"Коллекция военных приключений. Вече-3". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Богомолов Владимир Осипович - Страница 506

Теперь она играла недалекую девчонку из фавел, «вечернюю красавицу», которая не прочь развлечься, завязать новое знакомство и вообще не слишком строгих правил, хотя и напускает на себя временами неприступный вид.

— А много приходится разъезжать, Карло? — спросила Росита, отламывая клешню омара.

— А почему ты об этом спрашиваешь?

Росита вздохнула.

— Очень люблю путешествовать. — пояснила она. — У меня есть подружка, так она говорит, что самое большое счастье на свете — это повсюду ездить, видеть новое, и я с ней согласна. Только вот нечасто удается поехать куда-нибудь…

— Умная у тебя подружка. А вообще-то, мне действительно много приходится ездить, — сказал Миллер.

— Ты шофер?

— Воистину, ты ясновидящая! — захохотал Миллер.

— Я угадала?

— В самую точку!

— А что ты возишь?

— Не что, а кого, — поправил Миллер.

— Ну, кого?

Миллер поднял палец:

— Это государственная тайна. Но тебе, так и быть, скажу…

Он притянул ее к себе и, дыша в ухо винным перегаром, прошептал:

— Я — шофер генерала Четопиндо.

Росита удивленно переспросила:

— Ты шофер Четопиндо?

Миллер утвердительно кивнул и приложил палец к губам.

Да, с этой девчонкой он выбрал верную линию. Все они тут боятся генерала Четопиндо как огня. Даже имя его приводит их в трепет. Вон она как заинтересовалась, едва услышала имя Четопиндо…

На возвышение в центре зала стали подниматься пестро одетые оркестранты.

— Я слышала, что у генерала Четопиндо другой шофер, — заметила Росита.

— Кто же, интересно?

— Гарсиа его зовут.

Миллер опустил вилку.

— А ты откуда знаешь?

— Да моя подружка, о которой я тебе рассказывала, когда-то давно встречалась с этим Гарсиа, — сказала небрежно Росита.

— Встречалась, так больше не встретится, — бросил он, снова принимаясь за еду.

— Это почему?

— Да ты что, с луны свалилась? Газет не читаешь?

Росита качнула высокой прической.

— Не читаю, — призналась она. — Меня от газет сразу в сон клонит.

— Так знай, что этот самый Гарсиа, мой предшественник, — враг нации. Он выкрал секретные документы генерала Четопиндо и на его машине бежал за границу.

— А-а, теперь припоминаю… Я что-то подобное слышала по радио. Ну и что, поймали этого Гарсиа?

— Пока нет.

— А поймают?

— Уверен, что да.

Заиграл оркестр. Певица в длинном, вышитом серебряными блестками платье запела о южном небе, которое полыхает синим огнем, словно глаза любимого.

Чем-то давным-давно позабытым повеяло на Миллера от этого танго. Первые пары закружились на узкой кольцевой полосе, которая опоясывала оркестр.

— Выходит, тот шофер Гарсиа жив? — вскользь спросила Росита, очищая апельсин.

Глаза Миллера сузились.

— Шив, разумеется, — отчеканил он. — Трупы не умеют угонять машины и выкрадывать важные бумаги. А зачем тебе нужен Гарсиа?

— Мне он не нужен… — пожала плечами Росита. — Подругу жалко. Хоть они и расстались давно, она все не может его забыть.

— Уж если тебя так заинтересовал Гарсиа, могу сообщить по секрету… — Миллер внезапно умолк: к столику подошел официант, принес лимонад со льдом.

Росита с нетерпением смотрела на официанта, ожидая, когда он отойдет.

— Ты начал говорить о том шофере, который угнал машину генерала Четопиндо, — напомнила она, когда официант удалился.

— А, о Гарсиа, — усмехнулся Миллер. — Ты скоро услышишь о нем. И твоя подруга. Вы скоро все услышите о нем.

— Его поймали, да?..

Миллер усмехнулся:

— Пойдем-ка лучше танцевать.

Росита вышла из-за стола и остановилась, поджидая Карло. Он поднимался медленно, с преувеличенной осторожностью, стараясь не задеть посуду на столе.

Когда Миллер и Росита между столиками пробирались к месту, где кружились пары, к ним подскочил вылощенный метрдотель.

— Все в порядке, господа? — спросил он угодливо. — Не желаете ли…

Миллер перебил его:

— Повторить!

— Вы желаете повторить заказ, господин? — не понял метрдотель.

— Не заказ, а песенку, — пояснил Миллер и неожиданно пропел: — «Синий огонь в небесах, синий огонь у любимой в очах…»

Метрдотель подбежал к капельмейстеру, что-то прошептал ему, тот взмахнул дирижерской палочкой, и певица, поклонившись публике, начала свой номер сначала.

Парочки, начавшие было расходиться, снова потянулись к танцевальному кольцу.

— Видишь, как в этом заведении любят генерала Четопиндо, — с удовлетворением произнес Миллер. — Даже его шофер — и тот пользуется уважением.

— Разве тебя здесь знают?

— Этот прохвост во фраке, кажется, узнал… Но это не имеет значения…

В танце он вел уверенно, прижимая Роситу.

— Ты разрешишь мне проводить тебя домой? — спросил Миллер, не отрываясь глядя на ее полные губы.

Росита засмеялась:

— У меня строгий отец.

— Я люблю строгих людей, — сказал Миллер. — Быстро нахожу с ними общий язык.

Они сделали еще круг.

— Знаешь, Росита, я не встречал еще такой девушки, как ты, — начал он.

— Какой?

Миллер замешкался, подыскивая слово.

— Такой странной.

— Я не странная.

— А почему ты побежала от меня, когда мы столкнулись на улице?..

Росита на минуту устало прикрыла глаза.

— Не знаю…

— А все-таки?

— Показалось что-то… Померещилось… Дело в том, что… Ну что ты пристал! — в сердцах отмахнулась Росита.

Выходя из порта, Гульельмо почувствовал, что за ним следят: за несколько лет революционной работы у него выработался отменный нюх на такие вещи. Шпиков он не боялся. Однако сейчас существовала опасность вывести их на подвал в фавелах, где товарищи готовят ротатор для листовок.

Гульельмо словно невзначай оглянулся. Эти двое висят на хвосте, сомнений нет. Нужно принимать решение.

Он шел по дороге, ведущей из порта, и что-то безразлично насвистывал, провожая взглядом каждую проносящуюся мимо машину.

Из-за поворота показался длиннющий, с низкой посадкой рефрижератор. Гульельмо заметил за ветровым стеклом кабины знакомого шофера. На борту машины было выведено огромными лиловыми буквами: «Перевозка мяса. Королевская впадина — Санта-Рита». Когда машина поравнялась с ним, он вскочил на подножку.

— Гони! — крикнул шоферу, просовывая голову в приспущенное стекло кабины.

Шофер прибавил газ.

Двое одураченных шпиков остались на дороге. Они что-то закричали — из-за грохота слов нельзя было разобрать. Гульельмо рассмеялся.

Рефрижератор мчался и дребезжал так, что казалось, вот-вот развалится. Слева проплыли фавелы.

— Оторвался от «хвоста»! — прокричал Гульельмо шоферу, сунув голову в приоткрытое стекло кабины.

Тот вместо ответа подмигнул.

Гульельмо спросил:

— В Санта-Риту, друг?

— Да. А тебя куда подбросить?

— Нам по пути. Мне как раз туда и надо, — ответил Гульельмо и закашлялся.

Когда показались дома столичной окраины, Гульельмо попросил остановить машину.

— Дальше пойду пешком, — сказал он и спрыгнул с подножки. — Спасибо, друг.

Шофер отсалютовал и тронул машину.

Собственно говоря, никакого определенного плана у Гульельмо не было. Он знал только, что в этом огромном городе на какой-то из улиц — Росита. А почему — на одной из улиц? А может, она в каком-нибудь здании? В магазин зашла? В кафе?

Гульельмо решил три-четыре часа посвятить поискам Роситы — практически безнадежным, он понимал это, — а затем вернуться в фавелы и заняться ротатором.

С чего начать поиски? Просто бродить по улицам, надеясь на счастливый случай? Или придерживаться какого-либо определенного плана? Ну, хорошо, допустим, он встретит Роситу. Но что он скажет ей? Зачем он, собственно, ищет ее? Росита может послать его к черту — и будет права.

И все-таки он найдет ее! Просто чтобы увидеть, услышать ее голос.

С каждым часом надежды Гульельмо таяли. Если в городе сотни тысяч людей, как встретить среди них одного-единственного, который тебе нужен?