"Военные приключения-3. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Мартелли Джордж - Страница 716

— У тебя новости? — спросил Волли.

— Новости. На днях умер твой «друг» Киппар…

Моряк остановился посреди комнаты. Множество противоречивых чувств нахлынуло на него. Вспомнил последнюю встречу, усталый вид Киппара, грустный взгляд на прощание…

— Как это случилось? Известно?

— Известно. Лег после обеда отдохнуть — и не проснулся. Остановилось сердце. Обнаружили часа через полтора-два, вызвали полицию… В общем, руководство Комитета озабочено тем, как быть с тобой.

Вольдемар вспомнил, как плохо отзывался Киппар о своем заместителе Яаке Юриадо. Пойти на встречу с ним? Ведь все функции «шефа» теперь перейдут к этому антисоветчику, и кто знает, как он поведет дело.

Вольдемар Хольм все-таки дважды встретился с Яаком Юриадо. Тот приходил на встречи с моряком в сопровождении зятя покойного Антса Киппара сухопарым Микивером, который не очень скрывал свое недоверие связному.

Вскоре Волли обнаружил явную слежку за собою в порту и на улицах Стокгольма. Продолжение встреч с эмигрантами-антисоветчиками в шведской столице становилось опасным…

12

Восемьдесят седьмой год начинался в европейской части Союза крутыми морозами, снежными заносами и надеждами на быстрый успех начавшейся перестройки.

Неизвестно, когда в душе отбывавшей наказание за антисоветскую деятельность эстонки Лагле Парек созрело решение тоже «перестроиться» или, в крайнем случае, использовать перестройку во всем советском обществе для изменения свой участи, но в Президиуме Верховного Совета Эстонской ССР получили ее покаянное письмо-заявление.

Свое заявление Лагле Парек заканчивала так:

Вернувшись домой, она ходила по Тарту с видом победительницы. Освободили ее в феврале 1987 года, когда Киппара уже не было в живых.

Она согласилась дать интервью редактору тартуской объединенной (городской и районной) газеты «Эдази» Марту Кадастику. Случилось это уже в августе.

Речь о том самом митинге, приуроченном к 48-й годовщине заключения пакта Молотова — Риббентропа, который Лагле Парек вместе со своим старым сподвижником Тийтом Мадиссоном организовала 23 августа 1987 года в таллиннском парке Хирве — у подножия Вышгорода.

Яак Юриадо, исполнявший обязанности председателя «Центра помощи», позвонил из Стокгольма в Таллинн за четыре дня до годовщины договора о ненападении между Германией и СССР. Позвонил, конечно, Тийту Мадиссону и набросился на него с упреками, почему не используют эту годовщину, хоть она и не «круглая», для антисоветской акции. И Мадиссон постарался. Во-первых, на проведение митинга надо было получить разрешение Таллиннского горисполкома, во-вторых — объявить о предстоящем шоу.

Собралось человек семьсот. Возложили венок к постаменту скульптуры легендарной прародительницы древних эстов, матери Калевипоэга Линды. Митинг открыл Тийт Мадиссон, уже имевший в кармане разрешение советских властей на выезд в Израиль (правда, оказался он не в Тель-Авиве, а в Стокгольме, но это — частность). Досрочно освобожденный из мест заключения, сей молодой человек быстро ухватил суть происходящей в стране демократизации и широкой гласности и здесь не стеснялся в выражениях. На другой день «о событиях в Таллинне» раструбили на весь мир все зарубежные «радиоголоса» и другие средства массовой информации, преувеличив, как водится, численность вольных и невольных участников сбора.

Лагле Парек, активно сыгравшая свою роль великомученицы за справедливость на митинге в парке Хирве, в редакцию газеты «Эдази» для продолжения беседы не пришла.

напишет позднее редактор Март Кадастик. Хотя обещала прийти 25 августа…

Но она обещала и другое: «…не вступать в противоречие с действующим в нашем государстве законодательством, не входить в связь с эмигрантскими антисоветскими организациями». Давала «твердое обещание»!..

Тийт Мадиссон покрасовался перед публикой, блеснул красноречием и уехал за границу. Его прибытию в Стокгольм газета «Ээсти Пяэвалехт» посвятила немало страниц. В октябре 1987 года он сам в серии статей под названием «Так начиналось оппозиционное движение в Эстонии» — рассказал о создании в компании с Лагле Парек группы «MRP — AEG» («Эстонская группа по преданию гласности пакта Молотова — Риббентропа»). Считался реальным претендентом на место усопшего председателя «Центра помощи политзаключенным Эстонии».

Следом за Мадиссоном уехал в Швецию племянник Лагле Парек, проходивший вместе с нею на процессе по уголовному делу, Хейки Ахонен. Он вскоре перебрался в гостеприимный для всех антисоветчиков западногерманский город Мюнхен, стал штатным сотрудником радиостанции «Свободная Европа».

А что же Лагле Парек?

В упоминавшемся уже интервью редактору «Эдази» на вопрос, по каким причинам и на каких условиях ей сократили срок наказания, она сказала:

Ее помиловали в ответ на обещание не заниматься больше антисоветской деятельностью, не вступать в связь с эмигрантами-антисоветчиками… Но вот о чем рассказывает выходящая в Стокгольме эмигрантская газета «Ээсти Пяэвалехт» за 14 июня 1989 года, где главным редактором был уже упоминавшийся ранее антисоветчик Юхан Кокла. На первой странице — групповой снимок хаапсалуских яхтсменов, совершивших переход через Западное море (так эстонцы называют Балтийское море) в Швецию, а на восьмой — крупным планом фотография с застывшей на губах полуулыбкой Лагле Парек и преподавателя Таллинской консерватории Хелью Таук на фоне большого панно с видом Таллинна. Рубрика над фотографией: «Бывшая политзаключенная в Эстонском доме». В качестве заголовка обширной статьи — закавыченное изречение именитой гостьи: «Новое пробуждение не построено на песке». Неделей раньше другая газета — молодежный «Вестник» («Teataja») — тоже рассказывала о встрече Лагле Парек и Хелью Таук с эмигрантской общественностью в Эстонском доме (в Стокгольме, конечно). Вечер открыл ныне преуспевающий деятель «Центра помощи политзаключенным Эстонии» Тийт Мадиссон. Первой слово предоставили Лагле Парек.