Когда король падет - Нихофф Мари - Страница 14

Мурашки побежали по телу. Другую руку я разместила на его груди, ощупывая рельефные мышцы. Бенедикт чуть наклонился, сильнее присасываясь к моей шее, и тягучая жажда, медленно возрастая, стала обжигать меня изнутри.

Как же оказалось приятно чувствовать его укус.

Слишком сладко.

Эта ужасная мысль закралась мне в голову, когда король оторвался от моей шеи. Он провел языком по ранке, и я едва устояла на ногах. Неспешно он откинул назад голову, а я стремительно опустила руки. Во имя всех святых, Флоренс?

В попытке прогнать тревожащие мысли я решила сосредоточить внимание на месте укуса. Хотелось потрогать шею, но это казалось не лучшей идеей. Место укуса немного покалывало от боли, но кровь, кажется, не текла. Должно быть, король как-то закрыл рану.

Бенедикт, чуть отойдя от меня, поднес руку ко рту. Между его губами мелькнули вампирские клыки, которых прежде я не замечала, и он уколол себе большой палец. На кончике выступила капля крови, и король поднес ее ко мне.

Я уставилась на палец, а потом перевела взгляд на короля. На его лице не читалось ничего, но в зеленых глазах темнело неутоленное желание. Мое тело – вот предательство! – снова охватил трепет. И почему я думала, что его рот будет в крови? На чувственных губах не виднелось ни капли крови.

– Ты должна выпить, – спокойно объяснил он. – Залечит укус.

Произошедшее выбило почву у меня из-под ног, я почти забыла, зачем я здесь. За несколько ударов сердца он лишил меня рассудка – иного объяснения своей реакции я не находила. Возможно, причина не только в ране? Может быть, король, вонзая в меня зубы, каким-то образом начинал контролировать меня.

С подозрением я рассматривала крошечную капельку крови. Зачем ему волноваться об исцелении раны, если потом он сделает новую? Вероятнее всего, он что-то замыслил. Кто знает, какими еще свойствами обладает королевская кровь. Вряд ли она обратит меня в вампира – как это можно проделать, так и не выяснили, – но вдруг от нее разовьется зависимость? И лишит меня свободной воли. Нельзя так рисковать. Ощущения, которые я пережила, пока монарх пил мою кровь, теперь внушали тревогу.

Я резко встряхнула головой.

Бенедикт в замешательстве нахмурился.

– Это залечит твою рану, – повторил он нетерпеливо. – И поможет крови быстрее восстановиться.

– Благодарю, не нужно, – пробормотала я, обхватив себя руками. В легком платье без рукавов я вдруг замерзла. – Все будет в порядке.

– Нет, не будет, – сурово возразил он. – Ты человек, твое тело исцеляется слишком долго, если ему не помочь!

Он старался меня переубедить. Я не сомневалась, что за этим крылось что-то важное. Возможно, он даже станет меня принуждать – разве смогу я ему помешать? Но хотя бы попытаюсь. Я не сдамся ему просто так: нельзя ставить на кон успех миссии. Семья рассчитывает на меня.

– Я не хочу вашей крови, – заявила я твердо.

Уголок его губ чуть дернулся. У Бенедикта начался нервный тик? Или его позабавило мое неподчинение его воле?

– Вы, надеюсь, понимаете, какая это честь – получить предложение испить королевской крови? – осведомился он.

– Нет, – ответила я. – Простите, но мы, люди, не придаем крови такого большого значения.

В этот раз моя дерзкая реплика не вызвала у него ухмылки. В его чертах читалась твердость.

– Это вопрос принципа? Чего вы пытаетесь добиться отказом?

– Ничего. Но не намерена это пить, – упрямо настаивала я. На балу в честь солнцестояния я совершала одну ошибку за другой. Сегодня я вступила с Его Величеством в спор, потом потеряла голову, а теперь оскорбляю его вампирское достоинство. Я двигалась вперед как слон в посудной лавке. Любая другая справилась бы с этой задачей лучше меня.

Бенедикт уставился на меня, не понимая, что происходит. Я боялась, что он схватит меня и силой затолкает в рот окровавленный палец. Я хотела отступить, хотя это и не имело смысла.

Но король не сделал ничего. Сердито покачал головой, извлек из кармана брюк носовой платок и вытер с пальца каплю крови. В недоумении я наблюдала, как красное пятно расползается по безупречно белой ткани.

– Я пошлю за доктором, – прорычал Бенедикт, направляясь к переговорному устройству у двери. До меня не сразу дошел смысл его слов. Он согласен? И не станет принуждать? Волна облегчения захлестнула меня.

– Спасибо, – прошептала я.

Он бросил на меня странный взгляд, после чего активировал сенсорную панель.

Доктором оказалась женщина с темными глазами и вьющимися черными волосами, стянутыми в тугой пучок. Лицо, кисти рук, запястья – все покрывали татуировки. На правом виске красовались девять точек, на нижней губе и подбородке – мелки значки: звезды, круги, кресты. Краска немного расползлась и выцвела, подтверждая мои подозрения, что женщина гораздо старше, чем выглядит. От ее светло-коричневой кожи исходило тепло, да и смотрела целительница с осуждением, так что сомнений в ее происхождении не осталось.

Я уселась на диван, король чуть ли не с яростью набросил мне на плечи одеяло, и доктор Деменан стала наносить мне на шею мазь. Бенедикт, восседая в кресле напротив, наблюдал за происходящим с мрачным лицом. Пальцами он ожесточенно барабанил по подлокотнику. Очевидно, он был не в восторге от того, что я отказалась от крови. Непонятно только, почему он позволил мне настоять на своем. Я старалась не обращать на него внимания, смотря на тыльную сторону ладони докторки и размышляя, что могут обозначать эти символы.

– Как долго рана будет заживать? – поинтересовался король, когда Деменан наконец завершила работу.

– Не могу сказать наверняка, Ваше Величество. До следующего раза рана определенно не затянется. Позже я еще раз осмотрю девушку, чтобы решить, имеет ли смысл оставить то же место укуса или лучше сменить его, – искоса она бросила на меня пренебрежительный взгляд.

– Чудесно, – пробурчал Бенедикт. – Благодарю, Хелин.

– Это честь для меня. – Сделав реверанс, она оставила нас.

Король не скрывал недовольства, но ничего не говорил. Он поднялся с кресла, и я невольно съежилась. Вечер еще не окончен – с болью осознала я. Мне удалось лишь отсрочить неизбежное. По крайней мере, король до сих пор вел себя со мной сдержанно. Возможно, удача окажется на моей стороне и он проявит ту же нежность…

– Сильно болит? – тихо спросил он, отчего я вздрогнула. Порой он обращается ко мне так, что легко было поверить, будто он способен на сочувствие.

– Совсем немного, Ваше Величество, – вздохнула я, стараясь унять волнение. На несколько секунд он поймал мой взгляд. Хотела бы я, чтобы король не был столь красив. Лучше бы он представал чудовищем, которым являлся.

– Вам еще что-нибудь понадобится? – спросил он.

Я молча покачала головой.

– Хорошо, – он чуть дернул уголком губ. – По крайней мере, ты не упала в обморок. Хотя бы в этом могу отдать тебе должное.

Мне показалось, или я услышала веселье в его голосе? Это что, шутка?

– Видите, я сдержала слово, – заметила я.

– Да, похоже на то. Я высоко ценю вашу стойкость. Доброй ночи, Флоренс.

– Доброй ночи? – смутившись, переспросила я, но король то ли не заметил вопросительного тона, то ли проигнорировал. Не оглядываясь, он вышел из комнаты и захлопнул за собой дверь.

Оцепенев, я сидела на диване и смотрела на закрытую дверь. Что сейчас произошло? Почему он ушел? А как же… все остальное?

Неужели я так сильно его разозлила, что он не хочет меня даже касаться? А может, визит доктора Деменан отбил у него желание? Или мне дали время, чтобы прийти в себя?

Нет, конечно нет. Я не ждала от короля такой деликатности. С другой стороны…

Если подумать, я не ожидала от короля и много другого. Может, он поставил себе цель как можно больше запутать меня?

Какое-то время я сидела, в растерянности уставившись на дверь, и пыталась осмыслить поведение короля. Он вернется. Непременно! Или?..

Примерно через полчаса в дверь постучали, но это оказался не король, а Бонни. Она принесла на подносе чашку чая и баночку, в которой, как я предположила, было лекарство. Обычно служанка так поздно не приходила – должно быть, кто-то ее отправил ко мне. К тому моменту я уже сбросила платье и лежала в постели, читая книгу. Но роману не удалось отвлечь меня от мыслей, крутившихся в голове.