На вершине Амаравати - Румынин Валентин - Страница 71

Сидя за круглым столиком, на который любезный трактирщик уже водрузил большой кувшин вина и поставил необходимые приборы, мы разрабатывали дальнейший план действий. Если бы кто-нибудь из посетителей мог нас слышать, он, вероятно, принял бы нас за безумных магов, сбежавших из Темницы Сотги. Несмотря на странные разговоры, мы выглядели вполне прилично — купленная в лавке одежда больше соответствовала зажиточным вайшьям, чем прожженным воинам или магам. Равест долго не мог смириться с утратой своего любимого меча, а Тантос только вздыхал, вспоминая свой утраченный кулон, доставшийся ему весьма дорогой ценой — прохождением испытаний четырех стихий… Кстати о стихиях. Дракон, или же Демон Раху, не обманывал меня, когда говорил о Пятой стихии. Я еще не полностью убедился в своих ощущениях, но та новая сила, что обитала во мне с момента инициации, давала действительно большие возможности! Первое, до чего я додумался, — это попытаться создать деньги, столь нам необходимые, из ничего. Вернее, из того самого «ничто». И опыт удался! Не сразу, первые монеты были смазанные и буквально растекались в руках, не удержавшись в этом времени и точке пространства. Связав золото и время принципиально новым плетением, я все-таки смог их удержать, и именно на них была куплена одежда и заказан столик в таверне. Интересно, что силу для этих опытов я теперь черпал не из своих запасов. Во мне появился странный канал, связавший мою майю с нитями каналов космоса, что позволяло использовать почти безграничные ресурсы.

Конечно, никто из нас не забыл пережитого на острове Боли. Какое меткое название ему дали в древности! Наши друзья и спутники, только что инициированные Безликие, погибли, не успев ничего сделать. И во всем был виноват проклятый демон! Но мы не вправе были впадать в депрессию и позволить армадам Тьмы выиграть следующий бой. А он, я чувствовал, будет совсем скоро.

— Что теперь? — Маг плеснул в кружку вина.

— Для начала необходимо приобрести доспехи и оружие. Я думаю, что Эльвир скоро выйдет на связь с Освальдом, так что нам надо поторопиться.

— Наан, а ты сам не можешь с ним поговорить? — Равест Темный, хотя в свете последних событий его кличка была малость неуместна, озадаченно разглядывал меня и Тантоса.

— С архимагом? Не уверен. — Я еще раз подумал над словами мастера. — Пусть лучше Эльвир это сделает.

— Как скажешь. А что потом?

— Началась война. Мы не можем оставаться в стороне — ведь ради этого умерли наши друзья. Примем бой, чтобы отсрочить захват королевства, а потом отправимся на вершину Амаравати.

— Ты все еще веришь в эти сказки?

— Но ведь именно они не дали нам умереть. Эти артефакты, — я указал на амулет и кольцо, — составляют вместе с моим мечом единое целое. Только на вершине Амаравати, в Храме Тринадцати, их можно объединить. В Книге Фархана должен быть описан весь ритуал, так что ключи у нас есть.

— Так это то самое оружие, о котором рассказывали эльфы?

— Ага. Так что нам придется для начала выиграть сражение с империей, затем, используя полученное время, вернуться в Леренор за Книгой, потом добраться до материка Весле, там попасть в Долину Смерти, где находится единственный портал в Амаравати. Вот и все. — Я грустно улыбнулся, понимая, что этот план несбыточен.

— Нам хотя бы первую часть выполнить.

— Решено? — Маг, как всегда, был спокоен.

— Решено. Давайте закажем хороший окорок и еще пару кувшинов вина, тогда у нас точно все получится! — хохотнул Равест и подозвал трактирщика.

Через час, наевшись досыта, мы вышли в город в поисках оружейной лавки. Местные жители указали нам дорогу, и вскоре я уже примерял на себя все самое лучшее, что мог найти обрадованный хозяин лавки после того, как перед ним на прилавок вывалили целую кучу золота. «Дорогие господа», как — нас стал называть Шур Стальной, в народе именуемый Воякой, отобрали для себя двое легких доспехов и одни тяжелые, сделанные по заказу для наемников халифата. Равест долго ругался, выбирая замену для своего утраченного меча, выполненного из редчайшей подгорной стали, обижая доброго хозяина. Правда, когда Шур узнал причину столь нелестного отзыва о его товаре, он попросил нас подождать и покинул лавку. Спустя минут десять он буквально притащил за собой старика, одетого в рваный балахон, и заявил, что он может нам помочь.

— Каким образом? — буркнул Равест, косясь на старика.

— Дорогой господин, у него с юности меч хранится, такой, какой вам нужен! Пусть продаст!

— Это так, уважаемый?

Старик прокряхтел что-то невразумительное и показал два кулака, помахав ими перед носом подгорного мастера.

— Это что еще значит?

— Он у вас десять тысяч золотом просит.

— Да это ж ему хватит, чтобы дом в верхнем квартале купить! — с возмущением воскликнул наш друг, удивляясь наглости старика.

Тот в ответ пожал плечами: мол, я предложил и повернулся к выходу.

— Ладно, подожди. Будут тебе деньги, если меч достойный. — Я махнул друзьям, и мы, заплатив Вояке шестьсот монет за доспехи, направились к выходу. Старик провел нас через переулки к бедным кварталам Эша. На нас испуганно озирались пьянчуги, весьма неприятные девицы выглядывали из разбитых окон двухэтажных домов, нахально обсуждая наши достоинства. Наконец мы зашли в одну из разбитых хижин. Я отметил присутствие заметного магического фона, а Тантос мысленно обратил мое внимание на силовой щит, установленный перед входом в комнату. Кем бы ни был этот старик, но его защита вызывала уважение.

— Пришли. — Хозяин кивком указал нам на лавку и предложил присесть.

— Можем мы узнать ваше имя?

— Зачем?

— Ну чтобы как-то к вам обращаться.

— Зовите меня Седьмым. Так будет проще. — Старик ухмыльнулся, показав желтые зубы.

— Вы говорили, что у вас есть достойное оружие для нашего воина.

— Есть. Только достойны ли вы его?

— Это как понимать? — набычился Равест.

— Видишь ларь?

— Вижу.

— Тогда открой и возьми оттуда меч.

Равест, попросив нас быть осторожнее, направился к огромному сундуку в левом углу комнаты. Открыв крышку, он замер, с благоговением уставившись внутрь. Очень аккуратно, что для него было вообще несвойственно, он достал из ларя настоящее произведение искусства. Двуручный меч из зеркальной стали поражал воображение. Изгиб его лезвия, вырезанная на рукояти символика — все было единым, целостным, как будто этот меч не человек ковал, а сама природа создала творение, достойное руки истинного воина. Сейчас этим воином был Равест. Его лицо преобразилось. Одной рукой подняв тяжелый меч над головой, едва не вонзив его в потолок, он пропел несколько слов на языке светлых эльфов, затем бережно перехватил меч и повернулся к Седьмому. Старик был несказанно доволен — то ли тем, что предстоит выгодная сделка, то ли тем, что меч нашел нового хозяина.

— Что ж, он твой. А деньги я вас прошу отдать Эльвиру, главе магов Белого клана. Они ему сейчас нужнее. Да, вот ножны для Обериона.

— Таково имя меча?

— Да. Он назван по имени своего первого владельца.

Забрав драгоценный меч и ножны к нему, мы вышли на улицу. Пораженные необычным хозяином и такой странной сделкой, мы всю дорогу шли молча. Вернувшись к торговым местам, Тантос глубокомысленно заявил:

— Куда катится этот мир, если такое оружие появляется в городах людей?

— А то ты не знаешь! — не удержался Равест от едкого высказывания, любовно обнимая меч.

— Ты хоть знаешь, кто такой Оберион?

— Нет.

— А я знаю. Это первый и последний король эльфов, правящий еще до наступления Великой Зимы.

— Вот те на! Нам опять повезло, друзья!

— Не люблю я такие везения, — вздохнул маг и, смахнув тень с лица, радостно заявил: — Теперь и я подыщу себе кое-что!

Мы зашли в лавку с вывеской, горевшей синим пламенем: «Все для магов и их учеников». Хозяин сразу заявил, что все его вещи проверены Белым кланом и являются разрешенными к продаже. Повторив фокус с предъявлением солидной кучи золота на стол, мы стали единственным объектом внимания хозяина. Он долго выкладывал на прилавок различные бутылочки и порошки и с удивлением рассматривал мага, порой спрашивавшего самые неожиданные вещи и предметы. За мантией нужного цвета лавочнику вообще пришлось бежать на склад, так как в торговом зале этого добра не оказалось. Последним предметом, который окончательно поверг торговца в ужас, стал посох, который в руках мага загорелся зеленым пламенем, нарушая все известные магические постулаты.