"Военные приключения-3. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Мартелли Джордж - Страница 376

Утром Бородаев вышел из дома в самом приподнятом настроении. Все детали предстоящего разговора с Виктором Володиным были совершенно ясны, и Бородаев от удовольствия даже насвистывал веселый мотивчик. На углу крикливая тетка торговала горячими чебуреками. Бородаев купил два, жадно сжевал и поморщился:

– С чем они?

– С бараниной, - от возмущения продавщица сделала ударение не там, где нужно. - Проходи, тунеядец!

– А я думал… - Бородаев наклонился к ее уху и что-то сказал. Лицо продавщицы пошло красными пятнами. Она начала икать и хватать ртом воздух. Бородаев счастливо засмеялся. Он с трудом втиснулся в будку телефона-автомата, набрал номер.

– Витек?

– Я…

– Борода это. Ты мне нужен.

– Не могу. С Зиной встречаюсь. Она мне ножик обещала принести, я этот ножик у нее целый год выпрашиваю.

– Так это же совсем в струю! - обрадовался Бородаев. - Я около Бутырки, приходь сюда. Где ворота, знаешь? Ну, найдешь. Жду!

– А… Зина?

– А ты ей перезвони, пусть тоже придет. Женщины, они скрашивают… это… Смягчают, одним словом.

Через десять минут Бородаев подошел к дверям нового фирменного магазина, который примыкал к ограде Бутырской тюрьмы. Витька стоял у дверей и вертел головой во все стороны - видно было, что он кого-то с нетерпением ждет. Он был в новеньких джинсах-клеш и красных носках.

– А… ты, - увидел он Бородаева. - Чего тебе? Говори и отваливай. - Витька настроился на встречу с девушкой и нервничал.

– Как выпить, так друзья, а перед девочкой стесняешься? - обиделся Бородаев. - Конечно, я рылом не вышел и биография у меня не героическая. Твою цацу не заинтересует.

– Ладно, - пробурчал Витька. - Выпил я с тобой раз-другой, так это не криминал. Говори, и адью!

– Деньги мне нужны, Витя, - вздохнул Бородаев. - Видишь, совсем поизносился, против тебя - совсем шпана. Мне тоже хочется быть красивым. А ведь я тебе на той неделе пятьдесят "рэ" одолжил. От себя оторвал. На что ты их потратил? На эти самые? - Бородаев пощупал материал джинсов. - Сила! Америка! А что матери объяснил? Посылка, мол, от Красного Креста? - Он насмешливо прищурился.

– Что надо, то и объяснил, - сквозь зубы процедил Витька. - Вон Зинка идет, замри об этом. - Он бросился навстречу девушке. - Зина, привет, ты извини, что я тебя сюда приволок. - Он оглянулся на Бородаева. - Вон деятель навязался. Ты извини, я сейчас.

– А я тебе подарок принесла. - Зина протянула Витьке складной нож с затейливой рукояткой из наборной пластмассы. - Ты давно просил, владей.

– Спасибо. - Витька восхищенно закрутил головой. - Позавидуй, Борода.

– Привет, ласточка. Нож королевский, жаль, что не финяк. - Бородаев поднес два пальца к козырьку кепки. - Силен, Витя. Увел лучшую девушку из-под носа рабочего класса. Нехорошо.

– Все, Бородаев, - нервно сказал Виктор. - До свидания.

– А… тугрики? Монгольские! Когда?

– Будут. Пойдем, Зина, - Витька взял девушку за руку.

– Вот что. - Бородаев выгреб из кармана смятые рубли. - Пойдем, ребятишки, замочим встречу? Все же работаем вместе, и вам, интеллигенции, от нас, рабочих, отделяться негоже, а?

Зина посмотрела на Витьку с недоумением:

– Он о чем?

– Шутит, - с тоской сказал Витька.

– Шучу, - кивнул Бородаев. - Пойдем с нами, девушка. - Он в упор взглянул на Витьку. - Не обижай, Витя. Я тебе первый друг.

– Может, пойдешь? - Витька отвел глаза.

– Куда? - Зина начала сердиться.

– Как это куда? - изумился Бородаев. - В ближайшую тошниловку, пропустим по сто пятьдесят и по кружке пива, плачу я! Девушка, вы будете в экстазе, я гарантирую!

– Ты странно говоришь, - презрительно улыбнулась Зина. - Как дебил.

– Не понял?

– Недоумок, по-русски сказать. Виктор, я ухожу!

– Не обижай, Витя, - просительно сказал Бородаев. - Я человек простой, если что не так, извините.

– Зина, я к тебе вечером зайду. - Виктор остановился.

Девушка покачала головой:

– "Золотого теленка" читал? Так вот: ты жалкая, ничтожная личность! - И Зина убежала.

– Дружба врозь, - удовлетворительно хмыкнул Бородаев. - А-я-яй.

– Ну, что она тебе сделала? - Витька чуть не плакал. - Подонок.

– Подонок, - согласился Бородаев. - Но давай, мальчик, карты на стол! Я подонок! Да ведь я это и не скрываю от друзей. Хочу взять, что плохо лежит, набить карманы и лечь на дно, как подводная лодка! И позывных не передавать! Так-то… А ты?

– А что я? - смутился Витька.

– А ты, как я понял, хорошие шмотки слева любишь! - Бородаев зло покосился на Витькины джинсы. - Фарцу не отвергаешь! Но при этом хочешь остаться чистеньким? Хочешь сохранить общественное лицо? Такие, как ты, намного хуже таких, как я. И печаль нашей действительности знаешь в чем? Это я тебе серьезно объясняю: вас теперь куда как больше, чем нас. Пойми: нас хоть сажают. А с вами что делать?

– А ты, я посмотрю, философ, - издевательски заметил Витька. - Социолог.

– Жизнь заставляет. Так вот, Витя. Есть серьезное предложение: переходи к нам.

– Не понял? - Виктор удивленно посмотрел на своего собеседника.

– А что тут непонятного? Жить надо в полную меру, а не плавать, как щепка в проруби. Уж коли ты к нам прикоснулся, парень, пора сделать и следующий шаг. Посмотри-ка.

Из ворот тюрьмы выехал "автозак". Бородаев снял кепку:

– Братишек-блатняков везут. Ты, Витя, перед такой машиной всегда шапку снимай. А теперь иди, подумай. За то, что я тебя с девчонкой поссорил, прости. Скажу как твой друг: заносчивая дура она, и ты о ней не жалей. Захочешь - я тебя с такими "шмарами" познакомлю - пальчики оближешь!

Спустя час Николаю Федоровичу позвонил Лабковский и попросил о встрече. Разговаривали на той же скамейке, в сквере на Советской площади.

– Бородаев неспроста интересуется Володиным, - сказал Лабковский. - Володин дружит с Зиной, а она отвечает за особую кладовую.

– Тогда почему он их поссорил? Из вашего рассказа получается именно так?

– Я их разговора не слышал. Шумно на улице. Я стоял на другой стороне. Но по мимике и жестам я точно понял - поссорились они. Зрение у меня стопроцентное!

…Через полчаса Николай Федорович ознакомился с подробным донесением старшего бригады, которая вела наблюдение за Бородаевым. Оно полностью совпадало с рассказом Лабковского. Кроме письменного донесения, старший представил кинопленку, на которой была запечатлена встреча. Пленку просмотрели все сотрудники оперативной группы. Когда зажгли свет, Миронов сказал:

– Они подбираются к парню. Это, как говорится, медицинский факт.

– А Зина Ананьева? - Эта мысль все время не давала Николаю Федоровичу покоя. - Почему они так с ней обошлись?

– Значит, она им не нужна, - сделал вывод Миронов.

– Выходит, они пойдут на то, чтобы напасть на машину Володина и перебить охрану, - предположил Смирнов.

– Вряд ли, - пожал плечами Геннадий. - Слишком дерзко.

– В Ростове тоже было "слишком дерзко", все помнят, - заметил Миронов. - Я считаю, что перевозку основной партии золота нужно незаметно подстраховать.

– Добро, - согласился Николай Федорович. - Давайте посмотрим пленку еще раз.

Погас свет. На экране появились Виктор, Зина и Бородаев. Они разговаривали о чем-то, видно было, что разговор неприятный. Выехал "автозак", Бородаев снял кепку.

– Куда он смотрит? - вдруг спросил Николай Федорович.

– Кто? - удивился Миронов.

– Бородаев. Видели, как он кепку снял? Зачем? Обычай этот воровской, очень старый, давно забытый. Зачем он это сделал? Еще раз, пожалуйста… - Застрекотал проектор. Было хорошо видно, как Бородаев отвел взгляд от Виктора и посмотрел куда-то в сторону.

– Обратили внимание на его глаза? - задумчиво спросил Николай Федорович. - Он видит кого-то. Но кого?

– Нужно составить точный план места, - предложил Смирнов. - А потом попытаться выяснить, кто там стоял.