Измена. Закрывая гештальты (СИ) - Шабанн Дора - Страница 41

Я у себя одна, и мой разум мне более чем дорог.

К тому же у меня дети.

Глава 44

Дела семейные

'Наконец я возвратился, город детства, как живешь?

У реки на том же месте ты меня, как прежде, ждешь…'

Игорь Николаев «Старая мельница»

— Мам, а ты не слишком? — спросил меня сын, стоило мне, пышущей негодованием, ввалиться домой.

— Слишком что?

— Ну, отшила их?

— Я? Отшила? Их? Милый, поясни…

— Ну, даже с балкона было видно, что тренеры мои оба уж сильно были в тебе, как это, заинтересованы. Глеб Максимович так и вовсе из рук не выпускал, а Кирилл Андреевич был совсем не против его сменить. Ты мне скажи, когда их так впечатлить-то успела?

— Мал ты еще, Котик, для таких откровений — пробурчала Лера, выползая из комнаты.

— Дети, не ссорьтесь. Пойдемте лучше чаю попьем, — попросила, потому что откровенно нуждалась в передышке.

Удивительно согласные и послушные отпрыски удалились накрывать на стол.

Вздохнула, выдохнула.

Нет, все правильно.

Весь этот сладкий и острый экстрим не для тебя, Арина. Пора бы уже к сорока с лишком годам понять — сиди, пиши свои романы, расти детей и будет тебе счастье. Молодые парни противопоказаны для твоей нервной системы.

Все самые важные люди со мной, поэтому в телефоне можно воткнуть «авиа-режим», а дверь закрыть поплотнее.

Чай с детьми удался: обсудили срочное и важное да понастроили планов на ближайшее время.

У Леры вот-вот уже скоро последний рубеж, у Кости завтра выходной. А в субботу важная игра. Я же хотела метнуться на Валдай:

— Драгоценные мои детишечки, как лучше сделать — в субботу к Косте на игру, а в воскресенье на Валдай? Или с утра субботы на историческую родину махнуть?

— Если ты не планируешь прощать моих затупивших тренеров вот-прям-щас, то давай, ты на игру не пойдешь? Они же тебя просто так не выпустят, пристанут — не отвяжешься. Двигай лучше быстрее по своим делам, раньше начнешь и все такое.

Лера согласно кивала.

На том и порешили.

Всю пятницу я работала ударными темпами, судорожно наверстывая все, что я прогуляла в среду и четверг. Выходные из-за поездки на Валдай вылетали в трубу, так что хотелось бы хоть какого-то запаса.

Злость, обида, разочарование и негодование после вчерашней «сцены у фонтана» перли из меня, трансформируясь в полные драматизма эпизоды аж в трех романах.

А что?

Отсыплем страданий всем, почему я одна должна мучиться?

Лера, практически не поднимая головы, учила, изредка болтая по видеосвязи с двумя новыми подружками, с которыми вместе поступала.

Кот валялся у себя на полу, стянув мой коврик для йоги (которой я так и не занялась, иногда делая растяжку) в обнимку с Тигрой Вторым, и слушал аудио-версии программных произведений по литературе.

Мы слегка обалдели, и Лера у брата осторожно поинтересовалась с порога:

— Кот, ты в порядке? Нормально себя чувствуешь?

С первого раза он нас не услышал, пришлось заходить и тихо стучать по наушнику (и лбу).

— А? Что? Уже? — подскочил и заозирался ребенок.

— Костя, все ли с тобой хорошо? — повторила я вопрос.

Сын посмотрел снисходительно:

— Мам, я «Ревизора» слушаю. Потом «Ромео и Джульетту» буду. Я в порядке, только занят. Идите, чаю, что ли, попейте, раз вам скучно.

Шик!

Настоящий мужик растет: я занят, меня не тронь, а тебе, женщина, как всегда, нечего делать? Иди займи себя своими глупостями.

Да, Роман Николаевич хоть ничего особого для воспитания сына не предпринимал, но своим примером ребенка все же попортил, гад.

Посланные, мы смиренно удалились и только иногда с тревогой заглядывали в чуть приоткрытую дверь.

Часов в семь вечера Лера, хитро улыбаясь, пришла ко мне в творческий уголок на балконе:

— Норм с ним все. Сейчас крушит монстров в какой-то очередной компьютерной игрушке.

— Раз в ход пошли монстры, значит, и впрямь все в порядке. И он достаточно просветился и самообразовался, — тяжело вздохнула, но обязательную беседу с сыном пока решила не проводить.

Так, может, уточню, если к слову придется, с чего такое рвение к учебе? Просто голова сейчас совсем другим занята.

Совсем.

Целый день мы сидели дома.

И, как выяснилось совершенно случайно, точно в осажденной крепости.

Во дворе у подъезда, сменяя друг друга, дежурили два весьма узнаваемых байка.

С балкона было видно, что Глеб обрывал телефон, но я держалась стойко: «летела», соц.сети в ноуте не читала.

Работала.

Утро субботы нас неожиданно взбодрило прохладным ветром и ярким солнцем.

Лера приготовила завтрак и отправила Кота на игру, а затем принялась за меня. Сначала увещевала и стыдила, а потом носила тонометр и таблетки.

Просто кто-то в полночь как-то плавно из страданий съехал в страстный секс и наваял аж четыре жарких сцены. Местами краснея на зависть кумачу революционных шаровар.

Спать этот творец, естественно, упал ближе к шести утра.

Давление возмутилось сначала тем, что соблазнили и завели, а эндорфинов не выдали, а потом количеством сна.

Поэтому из дома я выкатилась в два часа, как раз когда команда сына вышла на поле.

Телефон включила — мало ли что у детей случится?

Или не у детей.

Два часа дороги пролетели почти незаметно.

Я не гнала, так как хоть лекарства и подействовали, но голова была тяжелая, а дочь в телефоне — нервная. Напоминала каждые полчаса, что-то про скоростной режим, про трудное житие сирот, а также наличие большого количества не посрамленных знакомых представителей мужского пола.

Город детства встречал меня просто и буднично, то есть никак.

Прокатившись по знакомым улочкам, оценила несколько новостроек, местами замененный асфальт и изрядное количество магазинчиков.

Обычный небольшой городок.

Не страшный, не ужасный…

И в воздухе серой не пахнет. Перья нигде не летают и смолы в бочках на кострах не разогрели.

Простой городок и местами довольно милый.

На родной улочке по-прежнему тусовалась по обочинам молодежь с самокатами, велосипедами, мячами и скакалками.

Нет, с пивом, сигаретами и орущими колонками тоже были, но не слишком много.

Жизнь идет, и прогресс с ней приходит во все уголки.

Стоило припарковаться у родных с раннего детства ворот, как из глубины сада показалась Наталья Захаровна и замахала рукой приглашая:

— Ох, Ариша! Приехала, милая моя. Заходи же скорее, думала я уж не сегодня…

А я закрыла машину, расправила плечи и глубоко вдохнула «воздух детства и отчего дома».

И даже наслаждалась им, пока вдруг из-за спины не прозвучало:

— Явилась-таки, звезда невъе*ная…

Глава 45

Безобидные жители нашего серпентария

'Нельзя нормально жить, когда половина твоего сердца

и душа постоянно находятся в прошлом'

Д. Ш. «Немного о потерянном времени»

Выдыхаю.

Я же за этим сюда приехала на самом деле? И волновалась, и таблетки пила…

Оборачиваюсь и понимаю — хорошо, что по голосу узнала, в лицо бы — никогда.

— Надя, почему?

Что удивительно, уточняющих вопросов мне задано не было. Зато в ответ полилось такое, что я бы не поверила, если бы не слушала своими собственными ушами:

— А почему у тебя всегда всё лучшее? И живёшь ты в Питере, и машина у вас иностранная, и родители у тебя оба нормальные, и одежда с братом всегда новая. У тебя всё и так есть. Ещё и Серёжку захотела? Обойдешься!

Напротив меня стояла, не побоюсь этого выражения, классическая деревенская немолодая баба: коренастая, едва угадываемая под линялой футболкой и потертыми бриджами фигура, неясного цвета косынка на волосах завязана в стиле «колхозница», упертые в бока неухоженные руки, жуткие калоши.