подарок для бывшего (СИ) - Романовская Ирина - Страница 14

– Послал же Бог работенку. Как знала, что не стоило сюда приходить, – бормочу сама себе еле слышно.

Не собираюсь я ждать, пока Константин разберётся со своими друзьями. В том, что они друзья сомневаться не приходится. То как Костя утихомирил крикливую девицу одним предложением, а мужчина понял его с полуслова. С незнакомцами так себя не ведут.

Как там было в Дон Кихоте? Скажи мне, кто твой друг, и я скажу тебе, кто ты. Любопытно даже, а Костя такой же как и его компания? Хамит, подкатывает, считает всех, то работает в сфере обслуживания, низшей расой? Я ошиблась приняв Костю за Ангела?

Ой, все! Даже думать о нем не хочу. Пусть идёт к черту.

– Вера, а ты куда? – за мной следом выбегает в подсобку знакомая девчонка. Она, собственно, сюда меня и пригласила на подработку.

– Домой, Рина. Эта работа - не мое. Ну не умею я перед всякими хамами лебезить.

– Если ты уйдёшь, не доработав до конца смены, то Антонина ничего не заплатит.

– Ну и пусть. Не велика потеря. Ты извини, что пришлось за меня поручиться. Не ожидала я, что так все получится.

– Что уж там. Проехали. Всякое бывает. Ладно, удачи тебе, я побежала обратно в зал.

Помахав рукой, девчонка посеменила ногами обратно к посетителям.

– Ага, давай, – кричу ей в спину напутствие. Рина ведь не виновата, что работа не подошла лично мне. – Побольше чаевых собери там.

Стягиваю с себя ненавистную форму и переодеваюсь в длинный сарафан. Ух, в своей одежде однозначно комфортнее. И пятой точкой светить не приходится. Завязываю потуже бретели и поправляю лиф сарафана. Перекидываю сумку через плечо и с облегчением покидаю это место.

Выхожу на улицу и прикидываю в какую сторону лучше пойти. Хочу побыстрее сесть на автобус и поехать прямо к дому.

Сворачиваю за угол здания, в котором находилась бильярдный.

– Вера! – окликает сзади меня громкий голос Кости.

От неожиданности немного дергаюсь на месте. Уже я успела забыть, что он просил подождать.

– Чего тебе? – останавливаюсь и разворачиваюсь лицом к мужчине.

Костя шагает неспешным, но размашистым шагом. Весь такой важный и деловой в своих тёмных брюках и белой рубашке. Рукава закатаны по локоть. Одна рука спрятана в кармане брюк, во второй мужчина держит телефон.

– Поговорить хотел, – поравнявшись со мной, говорит Воронцов.

– Не о чем нам говорить, Кость. Спасибо, что не дал пожаловаться на меня администратору. На этом все. Мозолить вам глаза я не буду, отдыхайте себе спокойно с девушками.

Мои слова вызывают у Кости лишь лёгкую усмешку.

– У тебя всегда язык без костей или это просто отсутствие нормального воспитания?

– Ох боже ты мой! – взмахиваю руками перед собой, от вспыхнувших эмоций.

Тоже мне образец воспитания. Да, я не из дворянской семьи и быть может мой словарный запас слишком уж простецкий, но оскорблять себя никому не позволяю.

Тем более, страха перед Воронцовым я не испытываю вообще.

– Ишь как ты теперь заговорил, Константин Александрович. А еще совсем недавно тебя абсолютно не волновали проблемы моего воспитания. Особенно, когда свой язык настырно пихал мне в рот. А сегодня что? На людях стыдно стоять рядом с простой официанткой? Так ты не приближайся больше ко мне, Константин, а то, не дай боже, обляпаешь свои наглаженные брюки.

– Все сказала? Или ещё осталось? – Костя делает шаг ко мне и вторгается в личное пространство.

Моментально перехватывает дыхание. Опять этот чертов запах Воронцовского толи парфюма, толи тела. Или он афродизиаками любит обливаться?

Просто уму непостижимо, как можно так реагировать на мужчину. Мой низ живота вновь стягивает нахлынувшим возбуждением.

Смотрю прямо в глаза Косте. Его зрачки сейчас практически полностью чёрные. Может это потому что мы стоим в мало освещённом переулке, или от того что я вызываю у Кости ответные эмоции. Не знаю. Голосовые связки тут же садятся перед хищным красавцем. Недавняя дерзость близится к нулю. Весь словарный запас куда-то исчезает. Я, как рыбка, стою и беззвучно открываю рот.

Закрываю глаза, чтобы хоть как-то выдавить из себя тихие два слова:

– Ещё есть.

– Так ты не стесняйся, Вер, – Костя прижимается ко мне вплотную. Я делаю опасную ошибку, отвожу правую ногу на шаг назад. Тут же рука Кости обвивает, будто тропическая лиана, мою талию и прижимает обратно к себе. Вторая охватывает затылок. Деваться мне больше некуда.

В переулке ни души. Тело начинает дрожать, опасная пауза и искрящееся напряжение между нами остаётся.

– Говори! – командует Костя. – Ну же, Вера, давай. – он наклоняется ближе и выдыхает следующие слова мне прямо в лицо: – Выплесни наружу то, что хочешь. Или тебе слабо?

Воронцов пользуется моим же методом.

– Выплеснуть то что хочу, говоришь? - Кивает.

Я немного отвожу взгляд, делаю вид, что смутилась. Оглядываюсь по сторонам. Если двинуться влево, то до остановки километра полтора, и это если пробежать через дворы. По прямой, наверное, раза в полтора длиннее. А если пойду вправо, то до остановки остается каких-то метров сто. Суметь бы только вырваться из крепкой хватки этого орангутанга и за пятнадцать секунд в своих балетках я точно добегу до автобусной остановки. А там останется только запрыгнуть в первый попавшийся автобус и я благополучно уеду от надменного Воронцова.

Дело за малым. Надо заставить Костю разжать свои крепкие объятия.

Решение приходит молниеносно.

Ладонями хватаю Костю за подбородок и тяну его лицо к себе. От резкого порыва мы бьемся губами друг об друга. Рот Кости сегодня с привкусом хмеля. Чёрного такого, немного терпкого, нефильтрованного.

Всасываю губами его язык. Как бы теперь самой оторваться от Ангела? Я бы целовалась с ним ночи на пролёт. Если бы он не сказал те обидные слова.

Руки Кости сжимаются крепче на моей талии. Именно в этот момент я делаю резкий выпад коленом вверх и практически попадаю в цель. Костя будто предчувствовал такой исход, поэтому сделал шаг назад и моё колено прошло лишь по касательно к его паху.

Несмотря на мою неудачу, руки Воронцов все же разжимает Ненамного, но все же мне удается вырваться. Но моя победоносная песенка недолго играла. Через секунду рука Кости вновь крепко хватает меня.

– Пусти, – шиплю я мужчине.

Он не реагирует. Просто отрывает меня от асфальта и закидывает к себе на плечо.

– Ты что творишь? Пусти немедленно! Неандерталец.

Я болтаюсь на мужском плече вниз головой. Собственные волосы мешают увидеть куда меня несёт Костя.

– Пусти на землю. – Безуспешно бью кулаками в спину Ангелу. Он никак не реагирует, будто вовсе ничего не ощущает. Как киборг идёт к припаркованному неподалеку желтому такси.

Дойдя до машины, опускает меня вниз и мигом заталкивает на заднее сидение автомобиля. Сам садится следом.

– Новокузнецкая, 45, – называет адрес удивленному водителю. Тот лишь молча кивает и неспешно заводит двигатель. – Все нормально. Мы просто поругались. – Коротко говорит Костя, заметив, что таксист медлит. – Трогай, шеф.

Водитель обеспокоенно оглядывается в зеркало заднего вида, ждет от меня подтверждения Костиных слов.

Я могу, конечно, разыграть комедию и сказать, что этот мужчина меня похитил, просить вызвать полицию и все в таком духе. Но отчего-то мне становится неловко и безумно хочется узнать куда же собрался везти меня Костя. Может быть это то самое «секретное место»?

Изнывать в неведении приходится недолго. Через десять минут мы подъезжаем к новеньким, жилым высоткам.

Сердце учащенно стучит в груди.

Воронцов привез нас в холостяцкую берлогу? Точно неандерталец.

Мы молча проходим мимо консьержа и заходим в огромный лифт. А может он и не такой большой как кажется. Зеркала на стенах мешают моей ориентации в пространстве.

Костя жмет на кнопку тринадцатого этажа и мы медленно катимся вверх.

– Ну и чего ты до сих пор молчишь, Вера? – Спрашивает с издевкой Воронцов, открывая дверь квартиры номер двести сорок семь. – Я жду.