"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Трофимов Ерофей - Страница 548

— Я не такая дура. Я пыталась с ними заговорить. Проблема в том, что я их не понимаю! Язык, на котором они говорят… я знаю семь языков. Даже мертвый самматский, но это — другое. Совсем-совсем… иногда мне начинает казаться, что еще немного и я пойму, но нет. Так вот, понимать я их не понимаю, а это все бормотание очень на нервы действует.

— Тогда да, — согласился Миха.

И все же…

— А попробуй писать?

— На чем?

— Это твой сон. Создай что-нибудь и напиши. Только… не на этом, не на твоем самматском.

— А на каком?

— Древние, — Миха протянул флягу. — Попробуй изобразить чего-нибудь на языке Древних…

Глава 19

Глава 19

Ирграм

На кабанов они напоролись ближе к вечеру третьего дня.

Что сказать.

Дорога.

Лес, через который приходится пробираться, руководствуясь мальчишеским неопределенным — «нам куда-то туда». И собственным чутьем Ирграма, которое подсказывало, что ему тоже «туда», что бы там ни находилось. К счастью, путешествие давалось ему куда легче, нежели людям.

Те шли, конечно.

Пусть медленно, особенно в первый день, когда приходилось то и дело останавливаться, а закончилось тем, что наемник взвалил на себя мальчишку, а тот, второй, магичку, которая тоже выбилась из сил и рухнула на мох, сказав, что больше и шагу не сделает. И если её решат добить, то она совершенно не против.

Добивать к вящему сожалению Ирграма не стали.

Оттащили на некое подобие поляны, там и устроились на ночлег. Он же использовал ночь с толком, успев обойти не только поляну, но и окрестный лес. Следовало сказать, что этот лес весьма разительно отличался от своего собрата. Хотя бы тем, что в нем была жизнь.

Уже тогда, ночью, Ирграм услышал шубуршание в листвяном ковре, затем и следы унюхал, сперва робкие и редкие, но чем дальше он углублялся в чащу, тем больше становилось зверья.

Заметил это не только Ирграм.

На следующий день наемник ко всеобщей радости добыл зайца. И пусть был тот тощеват, но сам факт того, что зайцы тут водились, приободрил.

Впрочем, оказалось, что водились не только зайцы.

На второй день пути появились комары и мошки. Черные облака их поднимались над редкими полянами, наполняя воздух звоном и гулом. Гнус садился на кожу, забивался в ноздри и рот, лез в уши и волосы, напрочь игнорируя и заклятья, и сваренный Карраго раствор.

Ну а на третий день появилась живность и покрупнее.

Кабанов Ирграм почуял издали и свернул в сторону, после и вовсе на дерево забрался. Затем подумал немного и свистнул, предупреждая.

Матерый секач, до того лежавший в яме, которую сам же и вырыл, дернул ухом. И свиньи, возившиеся в корнях старого дуба, на мгновенье подняли тяжелые головы, впрочем, тотчас опустили.

Поросята так и на мгновенье не прекратили возни.

Ирграм перебрался на другое дерево, благо, росли они тут столь плотно, что ветви давно уже сплелись в единую сеть.

Отыскав глазами рытвенника, который к кабанам приближаться не спешил, явно демонстрируя нехарактерную для нежити разумность, Ирграм сказал:

— Не лезь. Затопчут.

Не то, чтобы он был великим знатоком кабанов, но местные показались ему слишком уж крупными.

Не только ему.

Тень обнаружился неподалеку. На дерево забираться не стал, а вот Ирграму пришлось спуститься. Благо, ветер дул от кабанов, а потому вони человеческой они не почуяли. А может, почуяли, но не сочли людей хоть сколько бы опасными.

— Спасибо, — произнес Тень одними губами. — Подсобишь?

Лезть к кабанам Ирграму не хотелось вот совершенно.

Мясо?

За прошедшие дни он успел понять, что как таковая еда ему не нужна, хватает темной силы, которой щедро делилась пластина. Благо, еще одна туманная тварь напитала её. Кровь? И кровь не нужна. Нет, от человеческой Ирграм, пожалуй, не отказался бы, а вот свиная…

Чего ради?

— Мясо, — Тень явно уловил сомнения. — Много. Запасы почти все вышли. Надо бы пополнить.

— Здоровые, — Ирграм вспомнил зверя, которого и кабаном-то назвать можно было лишь весьма условно. — Людей не боятся.

А вот нежить, если и была помимо туманной твари, то пряталась куда лучше зверья.

— Маги помогут.

Если так…

Будет забавно посмотреть.

Маги устроились в зарослях орешника. Тонкие хлыстовины его поднимались, переплетаясь друг с другом, и на ветках уже дозревали орехи. Правда, было их не так и мног,. да и судя по разрытым корням, свиньи тоже об орехах знали и наведывались сюда частенько.

Но людям тоже осталось.

Барон вот сорвал парочку, которые поспешил сунуть мешекской девице. Что-то даже сказал, если приняла она подношение с благодарным кивком. Даже вон улыбнулась.

Магичка вертела орех в руках, то ли не решаясь попробовать, то ли не зная, как расколоть скорлупу.

— Там кабаны, — Тень дотянулся до ореха.

И скорлупу раздавил пальцами. Протянул сердцевину сыну, который только головой помотал, краснея при том.

Глупый.

Орехи — это полезно. Ну да пусть сами разбираются.

— Мясо нам не помешает, — заметил Винченцо, поднимаясь. — Я уже начинаю забывать, каково оно на вкус… такое, чтобы не высушенное до состояния подошвы.

— Охота, стало быть… — Карраго не пошевелился. Он сидел, прикрыв глаза, и вид имел донельзя бледный. — Печень… сырая печень сейчас пригодилась бы. Или мозг. Мозг очень питателен.

— До него еще добраться надо, — не выдержал Ирграм.

— Один не справлюсь, — Тень повертел ядрышко ореха и закинул в рот. — Зверье крупное. И стадо. Может быть опасно…

— Я помогу, — уговаривать Винченцо не пришлось.

Дикарь молча поднялся, но жестом остановил мальчишку.

— Тут сиди.

— Я…

— Велик и могуч, и на кабанов охотился. Верю. Но сейчас не время. Просто… побудь здесь. Пригляди. Если есть кабаны, будет и другое зверье. Или не зверье.

Объяснение мальчишке не понравилось. Он явно вознамерился спорить, но невеста дернула его за руку и сказала что-то. Тихо так сказала, но спорить мальчишка передумал.

Кивнул.

И плюхнулся на мхи.

— Только, — сказал он мрачно, — если кабан, то яйца ему сразу отрезайте. А то потом мясо вонять будет.

Тень хмыкнул. А больше никто ничего не сказал.

Охота.

Охота не задалась с самого начала, а ведь Ирграм предполагал, что так оно и будет. Но кто ж его послушает?

Короткий разговор.

И Тень привычно раздает указания. Те двое и не думают спорить. С магом-то понятно, он, может, и силен, но кабанов до нынешнего дня видел исключительно в разделанном виде. Или на картинках. А второй почему молчит?

Слушает внимательно.

И клинок свой сжимает, будто тот в схватке поможет. На кабана с мечом идти — дурь несусветная, но копий у них нет, луков с арбалетами тем паче.

— Спугнешь их, — Тень, наконец, поворачивается к Ирграму. — Ты и твоя… зверюга.

Зверюга сидела и слушала, еще немного и Ирграм поверит, что она не просто так, а понимает каждое сказанное слово.

— Лучше бы вовсе отделить от стада какую свинью, но это вряд ли… маловато нас.

Тень вздохнул.

И кажется, начал сожалеть о затее. Ирграм хотел сказать, что можно и отступиться, поискать добычу попроще. Тех же зайцев в окрестностях водилось немало, но… промолчал.

Из интереса.

Исключительно.

А дальше как раз все пошло не по плану. Люди огибали кабанью лежку осторожно, стараясь не слишком шуметь. И почти дошли до нужного места, когда где-то в глубине леса раздался вой. Вой был низким утробным и таким, что рытвенник, упав на землю, оскалился.

Вой пробирал до костей.

Заставляя губы задираться, и из горла сам собой вырвался глухой рык.

— Что за… — Тень перехватил клинок.

А кабаны вскочили.

Матерый секач издал громкий визг. Засуетились свиньи, подзывая поросят. Затрясли тяжелыми головами, затопотали.

Вой раздался слева.

И ближе.