Дело Матильды Егоровой (СИ) - Иванцова Ольга Владимировна - Страница 6

С адресом, однако, пришлось изрядно повозиться. Элитный жилой комплекс, где располагалась квартира Марины, с хаотично разбросанными однотипными многоэтажками больше походил на лабиринт. Не за пару минут и не без помощи прохожих Максим все же смог определить, какой из домов 17-й, и, надо сказать, успел появиться здесь вовремя: еще бы чуть-чуть, и Марину он упустил. А такую, как она, никому упустить не захочется.

Стройная фигура, высокий рост, не менее метра семидесяти пяти. Платиновая блондинка будто сошла с обложки глянцевого журнала и заметно контрастировала на фоне тусклой и серой реальности. Эта девушка принадлежала миру моды, красоты и стиля, всем своим существом подчеркивала эту причастность и была безупречна во всех отношениях. Марина Колесниченко — мгновенный визуальный экстаз.

Марина пулей выскочила из подъезда. В этот самый момент Максим как раз подошел к домофонной двери, потому двое столкнулись буквально нос к носу — последовали неловкие извинения. Очевидно, Марина спешила, и лишь удачное совпадение позволило Максиму перехватить ценный источник информации до того, как захлопнется дверца авто и заведется мотор. И этого оказалось вполне достаточно.

— Здравствуйте, Марина! — Максим попытался предстать перед ней абсолютно невозмутимым, не выдавая, насколько он под впечатлением от ее красоты.

Марина резко обернулась, направив взгляд на лицо напротив, и, не выражая ровным счетом никаких эмоций, спросила:

— Что?

— Меня зовут Максим Ивановский, интернет-издание «Ежедневный протокол». — Он протянул ей свою визитку. — Вижу, сейчас вы торопитесь, но, возможно, позже у вас найдется время, чтобы поговорить об убитой Матильде Егоровой. Вы ведь были близкими подругами, не так ли?

Марина продолжила смотреть на него в упор, будто не понимала, что конкретно от нее требуется. И Максим решил внести ясность.

— Сразу хочу уточнить: от сотрудничества с нами вы останетесь только в выигрыше. Нас интересует правда, и мы готовы за нее щедро отблагодарить. Да, я понимаю, что деньги вас мало волнуют. А как насчет упоминания в материале первой полосы вашего имени? Согласитесь, для бизнеса и не придумаешь лучшей рекламы.

Максиму часто доводилось делать подобные предложения. Отказов он не слышал никогда. Не материальная выгода, так желание засветиться на фоне трагедии даст свой результат. Но тут случилось то, чего он никак не ожидал. Марина, все время сохранявшая невозмутимое и даже отстраненное спокойствие, будто по щелчку взорвалась:

— Да как ты смеешь! Приперся сюда и просишь, чтобы я продала свою лучшую подругу? Да я уничтожу тебя. Слышишь? Я уничтожу тебя, твою газету, твою репутацию, клянусь, если понадобится, сотру с лица земли каждого поганого журналюгу, кто посмеет открыть свой рот, пороча ее память и вытаскивая на публику грязное белье. Но начну все равно с тебя. Ты понял? Я запомнила и твое лицо, и название твоей конторы. И если увижу, что вы спекулируете на том горе, что переживает ее… Я сотру всех вас в порошок. Усек? Не смей даже упоминать в своих грязных сочинениях имя Матильды! — жесткий и властный голос Марины дрогнул на последнем слове.

— Нет, вы не так… — Максим хотел было объясниться, но закончить ему не позволили.

Марина вырвала из его рук визитку, смяла ее, кинула в ближайшую урну и, напоследок наградив Максима взглядом, полным ненависти и презрения, бросилась к своей машине, села и быстро уехала. Что именно произошло, он в полной мере осознал лишь через несколько секунд после, когда автомобиль с разгневанной блондинкой уже скрылся за поворотом. Она отказалась от интервью, от рекламы, от того, за что другие готовы глотки друг другу перегрызть, лишь бы быть причастными к шумихе, которая образовалась вокруг убийства, сказать свое мнение, засветить свое имя. За всю многолетнюю журналистскую практику Максим еще не видел примера настоящей дружбы среди звезд.

Вернувшись в редакцию, он немногословно дополнил утреннюю новость: «Тело Матильды было обнаружено около часа ночи, предположительная причина смерти — удар ножом. Среди главных подозреваемых — брат погибшей. Ведется следствие». На профессиональном языке это означало полнейший провал.

Еще пару часов Максим проторчал в социальных сетях блогерши, но желаемого результата это тоже не возымело. Лиц оказалось столько, что просто нереально понять, кто среди них друг Матильды, а кто просто мимо проходил. Максиму же была нужна правда и только правда, без прикрас и дешевых интриг, что в шоу-бизнесе уже само по себе встречается довольно редко.

Он закрыл все вкладки и зашел на не менее успешный информационный портал «Новости с опережением». Его работники, в свою очередь, умудрились каким-то макаром раздобыть домашний адрес брата Матильды, и теперь на главной странице портала во весь экран красовалось сорокасекундное видео в высоком разрешении: Романа Егорова, сгорбленного и дрожащего, из подъезда собственного дома за руку выводит сотрудник милиции. Если бы для самого горячего момента журналистского расследования была учреждена премия, типа Оскара, этот ролик, несомненно, мог бы на нее претендовать. На этот раз Максима Ивановского нехило обскакали.

О том, что с ним сделает Главный, когда обнаружит, что их самый сильный конкурент отхватил эксклюзивный материал с задержанием брата убитой знаменитости, тогда как Максим ограничился скупой беседой с домработницей, и думать не хотелось. За весь день в его желудке побывал только утренний кофе, и, поскольку смерть Максима от рук главного редактора, неизбежная из-за журналистского прорыва «Новостей с опережением», теперь запланирована на завтра, умирать от голода сегодня не имело никакого смысла. По примеру американских тюрем, где приговоренным к казни позволяют выбрать последний прием пищи на их усмотрение, Максим решился на роскошный ужин в одном из самых дорогих и любимых ресторанов города. Он отправился в «Бизон».

Рабочая смена Алины подошла к концу. Слава Богу, этот день не принес больших потерь ее нервной системе, и Алина спешно собиралась домой, чтобы наконец выпотрошить из Максима мельчайшие подробности загадочного убийства, потрясшего сегодня буквально всех.

Она вышла на улицу, и духота жаркого летнего дня больно ударила ей в лицо. Алина забросила сумку на плечо и начала доставать из кармана джинсов свои беспроводные наушники, чтобы дорога не казалась такой скучной, как вдруг мужской голос неожиданно окликнул ее: Саша поджидал Алину немного поодаль от входа в ресторан. «Боже! Боже! Боже! — мгновенно пронеслось в голове девушки. — Ну только не сегодня, нет, я же не готова!» Однако честно признаться Саше в том, что она до смерти смущается при виде него, а от внезапно накатившего волнения ее и вовсе подташнивает, Алина не планировала, потому примерила на себя маску надменной уверенности и язвительным тоном спросила:

— Тебе настолько понравилась еда и обслуживание, что ты решил питаться здесь круглосуточно?

— Нет, — улыбнулся Саша, — тебя ждал.

— Я же сказала, что не хочу, чтобы меня провожали.

— А еще ты вроде как сказала, во сколько заканчиваешь. Получается, сама еще не знаешь, чего хочешь наверняка.

Больше всего в мужчинах Алине нравилась наглость, напористость и острый на слово (и не только) язык. Саша, похоже, обладал всеми этими качествами, оттого стал для нее еще более привлекательным. Между ними завязался диалог.

— Почему ты прекратила ходить на курсы? — спросил Саша.

— Работа в ресторане и учеба отнимают много времени, — стараясь сохранять спокойствие, ответила она.

— Я слышал, ты развелась.

— Да. И такая судьба ждет каждую, что застукает мужа в собственной постели со своей лучшей подругой.

— А твой бывший, видимо, совсем тупой, раз не сообразил, что с подругами жены лучше не спать, да и домой любовницу приводить нежелательно.

— Нет, он нисколько не тупой, — усмехнувшись, возразила Алина. — Но по части фантазии проигрывал всегда.

— Ну, ясно. А я свой бизнес открыл, — сменил тему Саша. — Теперь занимаюсь кейтерингом, удалось собрать неплохую команду, клиенты довольны, дело в гору идет. Считай, поднялся. Еще и котенка купил породистого, два месяца его, заразу, ждал. Назвал Сникерсом.