"Военные приключения-3. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Мартелли Джордж - Страница 854

Трудное положение складывалось для гитлеровцев и в районе Ленинграда, где было прорвано кольцо блокады.

Как видно из последнего сообщения Вертера, наступательные возможности нацистов на Севере иссякли. Рухнули все их планы — удушение Ленинграда в тисках голода, захват Мурманска, соединение с финской армией на Карельском перешейке. Теперь врагу приходилось думать только об обороне, о том, чтобы удержать хотя бы те рубежи, на которые он был отброшен советскими войсками в январе, при прорыве блокады.

С этой целью германское командование, напуганное крахом своих позиций на юге, поспешно строило в Прибалтике мощную оборонительную линию под названием «Восточный вал», или «Восточная стена».

Центр поставил перед нашей группой задачу добыть сведения о строящихся немецких укреплениях, что и было позднее выполнено.

Наступило время, когда оперативного материала стало накапливаться все больше и больше, и для его шифрования пришлось привлечь новых членов группы. С согласия Центра я научил Розу и Мауд пользоваться моим шифром, вернее, некоторыми его элементами. Открытого текста информации они, конечно, не видели. Сиси же из Москвы сообщили название новой кодовой книги и условия пользования ею для самостоятельной работы. Дело у нас пошло быстрее информация не залеживалась ни часу. Но нас опять подстерегала беда: немцам удалось узнать систему шифровки, посланную Центром для Сиси. Кстати, это подтверждает в своей книге «Агенты радируют в Москву» Флике.

«Немецкая служба подслушивания, — пишет он, — расшифровала 25 апреля 1943 года радиограмму, которая была послана двумя днями раньше в Женеву…

Радиограмма, — продолжает Флике, — представляла собой сенсацию: впервые узнали название книги-ключа, которая давала возможность читать все радиограммы, зашифрованные с помощью этой книги…»

Почему Сиси рекомендовали никому, даже мне, не называть кодовую книгу? Это, конечно, не было вызвано недоверием, речь шла лишь об осторожности. Когда группа имеет два-три отдельных шифра, известных разным лицам, то даже большое число арестов еще не означает ликвидации разведывательной деятельности. Если на свободе остался хоть один человек, имеющий свой код, организация жива и борется. Ну, разумеется, необходима еще радиостанция.

Так что по правилам конспирации мне и не следовало знать название новой кодовой книги, правил шифрования, посылаемых Сиси. У Центра была одна забота — обеспечить максимальную боеспособность швейцарской группы. Тем более что обстановка вокруг нас становилась все тревожнее.

СНОВА ШЕЛЛЕНБЕРГ

В марте 1943 года в Швейцарии опять появился Вальтер Шелленберг. (Разумеется, в то время мы об этом не знали и не могли знать.) Шеф политической разведки рейха решил продолжить игру с руководителем швейцарских секретных служб, начатую им в 1942 году.

Состоялось несколько свиданий бригаденфюрера СС с полковником Массоном. Первое — 3 марта в деревне Биглен, неподалеку от Берна, в отеле «Бёрен». На этой встрече присутствовал, по настоянию Шелленберга, командующий швейцарской армией генерал Гизан, а также его адъютант полковник Барбей.

Шелленберг вел игру расчетливо, и швейцарцы попались в умело расставленную им ловушку. Он сразу же заявил, что Гитлер знает о его поездке, более того — он выполняет поручение фюрера. Именно поэтому Шелленберг и просил о свидании с генералом Гизаном. Фюрер опасается, заявил гость, что Швейцария при определенных обстоятельствах не станет защищать свой нейтралитет так же решительно, как сейчас. По сведениям германской разведки, ожидается высадка англо-американских войск в Италии. Фюрер обеспокоен, что швейцарское правительство позволит войскам союзников пройти через территорию страны для удара по Германии с юга. Гитлер хочет иметь гарантию, что конфедерация ни в коем случае этого не допустит, что она по-прежнему будет блюсти нейтралитет в войне.

Отвечая гостю, командующий швейцарской армией подтвердил позицию нейтралитета при любой ситуации. Наши войска, сказал генерал Гизан, будут защищать страну против любых посягательств на ее суверенитет. Однако Шелленберг потребовал письменной гарантии. Несмотря на то что Гизан был возмущен наглым требованием и заявил, что он не может дать подобного обязательства без разрешения правительства, ему все же пришлось пойти на компромисс. Он вручил уполномоченному Гитлера копию газетного интервью, которое накануне дал одной шведской журналистке, задавшей генералу тот же вопрос о нейтралитете. Копию этой статьи Гизан подписал. Шелленберг остался удовлетворенным.

Затем бригаденфюрер СС предложил полковнику Массону назначить очередное свидание только с ним одним, и как можно скорее. Они встретились спустя девять дней, 12 марта, в гостинице «Бур О’Лак» на Тальштрассе. И там шеф политической разведки рейха изложил начальнику швейцарских секретных служб главную цель своей тайной миссии. Этого разговора с глазу на глаз никто не слышал и не записывал. Но если верить некоторым поздним источникам и отрывочным устным и печатным признаниям самих собеседников, нетрудно понять, о чем шла речь.

Надо полагать, что к тому времени германская контрразведка, имея мой шифр, уже прочла часть нашей информации, скопившейся в службе радиоперехвата. Ознакомившись с содержанием некоторых дешифрованных радиограмм, Шелленберг установил, что группа советской разведки в Женеве имеет связь с какими-то лицами из швейцарской разведки и получает от них сведения по Германии. Для руководителя одной из служб имперской безопасности это было неприятным сюрпризом.

Затем специалисты абвера ознакомили его с информацией берлинских источников Люци. И Шелленберг понял: происходит утечка секретных сведений на самом высшем уровне, из мозговых центров вермахта — ОКВ и ОКХ. Шелленберг мог предположить, что за кличками Вертер, Ольга, Тедди скрываются высокопоставленные офицеры, имеющие доступ к любым штабным документам. Но кто они, эти люди? Кто такой Люци? Каким путем сносятся они между собой?

И вот бригаденфюрер пытается выведать у своего швейцарского коллеги все, что он знает о заговорщиках в Германии.

На процессе по его делу в 1949 году, на котором, кстати сказать, начальник гиммлеровской разведки получил лишь всего четыре года тюрьмы, Шелленберг на вопрос об этой встрече с Массоном дал весьма уклончивое показание: «Я имел намерение, — говорил он, — организовать вместе с Массоном систему регулярного обмена разведывательными сведениями. Однако сразу же пришлось отказаться от этой идеи. Массон не согласился…»