"Библиотечка военных приключений-3". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Шпанов Николай Николаевич "К. Краспинк" - Страница 670

Тен Бринк протестующе поднял руку:

— Благодарю за совет, господин обер-лейтенант. Только учтите, что никакое командование не помешает мне принять то или иное решение. Я распоряжаюсь своей лодкой и действую самостоятельно. Вам же известны приказы главного командования по этому поводу? Прошу господ офицеров на бак!

Приказание отдано, и его нельзя было обсуждать, тем более в присутствии вахтенных матросов. Первый помощник приложил руку к козырьку. Во взгляде его сквозило откровенное недовольство, однако он подчинился.

На малом ходу подводная лодка приблизилась к полузатонувшему судну, медленно обошла вокруг черневшего в темноте корпуса. Видно, на нем имелись водонепроницаемые переборки: судно еще держалось на поверхности, хотя лежало на боку, так что его киль возвышался над водой.

— Оба дизеля, стоп! — приказал Тен Бринк.

Лодка по инерции едва заметно продолжала приближаться к судну. Стоявшие на мостике подводники, напрягая зрение, изо всех сил пытались разглядеть что-либо в непроглядной темноте ночи, но все было тщетно.

— Смотреть за плавающими предметами! — крикнул Тен Бринк офицерам, стоящим на носу.

Ему самому в эти минуты было не по себе. В любой момент водонепроницаемые переборки судна могли не выдержать, и пароход устремился бы в пучину, увлекая за собой все вокруг, в том числе й подводную лодку.

Какой-то шорох заставил командира прислушаться. Оглянувшись, он увидел штурмана, высунувшегося на минуту из рубочного люка, чтобы глотнуть свежего воздуха. Штурман был рядом с командиром, и тот вполголоса, чтобы не услышали другие, проговорил:

— Попадет нам какая-нибудь дрянь под винт… и тогда — поминай как звали!

Он уже почти раскаивался, что так необдуманно пошел на риск. Название судна никак не удавалось узнать. Где-то — видимо, за обломками судна — внезапно послышались крики. Все насторожились.

Вы что-нибудь слышите, господин обер-лейтенант? — взволнованно спросил Вильдхаген,

Краус покачал головой, приложил руки к ушам и затем еще раз отрицательно покачал головой:

— Нет, должно быть, вам просто показалось.

Фенрих уставился на торчавшую из воды громадину. Картина уничтожения судна парализовала его. В мозгу вихрем проносились мысли. Теперь он уже знал, что такое «боевой поход». Внезапно юношу поразила страшная догадка: «Внутри этого гиганта, должно быть, находились сотни людей, разорванных в клочья и захлебнувшихся!» Нервы фенриха были напряжены до предела. Переживание было слишком сильным. И скорее себе, чем обер-лейтенанту, он едва слышно пробормотал:

— Может быть, нам следует подойти поближе?.. Там же люди… в воде… нужно же им…

Но для первого помощника не существовало трагичности ситуации, он был занят собственными мыслями, направленными совсем на другое. Краус мысленно представлял себе сообщение ставки верховного главнокомандования о потоплении вражеского транспорта водоизмещением в столько-то тысяч тонн. Чувство гордости охватывало его. Он услышал слова Вильдхагена. Что тот сказал? Краус быстро обернулся в сторону фенриха и металлическим, ледяным голосом произнес:

— То, что здесь происходит, мой мальчик, — это война! Не сентиментальная любовная драма, а фрагмент из мировой истории! Вижу, что у вас немного засосало под ложечкой, а? Возьмите себя в руки и отбросьте прочь всякую жалость! — он вдруг прислушался. — Кто-то крикнул сейчас… мне кажется, кричали «Дьюнедин Стар», вы тоже слышали?

Он вопросительно взглянул на фенриха, пытаясь увидеть в темноте выражение его лица. Глаза Вильдхагена были широко раскрыты, под скулами судорожно ходили желваки. Казалось, юноша видит перед собой призрак.

— Там люди! — его крик прорезал тишину ночи. — Немецкие слова! Я точно слышал! Там немцы, немцы!

Шатаясь, он повернулся к обер-лейтенанту Краусу и вцепился обеими руками в отвороты его куртки. Фенрих ничего не видел. Он забыл, где он и кто он. Вильдхаген затряс первого помощника с такой силой, которой вообще трудно было ожидать от этого тоненького, довольно тщедушного юноши.

Возмущенный Краус схватил фенриха за руки и рванул его вниз.

— Мальчишка! — заревел он. — Истеричная баба! Возьмите себя в руки, шляпа несчастная!

Теперь уже Краус вцепился в куртку Вильдхагена

— Вы слышали… английскую речь, английские слова, — словно молотом, вбивал он ему в мозг. — «Помогите» или «сюда»… или что там они еще кричат в таких случаях! Понятно? А если бы даже это были и немцы, то мы не общество спасания! Зарубите себе это на носу!

Впереди что-то с силой ударилось о борт подводной лодки. В тишине было слышно, как вокруг корпуса журчит и плещется вода. Затем раздался еще один удар, как будто стукнули в большой барабан.

— Внимание! Обломки! — закричал кто-то.

Краус оттолкнул от себя Вильдхагена и отвернулся.

— Внимание, обломки! — закричал он в сторону мостика.

Но командир почувствовал опасность еще при первом ударе.

— Оба дизеля, малый вперед!

С точностью часового механизма люди и машины выполнили приказ. Подводная лодка дала ход.

На палубе раздался топот сапог быстро бегущего человека. В темноте сначала никто ничего не мог понять. Но потом все увидели фенриха, бросившего свой пост на баке и длинными прыжками бежавшего к мостику. Он поднял руки, как будто выкрикивая заклинание.

— Стоп! — закричал он. — Застопорите же, ради всего святого!

Ошеломленный Тен Бринк приказал застопорить дизели, полагая, что лодке угрожает какая-то опасность, которую он, командир, не заметил. На лодке все замерли, и на какую-то долю секунды воцарилась гробовая тишина. Фенрих уже был на мостике и, еще не успев поднести руку к козырьку, задыхаясь, крикнул:

— Немцы! — Повернувшись в сторону судна, он умоляюще вытянул руки вперед. — Я ясно слышал, господин капитан-лейтенант!

Юноша схватил командира за рукав:

— Господин капитан-лейтенант, господин капитан-лейтенант… спасите… спасите! Мы должны… спасти!

Его крик перешел в надрывные рыдания.

Тен Бринк схватил фенриха за руку и освободил свой рукав.

Между тем на мостик подоспел Краус и, наклонившись к командиру, прошептал ему на ухо:

— Парень врет! Я сам ясно слышал, коробка называется «Дьюнедин Стар». Англичанин, черт с ними, пусть тонут!

— Оба дизеля, малый назад! — спокойно скомандовал Тен Бринк. Затем он привлек к себе Вильдхагена и заставил юношу посмотреть ему прямо в глаза.

Взгляды подводников, стоявших на мостике, были обращены на командира — все напряженно ждали, что будет дальше. Закричит? «Разнесет» фенриха за дерзость? Неожиданно для всех тихим голосом, в котором слышался упрек, он сказал Вильдхагену:

— Второй помощник, прекратите шум. Вы будоражите людей.

Голова юноши безвольно упала на грудь. Всхлипывая, он проговорил, с трудом произнося слова:

— Вы же… не можете… дать людям… погибнуть… господин капитан-лейтенант… прошу вас, там же люди… — Слезы градом текли по искаженному страданием лицу.

— Внимание! Внимание! Оповещение о самолетах! Воздушная тревога! — это сообщение молнией пронеслось от радиорубки до мостика. Тен Бринк, отстранив от себя фенриха, склонился над переговорной трубой:

— Что у акустика?

— Акустик докладывает: слышен сильный шум винтов справа по борту!

Тен Бринк немедленно отдал приказ:

Вахтенные стремглав кинулись к рубочному люку. Вильдхаген снова судорожно сжал руку командира:

— Нет, господин капитан-лейтенант… нет… вы не имеете права… вы же не станете убийцей!..

Тен Бринк рванул фенриха за куртку и притянул к себе:

— Молчать!

— Господин капитан-лейтенант!..

— Молчать! Немедленно вниз!

Но фенрих не подчинился, и Тен Бринк силой потащил его к люку.

— Это убийство… убийство! — кричал юноша. Казалось, он потерял рассудок.

Краус, занесший уже ногу в горловину люка, подскочил к командиру, и они вдвоем столкнули вниз упиравшегося, словно совсем обезумевшего фенриха. За ним последовали оба офицера. Кое-как спустившись по трапу в центральный пост, Вильдхаген упал.