"Библиотечка военных приключений-3". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Шпанов Николай Николаевич "К. Краспинк" - Страница 582

— О, ноу! Я не имею таких полномочий! — испуганно воскликнул Гэмп.

— В такому рази, — хмуро заявил Чуенко, — почекайте дозволу начальства. Прошу выбачения, алеж без того нэ маю права допустыты вас до рации.

— У нас насчет этого строго, — добавил Батюшкин. — Без начальства ни в коем случае.

— О, дисциплина! — понимающе воскликнул американский сержант. — У нас не так строго, но тоже есть дисциплина. Это я понимаю. Но я не спешу, я могу подождать.

В это время раздался звонок телефона, и Батюшкин с облегченным вздохом направился к аппарату.

— Старший сержант Батюшкин, — произнес он в трубку и, выслушав распоряжение майора Ратникова, ответил: — Слушаюсь. Понял вас.

Торопливо положив трубку аппарата, он разъединился с начальником штаба и попросил связистку соединить его со штабной землянкой, в которой находился Дымов, а когда тот ответил, приказал ему:

— Немедленно зайдите к Чуенко, товарищ Дымов.

Положив трубку, Батюшкин повернулся к Гэмпу, который сидел, прислонясь к стене и так высоко забросив ногу за ногу, что чуть не положил ее на стол. Казалось, он всецело погрузился в жевание своими огромными челюстями резинки и не обращал никакого внимания на телефонный разговор старшего сержанта.

— Господин Гэмп, — обратился к нему Батюшкин, — наш командир просит вас к себе.

Заметив входившего в землянку Дымова, Батюшкин распорядился:

— Проводите господина сержанта к майору Ратникову, товарищ Дымов.

— Слушаюсь, товарищ старший сержант! — ответил Дымов, прикладывая руку к пилотке и щелкая каблуками.

— Оки-доки! — развязно воскликнул Гэмп и не очень охотно поднялся со своей табуретки. — Гуд бай! Мы еще повидаемся. Прошу сигареты на память.

И, бросив на стол пачку сигарет, он вышел из землянки вслед за Дымовым.

— Баба з возу — кобыле легче, — усмехнулся Чуенко.

— Принесет же нелегкая такого гостя, — сокрушенно вздохнул Батюшкин, вытирая потный лоб.

— Э, да ты никак измок? — удивленно воскликнул Мгеладзе, глядя на мокрый лоб Батюшкина.

— Взмокнешь тут с вами, — смущенно улыбнулся старший сержант. — Знаю ведь я твой характер. Вся душа нараспашку. Восточное гостеприимство... Вот и подумал, было, что сейчас рассыпишься в любезностях перед союзником, болтнешь лишнее. А получилось толково. Ловко ты его с картой проучил.

Кивнув в сторону Чуенко, он добавил:

— За этого медведя я, правда, меньше боялся. Цэ хитрый хохол! Хотя и тут дрогнуло было сердце, когда американец к рации поперся. Однако тоже довольно ловко обошлось. А ситуация была щекотливая. Как-никак с союзником встретились. Тут уж хочешь не хочешь, а будь любезным, однако ж и ушки на макушке.

— Да вжеж не от велыкого к нам кохания тягнуть союзнычки з видкрытьем второго фронту, — убежденно заметил Чуенко. — Вид таких союзнычков всього можно ждаты. А що до плювальной майстэрности американьского сэржанта, то нэ знаю як чому иншему, а цыму искусству дуже добрэ навчылы його в калэдже. Шоб так гарно плюваты, трэба три чи пьять рокив тилькы то й робыты, що на вси инши науки наплюваты.

2. СЕРЖАНТ МЕЙД

Капитан Чарльз Крокер лежал в тени густого кустарника неподалеку от своего «Боинга Би-17». С трудом приземлил он на рассвете тяжелый самолет на эту довольно ровную и достаточно твердую площадку, почти не повредив машины. Люди его экипажа в одних трусиках лениво копались теперь во внутренностях моторов, регулировали элероны и заделывали дыры в фюзеляже от попадания зенитных снарядов. Не обращая на них внимания, Крокер рассеянно следил за проворной пчелкой, перелетавшей с цветка на цветок.

«Чертовски рискованное положение, — невесело думал капитан, почесывая затылок, — сидеть тут с совершенно исправным самолетом и инсценировать неотложный ремонт... А ведь русские не такие простаки, чтобы не понять, в чем дело. Не случайно, верно, приходили утром советские офицеры предложить свою помощь в ремонте самолета. Советская контрразведка, может быть, уже догадывается об истинной причине вынужденной посадки «летающей крепости». Того и гляди, явятся сюда советские автоматчики...».

Крокер тяжело вздохнул и с досадой плюнул на пчелку, трудолюбиво собиравшую нектар с цветка почти под самым носом капитана.

Вспомнилось, как накануне вылета в этот последний рейс подошел к нему командир эскадрильи майор Кэттл и заявил, что полковник из «Офис оф стретеджикэл сервис»[69] собирается на его «фортрис» перебросить к русским «своего человека». Зная, какого рода делами занимается «Офис оф стретеджикэл сервис», Крокер не пришел в восторг от сообщения майора и попытался даже «открутиться» от подобного задания.

«А чего ты боишься, старик, — заметил ему на это майор Кэттл. — Ведь твое дело маленькое — посади свой «Би-сэвентин» в расположении русских да сделай вид, что ремонтируешь машину. Об остальном не тебе голову ломать. А выбор пал на тебя потому, что «фортрис» твоя больше остальных пострадала в последнем полете, так что внешний вид ее не должен вызвать подозрения у русских. Похоже будет, что ее в самом деле подбили».

И вот капитан сидел теперь здесь и поджидал агента Управления стратегических служб, выдававшего себя за радиста Гэмпа.

Чарльз Крокер был типичным военным карьеристом и для продвижения по службе мог пойти на любой риск. Предложи ему майор Кэттл лететь с подобной «миссией» не на территорию Советского Союза, а в любую другую страну, он, не раздумывая, согласился бы на это. В случае удачи такая «операция» сулила боевую награду, а, может быть, и повышение в чине. Крокер, однако, слишком хорошо знал, что такое Советский Союз, и понимал, чем может кончиться его карьера в случае провала «миссии» Гэмпа.

Да и сам Гэмп не очень понравился Крокеру. Слишком уж он был самоуверен и нагл. А тут этим не возьмешь. Тут нужна тонкая работа. Малейшая неосторожность может ведь погубить все дело. Крокер хорошо помнил печальную судьбу своего друга, летчика Гарри Уайза, прилетавшего в Советский Союз год назад в район Мурманска почти с подобной же целью.

На всякий случай, впрочем, Чарльз Крокер уже придумывал себе оправдание. Ему казалось самым благоразумным сделать вид, что он понятия не имеет, с какой целью прибыл в Советский Союз Джордж Гэмп, если того постигнет вдруг неудача. Нужно только, чтобы Гэмп никого из экипажа не впутывал в свою игру.

«Пусть сам вынюхивает, что ему здесь надо, — невесело размышлял капитан, — а мои остолопы только все дело могут испортить. Утром сегодня что-то уж очень подозрительно переглядывался он с моими парнями. Нужно будет хорошенько присматривать за ними...»

Подумав об этом, Крокер сразу же вспомнил очень преданного ему сержанта Дика Мейда, бортмеханика «летающей крепости». Преданность эта была, правда, далеко не бескорыстна, но Крокеру важно было лишь то, что парень верно служил ему и аккуратно доносил о всех происшествиях и настроениях экипажа. Моральная же сторона этого дела менее всего волновала его.

Повернувшись на бок, капитан посмотрел на своих людей, вяло возившихся у бортов «летающей крепости», и стал искать глазами щупленькую фигурку Дика Мейда.

«А ведь здорово, чёрт возьми, изрешетили мою старушку! — подумал Крокер, всматриваясь в фюзеляж самолета, на борту которого были изображены две карты — валет и туз пик с крупной надписью по бокам: «Блэк Джэк», — но кто это, черт побери, намалевал под «Черным Джеком» девицу в купальном костюме?»

Капитан выругался и хотел было подняться, чтобы найти «живописца» и заставить его стереть красотку «Чико» с борта «летающей крепости», как вдруг услышал позади себя осторожные шаги. Торопливо обернувшись, он увидел лисью мордочку Дика Мейда.

— Простите, сэр, что я беспокою вас, — негромко хриповатым голосом произнес сержант, — но мне хотелось сообщить вам кое-что...

— Садись, Дик, — кивнул Крокер сержанту, — и выкладывай, что там у тебя такое.

Мейд осторожно присел рядом и, оглянувшись по сторонам, произнес, еще более понизив голос: