. Сделал шаг. И Миха тоже встал. Одно дело градус гордости слегка понизить, и совсем другое — раненого мучить.

— Держись, — он перекинул руку парня за шею. — Вода болотная.

— Сойдет. Уже пробовал. Другой ведь нету?

— Нету.

Шли медленно. Ица держался рядом, хотя и в стороне. Похоже, к хозяевам он не испытывал особой любви.

У берега мальчишка встал на карачки и подполз ко мхам. Он выдрал клок сфагнума и сдавил в руке. Вода местная имела кисловатый привкус, неприятный запах, но Миха пока не отравился. С другой стороны — это он. С третьей, иного источника рядом действительно не наблюдалось. Да и болото по виду было, может, и не сформировавшимся до конца, но и не сказать, чтобы молодым. Глядишь, как-нибудь да перебьется.

— Я тут посижу. Ладно?

Джеррайя отполз от края.

— Сиди.

— Их убили. Я слышал. А встать не мог. Крики. И еще запах такой, мерзкий. Когда свиней режут. Ненавижу, когда их режут, хотя он заставлял смотреть. Барон должен знать. Барон должен уметь. Барон… — он вытер лицо ладонью. — Почему его не убили? И меня? Меня ладно, отец заплатил бы. Это… отродье.

Ица опять заворчал.

— Просто недосуг было, да и сперва он держался в стороне, а потом уже за шкирку схватили и со мной, значит. А его не убили.

Это и вправду выглядело подозрительно.

— А маг? — уточнил Миха.

— Его не было. Он в городе остался. Я тоже хотел. Маг ждал, чтобы привезли какие-то зелья. Или коренья. Или еще что-то. Я не вникал. Главное, там день-другой надо было погодить. А Тихван начал ныть, что срочно домой, что отец заждался и все такое, что маг сам приедет, никуда не денется. Вот и…

Джеррайя вздохнул.

— Ты ему не веришь?

— Нет.

— Его тоже хотели убить.

— Не убили. Он… он бы перележал. И встал. И вернулся бы. Сказал бы отцу, что такое вон случилось. Покаялся бы. Отец простил бы. Может, выпороть бы велел или еще чего, но простил бы. Он всегда ему все прощает.

Миха сел рядом.

Он ни хрена не понимал в педагогике и вообще детей опасался, но почему-то показалось, что конкретно этот детеныш сейчас жалуется.

— И он хочет, чтобы фьефом владел мой брат.

— Почему?

— Он его слушает. Как отец. И будет слушать, ну, когда отца не станет.

— А его не станет?

— Не знаю. Когда-нибудь точно, — мальчишка вытер нос. — Если бы я стал магом, я бы… я бы точно был главным! И никто не посмел бы бросить мне вызов! Магов не вызывают!

Ну да, их тихо отстреливают из кустов. Это как-то разумнее.

Но сказанное и вправду несколько напрягало.

— Убей его, а? — попросил Джеррайя, уставившись на Миху с надеждой.

— Тебе надо, — строго ответил Миха. — Ты и убивай.

Глава 27

На третий день пути показался городок, столь же убогий, как и все, попадавшиеся до того поселения. Впрочем, от них он и отличался разве что размерами да невысокою кривоватой стеной, перед которой протянулось русло рва. Ров почти пересох, местами и вовсе был засыпан, а на стене обжился дикий плющ.

Но Миару он восхитил.

Она потребовала остановиться и долго смотрела, чтобы потом, уже в экипаже, вытащить альбом. Рисовала Миара сосредоточенно, даже хмурилась, видать, что-то да не выходило.

— Возможно, тебе будет удобнее на постоялом дворе? — заметил Винченцо, морщась. В ров, видать, сливали сточные воды, оттого и запах над ним поднимался весьма характерный.

— Что? А, да, ты прав. Знаешь, столько всего удивительного!

— Миара, — он вздохнул, не зная, как начать разговор.

Ей не понравится. Абсолютно точно то, что собирался сказать Винченцо, ей не понравится.

— Говори уже, — она почесала графитовой палочкой нос и тут же вытерла.

— Тебе лучше будет не покидать этот двор.

— Почему?

Потому что этот город не внушал ни малейшего доверия.

— Ты молода. И красива.

— И?

— И знаешь, сколько стоит молодая красивая девушка?

— Дорого, наверное, — она качнула ножкой. — Полагаешь, будут сложности?

— Возможны. И не стоит рассчитывать на дар. На любой дар найдется свое холодное железо.

— Это сказка.

— Не ты ли говорила, что далеко не все сказки выдумка?

— Я говорила не так, — она надула губки. — Вообще-то я хотела прогуляться. Возможно, если взять охрану… или с тобой?

Винченцо склонил голову.

— Отсюда нужно будет отправить нарочного. Барон оскорбится, если мы просто проедем.

Миара сморщила носик.

— Не стоит. Никогда не знаешь, какие знакомства пригодятся.

Она вздохнула.

— Хорошо.

— К тому же, полагаю, нас пригласят в замок. А в замках ты тоже не бывала.

— Они красивые?

— Понятия не имею. Я сам не бывал.

— Тем лучше, — она растянулась на подушках и дернула за ленту. — Не беспокойся. Я буду вести себя благоразумно.

Винченцо выдохнул.

Зря он. Миара и вправду весьма осмотрительна.

Меж тем город встретил гомоном и затором в воротах. Кричали люди и ослы, гремело железо. Кто-то требовал пропустить, кто-то плакал. Блеяли овцы, ржали лошади. Пахло навозом и гнилью. Причем, когда ворота-таки удалось минуть — пошлину содрали немалую — запах лишь усилился.

— Господин, — экипаж остановился и в дверь постучали. — Господин, дальше не пройдем, больно улочки узкие.

И вправду. Узкие. Тесные. Будто прогрызенные в камне. И дома, стоящие друг к другу столь близко, что, казалось, еще немного и они сомкнутся слепыми окнами.

— Мы отправили мальчишек в гостиницу местную, — начальник охраны махнул куда-то вглубь этого переплетения улиц. — Госпоже принесут паланкин. Вещи тоже доставят, которые нужно. А мы уже отгоним экипаж за город, тут есть ярмарка.

— Охрана?

— Большую часть оставлю с вами и госпожой, но и за экипажем пусть приглядят.

Он помялся.

— Что?

— Дальше дорога станет хуже. А как за земли Варренов выйдем, так и вовсе дрянь. Экипаж не пройдет, господин.

— И что делать?

— Сколько сможем, поедем, а там только верхами. Или портшез.

Только с ним движение замедлится.

— Верхами. То есть верхом, — решил Винченцо. — Подбери лошадей, которые получше.

В конце концов, пусть Миара и не покидала башню, но верхом она ездить умела. Да и чувствовалось, что ей подобный вариант придется по душе.