"Библиотечка военных приключений-3". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Шпанов Николай Николаевич "К. Краспинк" - Страница 613

При этих словах Дергачев слегка побледнел, но более ничем не выдал своего волнения.

— Шевелитесь же! — строго заметил полковник. — Вынимайте свои протезы.

Дергачев нехотя вытащил зубные протезы и хотел было спрятать их в карман, но полковник остановил его:

— Дайте-ка мне взглянуть на них.

Забрав протезы, он отошел с ними к окну и удовлетворенно заметил:

— Ну да, я так и полагал. В искусственных зубах ваших запрятаны либо инструкции вашего начальства, либо ваши же донесения начальству. В этом, однако, мы разберемся попозже, а вам, Людвиг Штарке, я полагаю, нечего больше притворяться. Кстати, привет вам от Фридриха Поггендорфа.

Дергачев-Штарке угрюмо молчал.

— Да-с, — все так же неторопливо продолжал полковник, — Поггендорфу не повезло на пиковом тузе. Он даже признался мне, что всегда считал пиковую масть роковой. Вам, впрочем, не повезло и на бубновой масти.

Помолчав, он добавил:

— Вы что же, задание от майора Шеффера получили или от самого Гудериана? Танки — это ведь по его специальности.

Штарке, стиснув зубы, продолжал молчать.

— Напрасно так упорствуете, Штарке, — нахмурился полковник. — Ваш приятель и коллега по немецкой разведывательной организации «Абвер» Фридрих Поггендорф, попавшийся на «королевском тигре» номер сто пятнадцать дробь ноль три пиковой масти, дал о вас исчерпывающую информацию.

Полковник не спеша закурил и добавил, усмехнувшись:

— Нам известно, что вы не очень-то щепетильны и недолго ходили безработным. Не задумываясь сменили вы немецкого фюрера на американского босса. Ведь теперь общеизвестно, что американские оккупационные власти создали в городе Оллендорфе немецкий разведывательный штаб во главе с бывшим генерал-полковником Гудерианом. Многие ваши коллеги из «Абвер» нашли себе у него приют. Поггендорф уверяет, правда, что американцы скуповаты насчет гонорара и дают свои доллары только за успешную работу… Перейдем, однако, к делу. Вы что же, очной ставки желаете с Поггендорфом или выложите все и без этой процедуры?

— Дайте закурить, — хрипло произнес, наконец, Штарке.

Полковник протянул ему коробку папирос. Штарке закурил и сказал сдавленным голосом:

— Спрашивайте.

— Что вам известно о «королевском тигре» сто пятнадцать дробь ноль четыре бубновой масти?

— Танки, похожие по типу на «королевского тигра», под дробными номерами: ноль одни, ноль два, ноль три и ноль четыре с четырьмя тузами — трефовым, пиковым, бубновым и червонным, — были пробными экземплярами и по внешнему виду своему мало чем отличались от обычных танков этого типа, созданного немцами к концу войны. Секрет же их состоял в том, что они были сделаны из сверхпрочной стали, полученной профессором Иоганном Шлоссером. После первой же выплавки этой стали на металлургический завод и находившуюся при нем лабораторию Шлоссера произвели ожесточенный налет советские самолеты, и все полетело к черту. Секрет этой стали погиб вместе с профессором Шлоссером и его лабораторией, а опытные экземпляры четырех мастей пропали где-то на полях Восточной Пруссии во время разгрома третьей немецкой танковой армии под Кенигсбергом в апреле 1945 года. — Штарке глубоко затянулся папиросным дымом. — После нашего поражения нам было не до секретов этой стали. Но вот американские разведчики из Си-Ай-Си раскопали в каких-то секретных документах немецкого генерального штаба сведения об этих четырех опытных экземплярах и дали задание агентам Гудериана раздобыть образцы их брони. Вот и все. Будут еще вопросы?

— А зачем же понадобилось вам таскать громоздкую крышку люка? — спросил полковник. — Неужели не было чего-нибудь полегче?

— Более легкую деталь брони отпилить ножовкой не было возможности. Сталь этих «королевских тигров» чертовски крепкая. Я, впрочем, рассчитывал потом, в укромном месте, отпилить от этой крышки кусочек полегче. Зная, что за мной начали следить, я ведь очень спешил.

Полковник приказал увести Штарке из кабинета. Затем он снял телефонную трубку и вызвал штаб майора Вольского.

— Здравствуйте, товарищ Вольский, — приветствовал он майора. — Как здоровье старшего сержанта Нечаева? Крупного зверя помог он нам изловить. Очень приятно сознавать, товарищ Вольский, что воспитали мы в наших людях такое острое чувство бдительности. Нужно только, чтобы теперь, когда иностранные разведки особенно рьяно засылают к нам своих агентов, чувство это было еще более острым.

Георгий Травин

СНАЙПЕР

Художник П. Н. Панкисевич

1. ИСПЫТАНИЕ ДИПЛОМА

Когда Вася Волжин уходил на фронт, война рисовалась ему чем-то вроде массовой стрельбы в тире или на полигоне. Год назад он окончил снайперскую школу Осоавиахима, получил диплом и был уверен, что ему сейчас же, чуть ли не в самом военкомате, дадут снайперскую винтовку и он пойдет на передовую — «щелкать» гитлеровцев, как «щелкал» мишени на стрельбище. А его направили в запасной полк и там стали обучать многому, что, казалось ему, и вовсе не нужно снайперу: строю, ружейным приемам, перебежкам, метанию гранаты… Сначала Волжин очень расстроился, в ясных голубых глазах появилось тоскливое выражение, он стал замкнут и неразговорчив.

Товарищи думали, что парень просто тоскует по родному дому, как тосковали многие, и оставили его в покое. Но комсорг батальона, сержант Вихорев, зорко приглядывавшийся к молодым солдатам, однажды «добрался до его души».

— Все по ней грустишь? — спросил комсорг.

Волжин смутился, а комсорг продолжал, лукаво усмехаясь:

— А ты не грусти! Скоро будешь держать ее в своих объятиях.

— Зачем ерунду-то говорить! — обиделся снайпер. — Разве время сейчас о девушках думать?

— А почему бы и не подумать о них? У нас чудесные девушки. И работают, и воюют неплохо. Тебе, конечно, известно, что и среди снайперов девушки есть. Про Людмилу Павличеико слыхал?

— Еще бы!

— Ну вот, видишь. Впрочем, о девушках это я так, к слову пришлось. Я хотел сказать о другом. Вижу, тоскуешь ты сейчас о снайперской винтовке! Угадал?.. Ну, вот. Не грусти, Волжин, скоро она будет в твоих руках.

Волжин вздохнул:

— Поскорее бы! А то, пока мы здесь в тылу околачиваемся, война кончится!

Лицо комсорга стало вдруг серьезным, строгим:

— Мы не «околачиваемся», а учимся. Учимся умело бить врага, побеждать малой кровью. Враг силен, и выступать против него без всесторонней подготовки нельзя: успеха не будет. А конца войны, к сожалению, пока не видать. До Берлина еще очень далеко!

Волжин немного успокоился. «Ничего, — думал он, — долго сидеть в тылу не будем. Попаду на фронт, сейчас же дадут снайперскую винтовку».

И опять он ошибся! Когда в составе маршевой роты он прибыл на Ленинградский фронт, в полк, которым командовал полковник Зотов, там дали ему не снайперскую, а обыкновенную пехотную винтовку — такую же, как и всем.

— Как же это? — сказал Волжин старшине, выдававшему винтовки. — Разве вы не знаете, что я снайпер?

— Как не знать? — спокойно ответил стар» шина. — Очень даже хорошо знаю. Что это за старшина, если своих людей не знает!

— Так почему ж вы вручаете мне простую винтовку?

— Она не так проста, как вам кажется.

— Но она без оптики! Неужели в полку нет снайперских винтовок?

— Как не быть, — с прежней невозмутимостью отвечал старшина. — Найдутся. А у вас есть данные, чтоб такой винтовкой владеть? — неожиданно спросил он. Вопрос этот удивил Волжина.