На вершине Амаравати - Румынин Валентин - Страница 32

Раз в сутки к нему заходил старый гоблин и приносил пищу. Кормили его редко, но на удивление сытно. «Как скотину на убой», — подумалось мастеру. Попытки разговорить гоблина ничего не давали — тот только ругался на непонятном языке и брызгал слюной.

Когда Реликсан потерял счет времени, к нему пожаловал гость, который хоть немного прояснил обстановку.

После очередной кормежки мастер лежал в углу темницы, забившись на маленький соломенный тюфяк. Обдумывая свое положение и в сотый раз пытаясь нащупать линии силы, он не заметил, как дверь отворилась и внутрь кто-то вошел. Почувствовав неладное, Реликсан обернулся и вздрогнул от ужаса — темная фигура высотой с крупного орка не внушала доверия. Тьма бурлящей пеленой окутывала лицо незнакомца и заставляла сердце ускоренно биться. Вошедший протянул мастеру странный предмет, похожий на защитный амулет, и жестами приказал повесить его на шею. Исполнив веленное, мастер понял, что окружающее пространство неощутимо изменилось. И тогда в ушах его раздался красивый женский голос, видимо принадлежащий темной фигуре:

— Этот прибор поможет нам понимать друг друга.

— Чего вы от меня хотите?

— Ну зачем же нервничать? Мы ваши друзья.

— Друзья не сажают в клетку! — Реликсан тщетно пытался понять, представитель какой именно расы стоит перед ним.

— Вот как? А разве ваш образ жизни не есть клетка? Чем тебе здесь не нравится? Ты голоден?

— Нет, но…

— С тобой плохо обращаются? Бьют?

— Нет…

— Ты не можешь спать?

— Да я прекрасно сплю, дело не в этом.

— Тогда в чем же, мой друг? — Ласковый голос говорящего приобрел нотки ехидства.

Мастер сплюнул и продолжил:

— Вы отняли у меня всю силу, хоть я и не понимаю, каким образом. Вы держите меня без какой-либо цели! Если бы я хоть что-то делал, то… — Реликсан осекся, когда понял, зачем пришла эта скотина. — И что я должен сделать?

— Вот видишь, сам ответил на свои вопросы. Ты в курсе, где сейчас заперто твое бренное тело?

— Далеко от моей родины, это точно…

— Угу. Ты в глубине старого материка, вы называете его Землей Одра. Конкретно — в моем ашраме.

— Так ты, — Реликсан задохнулся от неожиданной мысли, — ты и есть Нергал?!

— Приятно познакомиться. — Он отвесил шутовской поклон.

— Ты на самом деле такой?

— Странные вы существа, люди. Ну если я буду выглядеть так… — Нергал окутал свое тело тьмой, откуда выступила ужасная рогатая морда, покрытая бородавками и струпьями с непрерывно сочащимся гноем. — Разве так будет приятней? — снова прожурчал ласковый женский голос.

— Чтоб тебя… Давай к делу, Нергал.

— Вот этим ты мне и нравишься. Ладно, буду говорить нормально, — продолжил он обычным мужским голосом, — дело у нас серьезное. Настолько серьезное, что говорить о нем надо в другом месте. — Нергал открыл портал и пригласил мастера проследовать туда…

Зажмурившись от неожиданно яркого света, мастер ощутил дуновение свежего горного воздуха. Потом открыл глаза и огляделся. Он находился на красивом горном плато неподалеку от Вайманека. Ощутив сырость тьмы, мастер повернулся и увидел Нергала. Словно вырезанный с картины маньяка-безумца из другого мира, он стоял в полный рост и с презрением обозревал просторы Токанны. Маски были сняты. Нергал оказался огромным существом, не особо уродливым, но и не особо красивым, без половых признаков. Его мощный стан оканчивался двумя жуткими головами, отдаленно напоминающими морды ящеров. За поясом висел огромный серповидный клинок с жутким темным кристаллом.

— Что, налюбовался? — произнесла одна из морд создания Хаоса.

— Угу.

— Теперь о деле. Мне наплевать на вашу мышиную возню: империя, королевство — да хоть все вы сгиньте в бездне мрака. Мне стало скучно здесь. А недавно кто-то сумел открыть дорогу в другой мир, и мне безумно хочется повторить это достижение. Мой отец — Энлиль — говорил, что есть другие миры и другие забавы. Но все-таки я нашел кое-что, способное помочь в этом деле.

— И чего же ты хочешь от меня?

— В сырой тьме нижнего мира, глубоко под поверхностью, остался последний из Храмов Меру. Там, тысячи лет ожидая свободы, томятся во мраке Асуры. Они запечатаны так, что даже мне не под силу сорвать эти оковы. Их накладывал человек, человек должен и снять. Я предлагаю тебе выбор. — Нергал остановился и посмотрел в глаза мастеру. — Предлагаю выбор.

— Какой? — прохрипел мастер.

— Я передам тебе свою силу и знание, с помощью которых ты откроешь Храм и выпустишь Асуров. Если ты сумеешь направить их убийственную мощь на прорыв в другой мир, то ваша Притхиви сможет существовать и дальше. Если ты откажешься, то с помощью других людишек я уничтожу сначала все здесь, а затем все равно найду способ открыть Храм и довершу начатое. Учти, что я делаю это предложение лишь потому, что мой отец был благосклонен к таким, как вы.

— Значит, или темный маг с вечным проклятием на роду, или гибель всего мира?

— Можно сказать и так.

— А ты уверен, что, выпустив Асуров, я смогу удержать их в узде?

— Нет. Но у тебя будет маленький шанс. — Нергал хмыкнул и посмотрел вдаль. — Знаешь, мне иногда тоже симпатичен ваш мир. Жалко его уничтожать.

— Я всегда считал, что Асуры — это сказка.

— А меня ты сказкой разве не считал?

— Считал…

— Вот видишь. Даю тебе сроку десять дней. Все это время ты проведешь в ашраме, но не в темнице. Я позволю тебе изучить документы и книги, хранящиеся у меня. Может быть, ты лучше сможешь оценить то, что я задумал. Вы так мало знаете даже о своем прошлом.

Нергал шумно вздохнул и открыл новый портал. Встреча закончилась, и Реликсан снова очутился в темнице, где его поджидал знакомый гоблин.

— Ну что, человечек, наговорился? Штаны сухие? Отлично!

— Я тебя понимаю! Но как?

— Забыл про амулет Яза?

Мастер нащупал на груди амулет. Вот Рахово отродье, сто транов ему в глотку! Работает…

— Так, слушай меня. Хозяин повелел отвести тебя в библиотеку, если что нужно будет — зови старого Крумху.

Мастер согласно кивнул и посмотрел на гоблина, который суетливо складывал постель и попутно дожевывал какую-то гадость. «Тьфу ты, пропасть!» — еще раз выругался маг и осел на пол.

Равест, Тантос и я спешно удалялись от городской стены, в которой постепенно закрывалось прожженное магом отверстие. Погони не было, как объяснил Тантос, Тодгор смог переговорить с ним в астрале и отвел ищеек Легиона от наших следов. Несмотря на это, спокойствия в сердце не было — ушли сейчас, но обречены прятаться в ближайшее время.

Через час быстрой ходьбы мы сделали привал под сенью огромного белого дерева, расположившись вокруг небольшого костерка, зажженного с легкой руки Равеста. Тантос приманил пару зайцев, которых я поспешно уложил кинжалом. Меч я пока в дело не пускал — обращаться с ним толком еще не умел.

Пока жарилась на костре наша легкая добыча, мы обсудили наше дальнейшее продвижение по просторам Токанны. Со слов мага выходило, что идти нам пешком до острова Боли не менее трех месяцев. Если учесть, что треть пути мы будем идти по землям Ле-Аннат, то все мероприятие могло растянуться до середины осени.

— А если пристать к каравану? — подал голос Равест.

— Во-первых, с учетом ситуации в королевстве, караваны могут вообще не ходить, во-вторых, после событий в Риротеке наши рожи будет знать каждый возница.

— Значит, только пешком? — уныло спросил я.

— Можно попробовать сплавиться по Большой Эшне до границы с халифатом. Там она делает поворот, а мы пойдем напрямую. Тогда получится быстрей, — выдвинул идею Тантос.

— Нет.

— Почему, Равест?

— Я был в тех местах. Там по берегам живут племена диких шудр. Они опаснее, чем лесные звери.

— Диких кого? — Я напрочь забыл о рассказах Тантоса и этих Раховых обычаях королевства.

— Беглых рабов, убийц и слуг, которые ищут укрытия в Свободных Землях Токанны. Отребье, которое одичало и убивает все, что движется. Дикари, короче, — поморщился Равест.