Драконья луна - Троуп Алан - Страница 28

Оглядев небо и не обнаружив ее, я сердито рычу. С Элизабет мы впервые встретились в воздухе, казалось, что и с Хлоей будет так же. Но на какую бы высоту я ни поднимался, сколько бы ни перелетал из долины в долину, моей избранницы не видно.

Проникнув в пещеру, я вижу, что ложе готово. Воздух насыщен ароматом Хлои, но ее самой нет. Уставший от долгого полета, дрожащий от желания, я подхожу к выходу из пещеры и снова смотрю на небо.

Неужели она так жестока, что заставит меня зря долго томиться здесь в ожидании ответа? Я сердито трясу головой, бью хвостом. Нет, Хлоя не может так поступить со мной. И все же время идет и мои опасения растут.

Она появляется откуда-то сверху, серебряной молнией проносится над долиной, чтобы потом вновь вернуться к пещере.

– Посторонись, освободи проход, – беззвучно требует она.

Прижавшись к стене пещеры, я оставляю достаточно места, чтобы Хлоя на большой скорости могла проскочить мимо меня. Она садится в нескольких футах от ложа, спиной к выходу.

Я погружаюсь в ее запах, тону в нем, но все же сопротивляюсь.

– Я боялся, что ты не прилетишь.

– Вот и хорошо, – мысленно отвечает она. -Я и сама не была уверена, что прилечу. Все еще сердита на тебя.

Ее тело, охваченное дрожью, вздымающиеся и опадающие бока, припухшие гениталии, – все противоречит ее словам. Я задам прямой вопрос, рискуя получить отказ.

– Так ты хочешь, чтобы я оставил тебя в покое? – спрашиваю я.

– А ты бы сделал это?

– Это было бы самое трудное, что мне приходилось делать в жизни. Но я бы сделал это, если бы ты сказала мне, что надежды нет. Так как же?

– Нет… Вернее, пока не знаю. Я бы хотела, что бы ты был кем-то другим. Я хотела бы, чтобы ты никогда не был женат на моей сестре, чтобы она не умирала… Мне не нравится, что ты не оставил ни одному другому мужчине ни малейшего шанса завоевать меня. Меня злит, что моя сестра была у тебя первой. Меня бесит, что я думаю о тебе почти каждую минуту с тех пор, как мы встретились. За последние три часа я раз шесть порывалась прилететь в эту пещеру… и все никак не решалась.

– Хлоя, ты должна решить.

Она поворачивается ко мне, нервно поводит хвостом и беззвучно говорит:

– Я ничего не должна, Питер. Это ты должен убедить меня.

Я смотрю в ее изумрудно-зеленые глаза и восхищаюсь ее изяществом. Черты у нее тоньше, чем у сестры. Дрожь желания пробегает по моему телу.

– Что же сможет тебя убедить?

Хлоя бросает на меня гневный взгляд:

– Думаю, что у меня хватит сил сопротивляться своему желанию. – Она решительно выдыхает воздух. – Приведи хоть одну вескую причину, что бы я не делала этого.

У меня болит все тело. Я устал от разговоров. Если мне придется уйти, то лучше бы мне сказали об этом скорее.

– Значит, вескую причину? – рычу я, злобно бью хвостом по полу, встаю на ноги и возвышаюсь над ней. – А может, ты предпочла бы, чтобы я просто взял тебя силой, как поступил бы на моем месте любой из Людей Крови. Неужели ты думаешь, что смогла бы остановить меня? Я сдерживаюсь только потому, что хочу чего-то большего. И тебе смогу дать больше, чем кто-либо другой.

– И что же это?

– Настоящее общение, а не бездумное инстинктивное спаривание двух животных. Мне этого мало, Хлоя. И тебе тоже. Мы оба заслуживаем любви.

– Ты и в самом деле думаешь, что это возможно? Что мы можем полюбить друг друга?

– Да, я так думаю. И поэтому я здесь. Поэтому и ждал тебя. – От ее запаха у меня перехватывает дыхание, я хочу ее до боли. – Решай, Хлоя. Если ты просто хочешь жить семьей, как твои родители, скажи об этом, и ты свободна. Только поскорее, потому что, стоит мне задержаться, я за себя не отвечаю.

Хлоя качает головой:

– Разве ты можешь твердо обещать мне, что наши отношения сложатся лучше, чем брак моих родителей?

– Нет, не могу. Могу лишь поклясться, что приложу все усилия, чтобы они были лучше. И если ты

поступишь так же, думаю, у нас получится. А теперь, пожалуйста, Хлоя, либо иди ко мне, либо дай мне уйти.

Несколько секунд Хлоя просто молча смотрит на меня. Наконец она со вздохом наклоняет голову:

– Нет, я не хочу, чтобы ты уходил. Но только… – Она отступает на несколько шагов. – Это ты

иди ко мне.

Я делаю несколько шагов к ней. Еще один шаг – и наши тела соприкоснутся. Хлоя трется о меня шеей. Я жду ее следующего движения.

– Элизабет говорила мне, что впервые вы с ней занимались любовью в воздухе. Это правда?

– Да.

Она отступает, и на какое-то мгновение мне снова кажется, что я потерял ее. Но Хлоя ложится на спину на приготовленное ложе. Теперь мне виден ее нежный кремовый живот, ее самые укромные места.

– Что ж, а мы с тобой займемся этим здесь, – говорит она.

Я смотрю на нее и не двигаюсь, завороженный ее красотой.

– Иди же ко мне, Питер, – торопит она, – не только ты заждался.

Я бросаюсь на нее и погружаюсь в облако аромата, туманящего мой мозг. Больше незачем разговаривать. Мы оба так распалены, что нет необходимости в прелюдиях. Я врываюсь в нее. Хлоя содрогается и стонет, я рычу от счастья, оказавшись наконец в этой горячей тесноте. Она обхватывает меня передними лапами и вонзает мне в бока свои когти, да так, что брызжет кровь. Моя подруга бешено бьет хвостом, кусает меня за шею своими острыми зубами. Запах моей крови смешивается с ароматом корицы и мускуса, боль перетекает в наслаждение.

Слегка шокированный ее дикой страстностью, я реву, пытаясь высвободиться. О, мои мечты о том, что она в любви будет нежнее сестры! Нет, мне не ослабить этой хватки. Я наваливаюсь на Хлою всем своим весом, пытаюсь придавить ее к полу, подчинить себе, но она в ответ еще глубже запускает в меня свои когти. Она движется в бешеном ритме, запах становится все гуще, и мне ничего не остается, как только поспевать за ней.

Хлоя первой достигает оргазма. Она испускает вопль и прижимает меня к себе еще сильнее. Я присоединяюсь к ней через несколько секунд. Ничего не соображаю. Мое сознание занято только ощущениями. Они накрывают меня с головой.

Потом мы лежим без движения. Хлоя все еще держит меня в своих когтях, все еще сжимает мою шею зубами. Порыв ветра проникает в пещеру достаточно глубоко, чтобы коснуться нас своим холодным дыханием и унести некоторые из запахов, которые нас окутывают. Вдохнув свежего воздуха, я вдруг ощущаю боль. Откидываю голову назад, слегка повожу плечами, чтобы любимая отпустила меня.

На этот раз она не упорствует. Мы лежим рядом. Я ласково поглаживаю ее хвостом. Хлоя не то урчит, не то мурлычет, глаза ее прикрыты. Она гладит меня и, почувствовав кровь, усмехается:

– Это я сделала? – Она теснее прижимается ко мне. – Бедняжка!

– Ничего такого, чего я не смог бы залечить.

– Я знаю. Никак не ожидала, что так поведу себя. Не то чтобы я раскаивалась…

Я тоже ни о чем не жалею.

– И все же, – говорю я, отдав приказ своему телу залечить раны, – в следующий раз лучше «не рвать обшивку».

Устроившись поуютнее около меня, она пожимает плечами:

– Ничего не могу обещать, Питер. Я раньше ни когда этим не занималась. Откуда же мне знать, как я поведу себя в следующий раз? Тебе придется рискнуть.

Мы засыпаем рядом и дремлем, пока наши желудки не начинают урчать от голода. Хлоя садится, облокотившись на меня:

– Ты не спишь, Питер?

Не получив немедленного ответа, она бьет меня хвостом:

– Ты что, собираешься, как мой папаша и братья – лежать и ждать, когда женщина принесет тебе поесть?

Удар почти не чувствуется, и все же, приподняв веко, я ворчу:

– Не ожидал, что моя невеста станет будить меня шлепками.

– Вот и хорошо, – смеется Хлоя и шлепает меня еще раз, сильнее. – Я не хочу, чтобы ты считал меня скучной и предсказуемой.

– А настырной и надоедливой? – подыгрываю я.

Мне удается быстро сесть и прижать ее хвост к полу своим прежде, чем она успевает шлепнуть меня в третий раз.