"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Трофимов Ерофей - Страница 844

— Что у тебя с офисом Хино-хеби? Всё прошло нормально?

— Нет, там тоже не всё так гладко. Люди, которых послал господин Абэ, оказались то ли наемниками, то ли безбашенными. В общем, чтобы выжить, пришлось положить их рядом с якудза из Хино-хеби…

Я не стал упоминать девушку, которую отпустил. Вряд ли Мизуки похвалит за это. Рассказал в общих чертах то, что произошло. Как Ичи Ямато переобулся на ходу и выступил уже против меня. Как принял смерть от Земляного Меча.

— Малыш, это очень плохо, — вздохнула Мизуки. — Похоже, что господин Абэ всё-таки не смог до конца тебе поверить.

— Но он же остановил свою жену, когда та собралась меня убить.

— Не он остановил, а сэнсэй Норобу, — поправила меня Мизуки. — А господин Абэ не хотел терять лицо, поэтому позволил сэнсэю это сделать. Ичи Ямато считается одним из грязных наемников, берущихся за любое дело. Похоже, что в их планы вовсе не входило тебя отпускать. Лег бы ты рядом с бойцами Хино-хеби, чтобы они подумали на нашу семью… Вот же старый лис, захотел и на хуй сесть и суши съесть…

— Но я же хотел отомстить за его сына.

— Фактически ты являешься виной гибели Кеничи, так что он рассчитал всё правильно. Нетрудно будет найти к какому клану принадлежит белобрысый толстенький хинин. Не рассчитал старый омуль только того, что ты сможешь ускользнуть из лап Ичи. А тут ещё как раз атака жополизов Ицуми на наших ребят, чтобы несколько смертей клана «Крылья ветра» показала нашу несостоятельность и слабость… Да-а-а, многоходовочка… И, что самое интересное, концы к господину Абэ не потянулись бы — он же просто пообещал дать людей… В последнюю секундну передумал, а ты вроде бы как пошел в бой один, как истинный камикадзе. И, как истинный камикадзе, сложил бы голову в неравном поединке. Понятно, что свидетелей бы не осталось. А сейчас… Сейчас господину Абэ придется ой как несладко, когда он будет оправдываться за своё поведение. Ладно, малыш, возвращайся быстрее к сэнсэю и… Постой, ты упоминал какую-то знакомую?

— Да, — я оглянулся на сидящую Шакко, которая допивала второй стакан. — Она как раз работала в «Красном карпе» и вышла на улицу за сигаретами, когда подъехал фургон с автоматчиками Ицуми.

— И что это за знакомая?

— Да познакомился с ней во время нападения Ицуми в публичном доме госпожи Окада. Она там помогала на кухне.

— Вот ведь… Везде у тебя одни бабы, малыш… Ладно, беги домой и постарайся по пути не поймать пулю своей толстой жопкой.

— Да уж постараюсь. Мизуки, что же теперь будет?

— А что будет? Будет ещё один враг, которому ты не нравишься. Думаю, что после того, как полиция разведает всю ситуацию в офисе Хино-хеби, они сумеют связать Ичи Ямато с господином Абэ. А если не свяжут, то тогда у тебя появился новый кровник. Умеешь же ты заводить друзей, малыш.

После этих слов Мизуки отключила телефон. Я посмотрел на него ещё пару секунд, а потом вздохнул. Да уж, с друзьями мне иногда не фартит.

Когда я вернулся к Шакко, то увидел, что она почти допила второй стакан. На этот раз слезы уже не текли рекой, а дыхание стало ровным.

— Всё? Пришла в себя?

— Да, Изаму-кун, спасибо за воду и за поддержку. Я рядом с тобой чувствую себя увереннее.

— Вернешься на работу? Тебе же работа важнее жизни.

— Думаю, что да. И не смейся, молодой, красивой девушке трудно найти работу, если она не связана с сексуальными услугами. Сейчас приведу себя в порядок и пойду на поклон к боссу. Надеюсь, что господин Шато поверит тому, что я всё это время давала показания полиции. А ты куда? — взглянула она своими чудесными глазами, в которых снова промелькнул радужный всполох.

— А я домой. Мне посоветовали беречь толстую попку, — хмыкнул я в ответ.

— И ничего она у тебя не толстая, — сказала Шакко, стрельнув глазами на мою пятую точку.

— Думаешь, нормальная? Аппетитная? Куснула бы такую? — не смог удержаться я от флирта.

— Я кусну потом, если захочешь, — без тени усмешки произнесла Шакко и тут же расплылась в улыбке. — Ладно, Изаму-кун, мне действительно пора, а то босс рассердится.

— Давай тогда как-нибудь созвонимся?

— Зачем? — нахмурилась девушка.

— Ну… — её невинный вопрос поставил меня в тупик.

Не мог же я сказать, что повстречаемся-повлюбляемся, переспим и разбежимся. На это моей честности не хватило. И всё-таки я смог переступить через себя и произнес:

— Встретимся, выпьем по коктейлю, споём в караоке… А там, куда кривая вывезет.

— Ладно, — кивнула Шакко. — Тогда как-нибудь созвонимся.

Она поднялась из-за стола, чуть нагнулась и поцеловала меня в щеку. Вот честное слово не вру — я от этого простого чмока так возбудился, что едва не поднял стол снизу. Причем без помощи рук и ног.

— Пока-пока! — пропела Шакко и умчалась прочь, влекомая легким ветерком.

Мне же ещё минут пять пришлось сидеть за столиком, чтобы успокоить себя и привести мысли в порядок. Не так уж легко оказалось справиться с разбушевавшимися гормонами. И ведь выплеск сделать некуда — госпожа Икэда ещё в больнице, а Кимико меня на пушечный выстрел к своим прелестям не подпустит.

Черт побери!

Недавно умерло десять человек, а мои мысли витают между женских ножек! Не, я, конечно, бесчувственная тварь, но не настолько же! Надо хотя бы немножко выказать уважения умершим. Нет, о женских ножках думать интереснее.

Я всё-таки смог с собой справиться и даже отправился домой, не показывая свою возбужденность окружающим. Через пять улиц я заметил в отражении рекламного щита, что за моей спиной по асфальту неторопливо едет черный фургон. И вроде бы не было в нем ничего примечательного, кроме того, что хотя фургон на вид был уже не новый, но у него не было номеров.

Значит, кто-то не хотел, чтобы номера попали в объектив одной из уличных камер, а из этого следовало, что этому кому-то было что скрывать.

Как ни в чем не бывало я продолжил своё путешествие. На глаза попался мотоциклист, который как раз завел синеватую «Ямаху» и уже собрался отъезжать от обочины.

— Друг! Ты забыл рыбу! — крикнул я, подходя к нему ближе.

— Какую рыбу? — поднял стекло шлема мотоциклист.

— Леща!

С этим выкриком я раскрытой ладонью что было силы ударил его в то место, где под шлемом скрывалось левое ухо. Офонаревшие глаза тут же расфокусировались, и мотоциклист потерялся во времени и пространстве. Следующим ударом ноги его смело с кожаного сиденья, а я запрыгнул на освободившееся место и рванул рукоятку газа.

Мотоцикл тут же взревел и попытался вырваться из-под меня, как норовистый конь, но не тут-то было. Я удержался, пару раз мотнулся, но всё-таки выправился и полетел по узкой токийской улочке. Позади раздался гневный окрик упавшего мотоциклиста.

Да, по беспределу! Но что мне было делать, если фургон прибавил ход и погнался за мной? Стоять и ждать, пока помру геройски? Ну уж нет, я ещё столько не сделал и стольких не побил…

Фургон догонял. В зеркало заднего вида я заметил, что на переднее пассажирское сиденье вылез человек с блестящей черной штукой в руках. Не составило труда догадаться, что это за штука. Это был улей свинцовых пчел, которые скоро полетят в меня за то, что как-то обломал ребяток с добычей меда.

Новым Винни Пухом я становиться не хотел, поэтому резко вывернул руль и крайне удачно вписался в поворот. Фургон пролетел чуть дальше, но резво развернулся и помчался за мной.

Как назло обычно загруженные улицы Токио сегодня были полупусты. Так бы можно вонзиться в стоящую пробку и проползти сквозь неё, как вошь между волосками. Но нет же… Фургон настигал по почти пустой улице.

Пассажир высунулся в окно и наставил автомат на меня. Я спиной почувствовал, как между лопаток пляшет взгляд черного отверстия. Крайне неприятные ощущения, скажу я вам. Ветер в ушах противно насвистывал, словно намекал, что скоро к его свисту присоединятся другие посвистывания.

Никакого оружия под рукой! Вот что плохо-то! И оммёдо не сделаешь толком, так как приходится постоянно вилять между машин. Я заглянул в сумку, которую мотоциклист пристраивал на руле.