"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Трофимов Ерофей - Страница 601

— Много говорит! — вырвалось у Ицы. — Делать!

— Он делает, — Винченцо придерживал голову парня, глаза которого закрылись. Но дыхание все еще было ровным, да и судя по тому, что Миара с Карраго довольно спокойны, то сон этот вызвал ими же. — У него характер такой… говорливый. Случается.

— Однако от этого металл не перестает быть металлом, и если с точки зрения энергетической структуры все отлично, то с точки зрения тела, оно не радо принимать это вот… чем бы оно ни было. И возникает реакция… специфическая.

Карраго повернул голову влево.

Вправо.

— Да не дергай ты его! — возмутилась Миара. — Я так не могу работать…

— А надо, чтобы могла. На самом деле, полагаю, имеем локальный ответ организма, однако… пока мы не сумеем разобраться, то… любой сгусток может закупорить сосуд. Поэтому… вот так, дорогая, а теперь ассистируешь и не мешаешь. Будь мы в моей башне, я бы воспользовался…

Винченцо слушал краем уха.

Они не в башне Карраго. Там бы он, несомненно, воспользовался бы удобным случаем, чтобы вскрыть парнишке череп и взглянуть на эту удивительную структуру поближе.

Но барону повезло.

Определенно.

— … еще немного… стабилизируем… и вот обрати внимание на этот локус. Он малозаметен, но поверь моему опыту, именно такие, малозаметные локусы зачастую и являются…

— Проклятье, — Дикарь опустился на пол. — Эту штуку можно как-то… снять?

— Не советую… — Карраго не повернулся в его сторону. — Во-первых, насколько я понял, от этой штуки в целом зависит наше пребывание здесь. И не факт, что, когда её снимем, мы останемся желанными гостями… хотя бы просто гостями. Полагаю, здесь найдутся способы… избавляться от тех, кому не рады.

И в этом был резон.

— Если он умрет, легче не станет, — возразил Дикарь.

— Не умрет. Пока мы тут, не умрет… к слову, я полагаю, что как раз, попытайся мы избавить нашего юного друга от тяжкой ноши его, это как раз и привело бы к летальному исходу… структуры, как я говорил, срослись, даже сроднились…

Парень дернулся и захрипел.

— Держи! Возьми сердце и легкие, а я пока отключу… убедительно прошу не беспокоить нас в ближайшее время. На все вопросы мы с радостью… или не очень, но ответим позже. Или нет. Да контролируй ты плотнее! Сядь ближе, а то ощущение, что ты его коснуться боишься! Винченцо, будь добр, тоже… сила понадобится… чтоб вы знали, сколько нужно силы, чтобы совершить малотравматичную операцию… я сейчас изолирую этот локус и затем…

Дальше Винченцо мало что понял. Он подозревал, впрочем, что не только он. Зато Карраго замолчал, что само по себе говорило о серьезности ситуации.

Подобралась Ица.

И Дикарь подвинулся ближе.

Потом отступил, потянув за собой девочку.

— Не мешай им…

— Нет, — Миара не повернула голову. — Не мешает. Пусть держит. И говорит. Функции частично сохранены. Он точно нас слышит. И её услышит. Если мальчишка не будет сопротивляться, то все пройдет легче… мозг сопротивляется постороннему вмешательству. Скажи ей…

— Я понять, — огрызнулась Ица и сделала глубокий вдох. А потом заговорила, на своем лающем некрасивом языке.

А Винченцо ощутил, как из него потянули силу.

Пускай.

Главное… главное, что если парень загнется, то нужно будет искать нового хозяина для короны. Он посмотрел на нее, растопырившую колючки-шипы, словно уже присматривающую кого-то, кто…

Нет уж.

Избавьте.

Парень разлепил губы, и речь Ицы ускорилась.

— Еще немного… какой же упертый баран…

— Я… — открылись и глаза. — Н-не… б-баран…

— Чудесно… речь сохранена, и это уже хорошо, — Карраго накрыл ладонями лицо. — Не дергайся, я вовсе не пытаюсь выдавить тебе глаза…

— А что, речь могла бы и… — уточнил Красавчик. — Что? Я ж просто спросить!

И затылок потер.

— Мозг человеческий чрезвычайно тонкая структура, — Карраго надавил. — И никогда нельзя знать наперед, сколь удачно прошла та или иная операция на нем. Имело место локальное кровоизлияние, полагаю, шип пробил сосуд. А мозг крайне не любит, когда кровь в свободном виде. Впрочем, вам это, мой юный друг, вряд ли интересно.

Карраго выдохнул.

И огляделся.

— Главное, что пациент пока жив… а я бы отдохнул. Определенно, я бы с преогромным желанием отдохнул…

— И помылся, — тихо добавила Миара.

И вздохнула.

Мечтательно.

Винченцо тоже поднялся. Колени чутка дрожали, а заодно уж с новой силой вернулось старое желание. И он понадеялся, что Древние все же телесного совершенства не достигли.

Такого, чтоб туалеты стали не нужны.

Глава 5

Миха

Честно говоря, Миха опасался, что все будет куда как хуже. Все же столкновение двух мировоззрений, двух цивилизаций, пусть даже одна из них сгинула в незапамятные времена, не могло пройти легко. Он ждал воплей ужаса.

Истерик.

Но не того, что маги будут осматриваться с искренним любопытством. Да и вообще воспримут происходящее, если не как должное, то почти. С другой стороны…

С другой стороны, люди слишком устали, чтобы удивляться.

Отойдут.

Успокоятся.

Осмотрятся опять же. Тогда, возможно, и случится коллапс сознания. Или не случится, что тоже вполне вероятно. Главное, что и сам Миха ощущал лишь огромное облегчение. И еще надежду.

Башня стояла.

Функционировала. Даже этот слегка безумный лифт. А значит, есть надежда, что уцелела не только она с лифтом, но что-то куда более нужное. Еще бы найти это нужное и понять, что с ним дальше делать.

— Так, его надо поднять…

— Я сам! — мальчишка искренне попытался сесть. И скривился то ли от боли, то ли от слабости. Миха подхватил его на руки и спросил:

— Куда.

— Тут… можно… сразу, — Джер, кажется, начал осознавать, что и у его тела есть предел. Во всяком случае вырываться и доказывать, что он дойдет, не стал. Rfr b возмущаться самоуправством Михи.

Комната.

Что сказать, даже если Древние и вправду были рептилоидами, то комната их мало отличалась от знакомых Михе. Небольшая. Квадратная. С белыми ровными стенами и таким же белым потолком, по которому пролегла пара светящихся нитей.

Узкая кровать у стены.

Тоже, что характерно, белая и главное, выглядящая цельнолитой.

Все-таки рептилоиды.

Хотя…

Он осторожно положил Джера на кровать, отметив, что эта белизна чересчур бьет по нервам.

— Лежи, — сказал.

— Лежу, — мальчишка сцепил руки на груди и глаза прикрыл. И выражение лица стало серьезным, того и гляди решит последнюю волю огласить. Впрочем, хватило его ненадолго. — А что значит активация визиуальных контуров?

— Понятия не имею, — честно ответил Миха. — А что?

— Система предлагает выбрать согласно предпочтениям пользователя.

— Тогда выбери. Голова…

— Не, прошла. А то она резко так, и потом раз… все.

— Еще немного и было бы все, — проворчал Карраго, — но тебе повезло…

По стене поползли узоры.

Ярко-желтые.

Как будто изнутри проступили кляксы. Одна. Другая… а потом зеленые. Пространство дрогнуло, и стены изменили цвет. Потом снова.

И снова.

А кровать изогнулась, подстраиваясь под форму тела. И верхняя часть её приподнялась.

— Так удобнее, — пояснил Джер. — Оказывается, тут можно… и вот так!

Стена стала черной.

Подростки.

Чего ждать от подростков⁈ Даже иномирных.

— Вода, — Миару черная стена не впечатлила, тем более на контрасте с полом, который стал ядовито-желтым. — Мне обещали воду!

— Твой блок будет следующим… ага… я вывел внешнее управление. Система предложила! Там можно самой настроить будет… и…

— Спи, — Карраго щелкнул пальцами и мальчишка отключился, не договорив. — Что? Ему отдыхать нужно. И эта его…

Он осторожно потрогал шип.

— Тоже требует покоя. Процесс… сложный… и возможно, во времена иные он проходил как-то иначе. Так мне кажется. Сейчас же… мальчик молод и силен, поэтому, собственно, еще жив. Миара?